Она в отсутствии любви и смерти...

               
               
Это название одной из известных пьес Эдварда Радзинского,  удивительно точно отражающее суть последних  девяти лет ее жизни…
            

Шла уже девятая весна этого мучительного существования БЕЗ…
Без нормального живого общения, почти без ярких позитивных (как раньше) подпитывающих ощущений и впечатлений, без радикальных – хоть чем-то обнадеживающих -  перемен в любом из важных аспектов жизни, без любви, без  НЕГО…

По сути это был глубокий эмоциональный застой при внешнем впечатлении нормальной благополучной жизни.

Девятый год изо дня в день  она «наматывала» круги по опостылевшему микрорайону, где практически  все было знакомо до тошноты…

Временами хотелось выть. В полный голос. Но теперь уже не от невыносимой боли потери, как девять лет назад, а от отчетливого осознания полного одиночества.
Но даже это было неосуществимо: не в квартире же многоэтажного дома мегаполиса с «никакой» звукоизоляцией можно было позволить себе дать такой выход: проораться.

При всем богатстве воображения она даже представить не могла, что приметы самого прекрасного времени года могут вызывать такую тоску и почти физическую боль. Практически не локализуемую, тупую, растекающуюся, ноюще-саднящую, но ничего общего не имеющую с известными ей видами боли… Так, наверное, болит душа…

В ее сознании не укладывался тот факт, что вся эта весенняя яркая зелень травы, кустов, деревьев, может вместо естественного позитива восприятия вызывать такую беспредельную тоску. А постепенно одевающиеся в празднично-белый наряд черемуха, груши, вишни, -  с трудом переносимую боль… Не говоря уже о россыпи солнечно-золотистых одуванчиков на изумрудной траве газонов.  И о бездонной голубизне неба и  солнечных лучах, уже ощутимо пригревающих лицо…
В восприятии всех этих вечных и прекрасных картин пробуждающейся природы не было для нее ни капли позитива : только тупое отрешенное созерцание. С последующим нарастанием  боли…

Уже девятый год каждый выход из дома в весеннюю жизнь города был для нее очередным актом мазохизма. 
 
Её бы вполне могло вернуть к «нормальной» жизни и адекватному восприятию тех же самых картин весенней природы уверенность в настоящей необходимости кому-то. Жизнь без любви после стольких лет жизни в ней, без ежедневных  - пусть даже мимолетных  - объятий не могла присниться ей даже в страшном сне.

Во все времена бытовало жесткое и циничное обывательское утверждение: «Без любви не умирают…».

Умирают. Иногда медленно и мучительно…

Этот фейк, к сожалению,  остается  мерзким циничным атрибутом и ХХI века…

                (декабрь 2022г.)