Алебастров определился

Поэт старой
классической школы Алебастров написал: "Осень в рыжем сарафане оперлася на плетень"...
Потом он зачеркнул это, пробормотав при этом:
"Так писали про осень миллионы раз,
надо что-нибудь новенькое придумать, например, если так:
"Расчихавшись
микробными брызгами,
осень цифры рисует убытков,
облетели все листья у вишен,
эти листья, как люди,
все лишние... Вороньё облепило
деревья,
осень поздняя  белая-белая,
только поезд куда-то уехал и увёз он с собой антитело"...
Семиногов почесал затылок и отметил: "Уже получше, но мрачновато... и рифмы не очень!..
Нет, всё-таки прозаикам легче... Вот напишут они: "Осень была во всей красе, но
пить хотелось с самого утра, поэтому Никандров выпил, а потом попал под поезд. Он лежал несобранным существом и странно гармонировал с пейзажем и пёстрой листвой, ведь осень - пора умирания и подведения итогов. У Никандрова итоги были так себе, можно даже сказать, безрадостные, но зато окончательные"...
И сразу понятно, что такое осень и с чем её едят!..
Алебастров налил себе водочки и вздохнул:
"Прозаикам легче: когда они выпьют, то про них говорят так: добротные
писатели-деревенщики или мастера производственной тематики,
а когда поэт выпьет, то все говорят: несерьёзный народец, алкашня эфемерная!.. Пожалуй  перейду я на прозу,
буду маститым и основательным беллетристом, а не выпивохой-рифмоплётом!"..