Гражданин разведчик

Кильдебек очнулся где-то в кустах. Оказывается, уже стемнело. Рядом никого уже из его компании нет. Неужели бросили его или он сам сюда забрёл по пьяни. Вчера вечером у пруда сидели с друзьями, всё это он вроде хорошо помнит, только неизвестно, что случилось потом? Похоже, он снова свои силы не рассчитал. Голова раскалывается, да во рту сушняк. Где интересно он сейчас лежит? Сам он не местный, приехал погостить к родственникам. Кильдебек встал и сделал пару шагов влево-направо, какая-то незнакомая поляна возле леса. Где-то вдали светил фонарь, он решил пойти в его сторону. Пересёк какую-то заброшенную железную дорогу, перешагнул через валящиеся бетонные плиты.

Скоро он упёрся в большое двухэтажное здание. Обошёл его, с той стороны была дверь. Вроде, не заперта. Как бы не было, нужно попробовать здесь пережить ночь. Ведь на улице холодно и темно. Утром видно будет, куда идти. Кильдебек вошёл в здание, внутри ничего толком не видно. На ощупь он толкнул первую дверь. Туалет с раковиной, оказывается. Из крана напился воды и вышел снова в коридор. Остальные двери все были заперты. “Найти бы какой-нибудь подходящий угол, чтоб поспать до утра”, - подумал он. Молодой человек поднялся по ступенькам наверх. Коридор второго этажа слабо освещался  падающим светом из фонарного столба. И здесь почти все двери оказались заперты на ключ. “Если и эта последняя дверь не откроется, тогда придётся лечь прямо здесь в коридоре. Лучше, по крайней мере, чем валяться на бетонном полу туалета”, - пронеслись мысли в его голове. Повезло. Самая дальняя дверь от толчка подалась. Перед ним возникла какая-то большая комната, он вытянув обе руки перед собой с осторожностью прошёл в глубь. К счастью, у стены валялась куча тряпья, чем-то напоминающая палатку. Кильдебек завернулся в них и крепко заснул.

Он видел сон... Якобы в большом зале собрались высокие военноначальники, среди них есть Кутузов, Суворов, Жуков и, конечно же, сам Кильдебек. Вот-вот должен войти сам император. Дверь открывается, и звучит команда “Товарищи, офицеры!..” Именно в это время на самом интересном месте он просыпается.

Молодой человек открыл глаза, затем осторожно высунул голову из-под палатки и посмотрел вокруг. На улице уже было утро, об этом говорил падающий через окно солнечный свет. Он вскоре понял, что лежит в актовом зале. Интересно только то, когда столько людей успели там забиться? Ведь, бросив взгляд сквозь низ сидений, он заметил большое количество чьих-то ног. Хорошо, что он лежал на задней части зала, сцена, судя по тому, куда люди сидели лицом, находилась на другой стороне, потому никто его за креслами не заметил. Это не палатка, оказывается, вовсе, а видать какой-то киноэкран. Он снова нырнул под него.

Прислушался он к их речи. Не трудно догадаться, что идёт утреннее совещание некой организации. Только не совсем понятно какой?  Хоть ему крайне тяжело дышалось после вчерашней посиделки, мозг его всё же рвался куда-то вперёд и пытался выяснить эту загадку. Он очень надеялся на свой ум. Всё же наш паренёк за свою жизнь не мало прочитал про разведчиков разные книжки.

Пять или шесть мужчин по очереди выходили за трибуну и выступали. Первый тарахтел быстро: за последнюю неделю сколько сшил варежек, сколько тонн обработал шерсть. Вроде понятно, это швейная либо ткацкая фабрика. Без сомнения.

Когда второй начал рассказывать про ремонт клуба, Кильдебек сначала не понял. “Нужен шифер, говорят, что в Петромихайловке эта штука есть в магазине. Не плохо бы если нам дадут транспорт”, – так выступал тот тип с низким голосом. “Строители, нет начальник строителей швейной фабрики, может завхоз”, - сделал выводы молодой человек, лёжа на полу.

Третий говорил медленно, от какого-то Вадим Вадимыча требовал, чтобы тот подавал каждый день на столы лук. “Сказал бы ресторан, но причём тут ткацкая фабрика”, ломал свою больную голову наш Кильдебек. “Если только не фабричная столовая?.. Точно!”

Слова четвёртого товарища наконец посадили на мель мысленный корабль нашего разведчика, лежащего под экраном. Потому что он услышал его писклявый голос с жалобными звуками: “Собаки наши болеют. Такие проблемы, ветврача нет!” “Охотники? Кто, если не они тогда? Может питомник какой? Тогда кому шьют варежки? Обрабатывают собачью шерсть? Зачем им клуб нужен? Кто им шифер ломал? Кто лук у них ест?” Такие и другие вопросы двигались по его верхней части тела.

Пока он боролся с этими мыслями, в сторону трибуны пошёл пятый. Когда господин с кавказским акцентом начал клясться увеличить число свиньей, наш герой, который мучился с похмелья, совсем потерялся. “Наверно, колхоз, ладно подождём, о чём остальные будут рассказывать”, - так он решил на время не о чём не думать.

Шестой тип, беспрестанно кашляя, поведал о том, что некоторые беспредельщики угрожали его инспекторам. Попросил принять меры в отношении какого-то директора. “Тупик! Нет, точно не фабрика! Неужели РОНО?” - потекло серое вещество по его извилинам.

В самом конце, подводя итоги, начал выступать, кажись, самый главный. Однако было абсолютно не понятно о чём он бубнил. Из получасовой речи более или менее ясно послышалась лишь одна фраза. “Я тоже татарин...”, - сказал чётко босс. “В этом городе в основном живут русские. Оказывается, есть и такие”, - подумал наш пападанец. Остальные слова самого главного Кильдебек так и не понял.

Пока тот бормотал, “шпион”, который притаился на задней площадке актового зала и только что во сне общался с великими полководцами, напряг всю свою мудрость и талант чтобы вычислить, чем же всё-таки эта организация занимается. “Что за эта контора, которая включила в себя строителей, портных, охотников, питомник, колхоз, РОНО и ресторан, вдобавок всем этим рулит какой-то татарин”, -  рассуждал он. Однако ещё не совсем отрезвевшая его башка не была готова решать такие сложные задачи. “Может здесь какая-нибудь секретная база, возможно даже, что и клуб грибников, сумасшедший дом в конце концов, тоже как вариант не исключаю”, - размышлял он, снова засыпая...

Ему снова приснился тот зал. Великие полководцы всё ещё были на своих местах, только на этот раз на месте императора сидел сам Кильдебек. Вот он начал выходить и вслед ему подали команду “Товарищи офицеры!”... Он снова проснулся.

Из актового зала народ начал подниматься и выходить. Он осмелился маленько привстать и глянуть хотя бы на их спину. Эти люди были военные. Когда в помещении остался совсем один, он вскочил и вышел в коридор. Увидев записи на стенах, догадался, что стоял в здании штаба исправительной колонии.

Через несколько минут, Кильдебек, хорошенько обдумав свою дальнейшую судьбу, в здравом уме и ясном сознании перешагнул порог кабинета отдела кадров.