У кошки короткая память

Черная-черная кошка проснулась, спрыгнула со стула, важно потянулась и пошла своей пушистой походкой по одному важному делу. Мимо ножек стула под кровать по знакомому лабиринту из коробок, неразобранных после прошлого переезда, на всякий случай понюхала павлинье перо, торчащее из одной (от него пахло, как пахло раньше от хозяйки, когда она приходила с работы, только запах стал еще слабее). Выбралась из под кровати, наступила на раскрытую книжку, обогнула пустую тарелку, от которой пахло чем-то сладким, и уже собиралась выскользнуть из комнаты, но большие теплые руки подхватили ее, и кошка полетела.

Хозяйка умела ухватить кошку в самый неподходящий момент. А кошкино дело нельзя было отложить: на кресле в кухне лежал толстый свитер, пахнущий, человеческой едой, немного человеком и где-то очень глубоко большим, непонятным, но теплым зверем. По крайней мере так кошке мелькнуло во сне. На этот свитер нужно было залезть, еще раз внюхаться, прищурить глаза от восторга и запустить в него когти. Но теперь кошка крепко прижата к груди хозяйки и очень этим недовольна. Ее ушки торчат, она напряжена как на охоте, даже шкурка подергивается, и если рука, прижимающая ее, на мгновение потеряет твердость, в кошке сработают все пружинки, она дернет вверх, к плечу чтобы оттуда прыгнуть на чучело птицы, оттолкнуться, пока оно опять не упало, перепрыгнуть на тумбочку, потом на зеркало, на пол и, буксуя по паркету, обратно под кровать к павлиньему перу и коробкам.

Но хозяйка не намерена лишаться своей теплой и шелковистой добычи. У нее крепкие, умелые руки цирковой дрессировщицы. Руки, которых слушались звери и посерьезнее кошки. Крупные свирепые хищники, цари леса и саванны, уважали кошкину хозяйку как равную. Вольные птицы слушались ее и больше никого на свете не слушались. Большие и маленькие, серенькие и цветастые птички старательно бежали, куда угодно хозяйке, вытворяли разные забавные штуки, которые придумала хозяйка. И все ее питомцы были безмерно довольны собой, потому что делали они на арене то, что по природе своей умел делать лучше всех на свете. А после выступления, расположившись на своих жордочках и соломенных подстилках, чинно и гордо выслушивали похвалы хозяйки.

Теперь в эти руки попалась деловитая кошка. Ей остается только раздраженно размахивать хвостом и мечтать о лиловом стеклянном попугае (очень интересно его брякнуть лапой!), который появился в квартире совсем недавно вместе с колючим деревом. Причем здесь попугай? Нет, она же стремилась совсем не к попугаю: свитер, кресло, весело катающаяся пробка под шкафом… Причем здесь пробка? Отодвинуть лапой картину от стены, проверить, нет ли за ней чего интересного, лаза на крышу например или финиковой косточки? Кошка еще сильнее размахивает хвостом, «дело» ждет ее где-то очень близко, всего в нескольких прыжках, но если даже она вырвется, то куда ей прыгать? Наверное в шкаф, где за длинными цветными платьями у нее тайное гнездо из старого шарфа и новенькой шляпки, которую очень интересно погрызть перед сном. Или она собиралась отважно вскарабкаться на дверь и обозревать с высоты квартиру-вселенную? Да мало разве у кошки дел на свободе?!

Тем временем хозяйка подходит к окну. В белой тьме кружатся белые хлопья; белые человечки на белых тропинках, и только фонари пока еще желтые. Белые крыши и белые трубы. Над трубами белые, еле заметные, хвостики дыма и хвосты побольше и попушистее у машин. (Может быть погрызть цветок или раскидать землю из горшка и на десерт непременно получить тапкой?) От окна веет чужим, неприятным, одиноким. Сквозь шерсть просачивается к кошке холод и неведомо откуда знакомый опыт дикой природы.

Хозяйка говорит по телефону, кошка разбирает только несколько слов: Тьма (это ее имя) и «завтра уже точно» (теперь она слышит их каждый вечер, а раньше так говорил человек из свитера на кухне). Журчит и убаюкивает голос хозяйки, и крепкая уютная рука почесывает самое заветное кошкино местечко за ушком. Кошка становится мягкой, кисельной, она словно растекается по плечу хозяйки. От хозяйки тепло, кошка прикрывает глаза, в предсонной голове ее кружится этот дом, заполненный воспоминаниями о птицах, и свитер на кухне, его человек и неведомый зверь, финиковая косточка в недрах квартиры и холод… Во сне кошка поджимает лапки, вспоминая какая зима наощупь, и просыпается.

Она наконец вспомнила, куда так стремилась, зачем проснулась в прошлый раз и начала свой путь: ну конечно ей необходимо было отыскать хозяйку, вскарабкаться на нее, прижаться к плечу и как следует погреть ее и самой погреться. И конечно же промурлыкать ей о чем-то самом важном кошачьем. А это кошка умела делать лучше всех на свете.