Гамбия

Гамбия. 


2008  год.
Вот  и  я  понятия  не  имела,  что  такое  Гамбия,  пока  не  съездила  туда  в  отпуск.
Это  самая  маленькая  страна  в  Африке,  расположенная  посреди  Сенегала, вдоль  берега  реки  Гамбия.  Страна  долго  была  английской  колонией.  В  прошлом  веке  она  получила  независимость  и  провозгласила  себя  республикой.  Страна  бедная,  промышленности  нет.  Гамбия  в  два  раза  меньше  Финляндии,  и  по территории,  и  по  численности  населения.  Основной  язык  английский.  Раньше  из  Гамбии  вывозили  рабов,  нынче  вывозят  арахис.

История  отеля.

В  1965 году  в  Гамбию  приехала  шведская  группа  туристов.  Молодая  пара,  очарованная  дикой,  нетронутой  природой,  решила  переехать  в  этот  райский  уголок.  Переведя  шведский  капитал  в  деньги,  они  купили  землю  вдалеке  от  населенных  пунктов  и  построили  несколько  двухэтажных  отелей  на  берегу  Атлантического  океана.  Оградив  территорию  высоким  забором,  разбили  внутри  сад  со  стриженными  газончиками  и  дорожками.  Управляли  отелем  сами  шведы.  Французский  повар  готовил  европейскую  кухню  из  местных  продуктов.  Уборщики  и  охранники  были  местные.  Они  дорожили  рабочим  местом,  потому  держали  все  в  чистоте  и  спокойствии.  Пышная  африканская  природа  в  сочетании  с  европейскими  стрижками  располагали  к  отдыху.
За  загородкой  картина  была  более  унылая.  Зелени  почти  не  было,  учитывая  зимнее  время  и  засуху.  К  западу  от  отеля  находился  пустой  песчаный  пляж  с  несколькими  скучающими  лежаками.  Холодная  Атлантика  плескалась  о  мелкий  покатый  берег.  Меж  пляжем  и  отелем  высились  старые  разлапистые  баобабы.  На  их  толстых  ветках  постоянно  сидели  огромные,  неподвижные  грифы.  Лишь  иногда,  внимательно  осматривая  местность,  они  медленно  крутили  головой  на  голой  длинной  шее.  К  востоку  от  отеля  шла  главная  трасса  страны,  за  которой  мерцала  выжженная  горячая  саванна. 
Швед,  покинув  этот  мир,  оставил  все  вдове.  Несмотря  на  преклонный возраст,  она  не  собиралась  продавать  отель.

Мы  с  дочкой  были  единственными  на  пляже.  В  первый  день  пришла  местная  женщина  с  фруктами  и  напитками.  На  второй  день  появились  двое  малолетних  бизнесмена  со  вкусной  клубникой.  Я  купила  у  них  ягоды,  но  они  не  уходили,  заглядываясь  на  мою  девочку. 
-  Госпожа,  вы  очень  красивая.  Но  ваша  дочка  еще  краше,  она  настоящая  принцесса.  Она  нам  очень  нравиться.
Мы  подружились. https://ilmonet.fi/#fi/studentcourselist Девятилетние  мальчики  ежедневно  предлагали  нам  ягоды  бесплатно,  но  после  таких  комплиментов,  я  не  могла  лишать  их  заработка. 
Однажды  на  пляже  появился  молодой  худенький  парень.  Он  подошёл  и  сел  рядом  с  нашим  лежаком.  Ему  было  двадцать  лет,  но  выглядел  он  намного  старше.  Выяснив,  что  я  здесь  без  мужчины,  тут  же  предложил  стать  его  женой. 
Как  только  мы  появлялись  на  берегу,  он  выходил  из  своего  укрытия  и  садился  рядом  с  лежаком  на  песок.  Он  никого  к  нам  не  подпускал,  даже  клубничных  мальчиков.  Мне  это  надоело  и  я  попросила  его  больше  не  мешать.  Не  тут - то  было.  Он  отходил  метров  на  десять  и  скрестив  ноги,  опускался  на  песок.
-  Ну  прямо  Саид  из  фильма  "Белое  солнце  пустыни". 
Удивлялась  я. 
Он  наблюдал  за  нами,  пока  мы  не  уходили.  Он  шёл  сзади  до  ворот  гостиницы,  уговаривая  взять  его  с  собой.  Огромные  грифы  провожали  нас  сверху,  поворачивая  головы  на  сто  восемьдесят  градусов.
-  Небось,  туристов  пожирают.  То - то  никого  нет  на  пляже.
Иронизировала  я  над  птицами.
Однажды  они  слетели  с  дерева  и,  опустившись  на  песок,  смешно  заковыляли  к  воде.  Там  валялся  дохлый  пёс. 
-  Господи!  Какой  кошмар! 
Мне  стало  жутко  и  я  решила  больше  не  ходить  на  скучный  пляж. 
В  гостинице  я  спросила,  где  можно  взять  машину  на  прокат.  Работники  запретили  мне  ездить  одной  по  стране.
-  Белая  женщина  без  мужчины!  Вас  мгновенно  похитят  и  концов  не  найдёшь.
И  предложили  свою  машину  с  водителем - телохранителем. 

Шумахер.

-  Сегодня  едем  в   Банжул,  столицу  Гамбии.
Выхожу  после  завтрака  во  двор  и  понимаю,  что  понятия  времени  для  местных  не  существует.  Только  я  передумала  ехать,  как  открылся  шлагбаум  и,  дребезжа  всеми  частями,  во  двор  въехал  видавший  виды  Рено.  Такой  рухляди  я  даже  в  кино  не  видела:  бока  помяты,  краска  облезла,  фар  нет,  все  стекла  побиты.  Я  тупо  смотрела  на  Рено,  не  воспринимая  его  за  средство  передвижения.
-  Им  что,  в  футбол  играли?
Передняя  водительская  дверь  медленно  открылась  и  из  нее  вышел  маленький,  щупленький,  трясущийся  паренек.
-  Это  мой  племянник.  С  ним  вам  будет  безопасно.
Гордо  сказал  громила  с  рецепшин.
-  Скорее  ему  со  мной.
Подумала  я,  все  еще  не  веря  своим  глазам.
Меня  с  дочкой  втиснули  в  машину.  Затем  впихнули  паренька.  Его  худенькие  коленки,  торча  из  дырявых  джинсов,  выбивали  дробь.  Машина  никак  не  заводилась,  только  чихала  и  глохла.  Парень  трясся  всё  сильнее.
-  Может  я  сяду  за  руль?
Спрашиваю.  Паренек  со  страхом  смотрит  на  своего  сытого  дядю,  грозно  повисшего  над  ним  и  отрицательно  качает  головой.  И  опять  давит  на  педаль  газа.
-  С  меня  хватит.
Возмутилась  я,  хватаясь  за  дверную  ручку. 
И  тут  машина  завелась!  Рено  медленно  двигалось  к  широким  воротам.  Паренек  не  прибавлял  скорости,  но  мы  умудрились  доехать  до  главной  трассы  страны.  Где - то  с  полкилометра.  Свернув  на  совершенно  пустую  и  ровную  дорогу,  Шумахер  осмелел  и  поставил  вторую  скорость.  Затем  третью.   
Я  глядела  в  окно  на  выжженную  саванну.  Через  час,  на  пересечении  двух  трасс,  показался  светофор.  Мне  стало  смешно.
-  Одна  машина  на  сто  километров  и  светофор. 
У  нас  горел  красный.  Шумахер  перевел  скорость  на  первую,  но  не  остановился,  а  медленно  катился  в  центр  перекрестка.  Откуда  взялись  машины  на  перекрёстке,  непонятно.
-  Останови  машину!  Ты  что,  идиот,  не  видишь  красный  свет! 
Заорала  я  в  ужасе.  Машины  вокруг  бешено  и  зло  гудели,  водители,  высунувшись  из  окон,  ругались.  Но  наша  развалюха  двигалась  вперед.   Перепуганный  Шумахер  неуверенно  нажал  на  тормоз.  Машина  зачихала,  проехала  по  инерции  за  перекрёсток  и  заглохла.  Все  попытки  завести  ее  провалились. 
-  Она  больше  не  поедет.  Прошу  прощения,  госпожа.
Грустно  сказал  шофер.
Вокруг  не  было  ни  души.  Откуда  появились  машины  на  светофоре  и  куда  потом  пропали,  непонятно? 
-  Я  позвонил  дяде.  Он  пришлет  другую  машину,  но  надо  подождать.

Был  полдень.  Вокруг,  насколько  видел  глаз,  раскинулась  бесконечная  саванна  с  редкими  голыми  кустами.  В  расплавившейся  синеве  неба  палило  беспощадное  солнце.  Покрутив  головой,  я  увидела  каменную,  разрушенную  до  основания,  постройку  и  огромное  голое  дерево,  единственное  на  много  миль. 
-  Идём  в  тень  к  баобабу,  иначе  сгорим.
Пошарив  в  руинах,  горе  водитель  принес  сломанный  пластмассовый  стул,  прислонил  его  к  дереву,  подперев  палкой.
-  Садитесь,  госпожа.  Отдохните.
Как  иронично  звучало  это  предложение. 
Но  я  сажусь.  Стул,  крякнув,  ломается  подо  мной  и  я  сползаю  к  основанию  баобаба.  Шумахер  помогает  мне  подняться,  затем  опять  шарит  в  руинах,  набирая  камни  и  палки.  Укрепив  стул,  предлагает  мне  присесть.  Опускаюсь  очень  осторожно.
-  Хорошо,  что  львы  тут  не  водятся  и  стервятники  не  летают  поблизости.  Тут  и  спрятаться  негде. 
Думала  я,  ругая  себя  за  очередную  авантюру. 

И  вот  сижу  я  посреди  мёртвой  африканской  саванны  на  сломанном  стуле  и  жду.  Чего  жду?  Развязки  моего  путешествия.
Проходит  час.
Солнце,  поднявшись  к  зениту,  раскалило  саванну  так,  что  воздух  начинает  дребезжать.
Второй  час.
-  Где  машина?
-  Едет.
-  Тут  ехать  на  нормальной  скорости  от  силы  полчаса!
-  Надо  ждать,  госпожа.
Через  какое - то  время  на  дрожащей  и  расплывающейся  дороге  появляется  точка.   
-  Первая  машина  за  два  часа!  Что  за  мистика  была  со  светофором!
Переехав  перекресток,  возле  нас  остановилась  долгожданная  машина.  Взглянув  на  нее  поближе,  я  смогла  только  прошептать.
-  Едем  обратно  в  отель.
И  потеряла  дар  речи. 
Лобовое  стекло  было  пробито  пулями  в  нескольких  местах.  Заботливые  хозяева  заклеили  его  картоном  из - под  коробок  и  закрепили  скотчем.   Старательно  заклеили.  Чтоб  не  дуло,  наверное.  Рено  в  сравнении  с  этой  машиной  казался  новеньким  и  не  тронутым.
- Не  будем  менять  ваши  планы,  вы  поедете  дальше.
Заявил  приехавший  дядя.
-  Вы  новый  водитель?
-  Нет.  Мне  надо  возвращаться  на  работу  в  отель.
Трясущийся  Шумахер  сел  за  руль.  Я  молча  села  рядом.  Парнишка  легко  завел  машину,  но  долго  искал  щель  в  картоне.  Найдя,  согнулся  в  три  погибели,  вгляделся  в  щелку,  и  поехал.  Понятно,  что  мы  ехали  на  черепашьей  скорости  по  совершенно  прямой  и  пустынной  дороге.  К  моему  счастью,  светофоров  больше  не  встречалось.   

Банжул.

Первым  делом  водитель  привёз  нас  на  местный  рынок.  На  улице  стояла  жара  несусветная.  Асфальт  медленно  плавился,  испуская  неприятный  запах.  Длинные  ряды  с  вселенским  хламом  занимали  огромную  территорию.  Все  рынки  мира  становятся  одинаково  похожи  и  не  сразу  поймёшь,  то  ли  ты  в  Турции,  то  ли  в  Египте,  то  ли  в  Гамбии.  Единственным  отличием  тут  были  здоровые  чёрные  громилы,  которые  налетели  на  меня,  словно  грифы  на  падаль.  Мой  тщедушный  водитель,  шагая  впереди,  отбивался  от  них  как  мог.  Продавцы  хватали  его  за  руки  и  тряся  сумками  и  тряпками,  громко  кричали.  Казалось,  его  вот - вот  разорвут.  Мне  расхотелось  заходить  под  навес  с  тесными  рядами,  источающими  плотный  и  удушливый  запах  пота.  Развернувшись,  я  решительно  зашагала  к  машине.  От  нас  отстали  лишь  когда  мы  отъехали.  Водитель  попросил  прощения.
-  Извините,  госпожа.
-  А  ты - то  причем?
-  Я  врал  мужчинам  с  базара,  что  вы  моя  жена.  Они  просили  продать  вас  с  дочкой.  Торговались  за  цену.  Простите,  госпожа.
-  А  я  думала,  они  сумки  тебе  предлагали.
-  И  сумки  тоже.  В  обмен  на  вас.
-  Ну,  в  таком  случае,  прощаю.
А  сама   подумала,  интересно,  сколько  стоят  их  крокодильи  сумки?  И  во  сколько  бы  сумок  я  им  обошлась?
Мы  проехали  по  центру  города.  Чистые  домики  были  слеплены  из  местной  светлой  глины. 
Самыми  яркими  в  Банжуле  были  женщины.  Пышногрудые  и  задастые,  обмотанные  цветастыми  тканями.  На  их  головах  высились  огромные  намотанные  тюрбаны  из  тех  же  тканей.
-  Женщины  -  это  цветы  Гамбии.
Заключила  я.
Немного  покружив  по  городу,  мы  поехали  в  отель. 
Прострелянная  тачка  не  подвела  нас  ни  разу.  Вот  что  значит  закаленная  в  бою.

Гамбийский  зоопарк.

Отдохнув  день,  мы  с  дочкой  поехали  в  местный  зоопарк.   
Утром  нас  ждал  лихач  Шумахер,  прикреплённый  ко  мне  в  качестве  личного  водителя.
Дорога  в  джунглях  больше  походила  на  заросшую  просеку.  Остановившись  возле  покосившихся  железных  ворот,  запертых  огромным  ржавым  замком,  Шумахер  вышел  и  начал  стучать  по  железу.  Я  вышла  и  пошла  вдоль  забора.  У  ворот  висела  маленькая  выцветшая  табличка  из  которой  я  поняла  только  слово  институт  и  Качикалли.  За  рваным  проволочным  заграждением  виднелась  тропка,  ведущая  в  густые  заросли  джунглей.
-  На  зоопарк  как - то  не  похоже.
Из  покошенной  будки  вышел  сторож.  Поговорив  с  шофёром  и  получив  от  него  деньги,  он  стал  открывать  замок,  громко  скрежета  ключом. 
-  Госпожа,  я  буду  ждать  вас  в  машине. 
Смотритель  проводил  меня  с  дочкой  на  небольшую  полянку  к  огромной  железной  бочке,  прикрытой  плотной  крышкой.   
-  Ждите  тут.  Ничего  не  трогайте.
Пока  мы  стояли,  подошли  ещё  трое  парней  и  одна  молодая  пара.
Гидом  оказалась  научный  сотрудник  зоопарка,  полненькая  весёленькая  африканка.  Она  подошла  к  бочке,  стоявшей  под  густыми  ветвями  огромного  дерева,  открыла  крышку  и  предложила  нам  заглянуть  внутрь.  На  дне  копошилось  огромное  количество  разнообразных  змей.
-  Все  они  ядовитые.  Мы  собираем  яд  и  используем  его  в  медицине.
Рассказывая  о  пользе  яда,  она  палкой  для  ловли  змей  помешивала  гадов  в  бочке,  словно  готовила  спагетти  в  кастрюле.  Выбрав  змею,  она  поднимала  её  на  крючке  вверх  и,  пугая  нас,  рассказывала  о  ее  прелестях.  Мы,  делая  вид,  что  нам  не  страшно,  медленно  отступали  от  чокнутой  африканки  подальше. 
Помешивая  змеиную  кашу,  она  вдруг  испуганно  охнула.  Мы  замерли. 
-  Змея  сбежала!
Подняв  голову  к  нижним  нависающим  веткам  дерева,  она  принялась  бить  их  палкой. 
-  Где  эта  мерзкая  гадюка?
Группа  с  воплем  отскочила  от  бочки  и  в  страхе  уставилась  на  ненормальную  тётку.
-  Шутка.
Засмеялась  экспериментаторша.  И  ушла  доить  своих  змей.
Обливаясь  холодным  потом,  мы  постепенно  приходили  в  себя.  К  нам  подошли  двое  черных  парней  и  предложили  пойти  познакомиться  с  крокодилами. 
Молодая  пара  заявила,  что  с  них  на  сегодня  достаточно,  и  направилась  к  выходу.
-  Идем  к  пруду.
Оставшиеся  смельчаки  побрели  по  тропке  вглубь  джунглей.  Вскоре  дорогу  преградил  небольшой  водоём  с  крутыми  берегами.  Внизу  копошились  крокодилы.  Не  сводя  глаз  с  рептилий  внизу,  мы  опасливо  обходили  пруд,  пока  не  налетели  на  огромного  крокодила,  лежащего  поперёк  узкой  тропы.  Я  схватила  дочку  за  руку  и  остановилась,  как  вкопанная.  В  голове  пронеслось.
-  Скормят  нас  этим  гадам  и  никто  не  узнает.
Словно  услышав  мои  мысли,  гид  сказал.
-  Не  бойтесь.  Мы  обойдем  его.
И  пошёл  мимо  его  пасти.
Откуда - то  появилось  еще  несколько  молодых  африканцев.  Улыбаясь,  они  расселись  на  крокодиле.  Пока  мы  в  замешательстве  наблюдали  за  ними,  мимо  нас  просеменил  второй  крокодил!  И  скрылся  в  кустах!
-  О  боже!  Крокодилы  бегают  под  ногами  словно  крысы!
Охнула  я.  Меня  успокоили  и  посадили  отдохнуть  на  крокодила.
-  Почему  я  вечно  ввязываюсь  в  глупые  аферы? 
Думала  я,  машинально  поглаживая  трёхметровое  чудовище.
Зоопарк  на  этом  не  заканчивался,  но  я  уже  ничего  не  хотела.  Шумахер  отвёз  нас  в  отель.  Этот  экшен  навсегда  отбил  у  меня  охоту  встречаться  с  рептилиями.

Школа.

На  следующий  день  мы  с  дочкой  поехали  знакомиться  с  местной  школой.  Её  недавно  построили  и  местные  показывали  её  как  достопримечательность.  Вокруг  стояла  тишина,  были  каникулы.  Нас  встретил  учитель,  по  совместительству  сторож.  Он  провел  нас  по  территории  и  классам.  Разноцветные  круглые  домики  несколько  метров  в  диаметре,  с  небольшими  узкими  окошками  и  глиняным  полом  были  покрыты  пальмовыми  ветвями.  Мебель  отсутствовала.
-  Может  они  пишут  прямо  на  полу  по  глине?
Терялась  я  в  догадках.
Внутри  домиков  было  прохладно.
На  пороге  одного  домика  сидела  женщина  и  кормила  грудью  младенца.  Рядом  возилось  ещё  несколько  малышей.  Вокруг  них,  звеня  колокольчиками  на  шее,  гуляли  козы  с  козлятами.  В  пыли  копошились  длинноногие  куцые  курицы. 
-  Это  моя  жена. 
Смущенно  представил  учитель  женщину.  Он  предложил  зайти  к  ним  в  гости.  Я  отказалась.  Да  и  Шумахер  следовал  по  пятам,  следя,  чтобы  никто  ко  мне  не  приставал.

Рыбный  рынок.

В  Гамбии  непременно  надо  посетить  рыбный  рынок.  Это  не  просто  рынок,  это  живая  связь  времен.  Традиция,  которая  не  изменилась  за  прошедшие  века. 
Рынок  находился  в  порту  ( громко  сказано ). 
Предрассветное  море. 
На  горизонте,  из  синеватой  мокрой  дымки,  поднимаются  первые  лучи  солнца.  Дымка  постепенно  рассеивается  и  вдалеке  появляются  нечёткие  силуэты  корабликов.  Чем  ближе  подплывают  лодки  и  баржи,  тем  подвижнее  становится  толпа  на  берегу.  Суету  дополняют  стаи  громко  кричащих  птиц.
Лодки  с  уловом  останавливаются  невдалеке  от  мелкого  побережья.  Рыбаки  и  их  помощники,  одни  в  длинных  рубахах,  другие  по  пояс  голые,  а  третьи  и  вовсе  в  набедренных  повязках,  переносят  по  воде  огромные  тюки  и  корзины  к  ожидающим  покупателям.  Одни  продавцы  подстилают  мешковины  под  свой  улов,  другие  вываливают  его  прямо  на  песок,  а  третьи,  не  заморачиваясь,  продают  рыбу  прямо  из  тары.  Иногда  корзины  с  уловом  проносятся  прямо  к  машинам,  мимо  торгующихся. 
Покупали,  изучая  улов,  торговались,  громко  крича.  Кричали  все:  покупатели,  торговцы,  птицы  и  просто  желающие  поорать.  Берег  гудел  словно  осиный  рой.  С  виду  толкотня  казалась  хаотичной,  но  мне  это  движение  напомнило  муравейник.  Толпа  двигалась  по  определенной  инерции.  Люди  словно  выполняли  ритуал:  подходили,  наклонялись,  щупали,  махали  руками  и  веерами,  поднимались  и  довольные  уходили  с  покупками. 
Истошно  кричащие  чайки,  выбрав  момент,  резко пикировали  вниз  и  воровали  рыбу.  Продавцы,  отбиваясь  от  нахалок  мокрыми,  тяжёлыми  тряпками,  ругались.  В  это  время  на  песке,  в  предсмертной  агонии,  трепыхалась  живая  рыба,  длиннохвостые  скаты  и  зубастые  барракуды.  Ракообразные  пытались  уползти  в  море,  но  их  перехватывали  или  птицы,  или  люди.
Пока  кипела  торговля,  солнце  поднялось  и  разогревшийся  песок  начал  источать  неприятные  рыбные  запахи.  Непроданную  рыбу  отнесли  в  прохладные  помещения  крытого  рыбного  рынка,  который  находился  рядом.  Толпа  быстро  рассеялась,  берег  опустел,  лодки  исчезли. 

Возвращаясь  в  Финляндию,  я  думала,  как  же  разительно  отличается  жизнь  на  разных  участках  нашей  планеты.  Как  непохожи  люди.  Во  мне  утвердилась  мысль,  что  они  никогда  до  конца  не  поймут  друг  друга.  Развитые  страны  будут  без  малейшего  сожаления  уничтожены  кровожадными  дикарями,  не  нуждающимся  в  цивилизации.

Фото  из  интернета.
31.08.2021
Хельсинки