Глава 10

Так совпало…
24 июня 707 года, в день летнего солнцеворота, в праздник Ивана Купалы, оказался Ник на берегу небольшого озера.
Ему было всё равно куда — только бы отдалиться от места и времени этого помпезного Колизея.
Небо раззолотилось закатом. Вершины берёз играли в последних солнечных лучах изумрудами молодой листвы.
Снизу, из леса к озеру, кралась мягкой поступью сказка-ночь.
От леса до берега было свободное пространство, похожее на разбросанный ковер из трав и цветов.
Молодые, задорные девушки в сарафанах собирали цветы, пели, шутили, смеялись; их загорелые, проворные руки ловко сплетали незамысловатые венки.
Парни, не менее ловкие, складывали огромных размеров костёр, а рядом другой, поменьше, вязали из соломы Ярилу.
Все походило на шутку, на игру…
Костёр прогорал, через него прыгали пары со сцепленными руками. Хороводили вокруг берёзки.
Отпускали венки в плавание по ночному тёплому озеру и, конечно же, купались.
Ник загляделся на этих красивых, сильных людей. В них он видел саму чистоту, гармонию, когда человек и природа слиты воедино.
Он даже подумал: а что если ему остаться здесь? Вот так же, как они, радоваться жизни, прыгать через костёр, выбрать себе суженую…
Только что-то смутное, тревожное, тёмным пятном растекалось в его сознании и постепенно вытесняло эту идиллию, этот праздник.
Пятно расширялось, и теперь Ник видел будущее.
Когда он вспомнил о конференции, ему стало больно — он по-человечески ощутил страх, стеснение в области сердца.
Ник застонал. Это становилось невыносимым, когда радость людей превращалась для Ника в кошмар, только потому, что он знал наперёд: пройдут столетия, и…
Странное название очередного доклада вызывало недоумение и даже настроение какого-то веселья на ярусах.
Многие смеялись, шутили, кто-то даже пытался свистеть. Это не потому, что они были такими — нет, они играли роль человека.
Трибун, как всегда, поднял руку, но все заметили, что даже он пытается спрятать улыбку. Колизей успокаивался.
Оратор повторил тему своего доклада, а она, действительно, была странной: «Потреблять — иметь или не иметь».
Заканчивался второй час доклада. Трибуны молчали, все слушали с большим вниманием. Тот изначальный настрой улетучился.
Ник только слушал; его поражало то, что у докладчика совершенно «каменное» лицо, эмоции отсутствовали полностью, он просто перечислял факты. Это соответствовало регламенту.
Ник смотрел в сторону Трибуна — тот, как изваяние, как статуя из греческого пантеона богов, следил за оратором; ни один мускул его лица не выражал эмоции.
— Геополитика, — продолжал докладчик, — затрагивает широкий спектр проблем, является инструментом как отдельных государств, так и их альянсов.
Основной раздел, который в большей степени интересует нас в этой сфере деятельности человека, — это геоэкономика.
В традициях геоэкономики захват новых территорий с целями приобретения новых рынков сбыта, расширение влияния на различные ресурсы — как природные, так и человеческие.
Что хочется отметить?
В последнее время на Земле всё чётче выкристаллизовывается так называемая «элита», которая пытается определять ход событий в мировом порядке землян.
Таких групп несколько: одни сильнее, другие слабее, но между ними всегда идёт противоборство.
Иногда интересы этих небольших групп людей идут вразрез с интересами большинства населения планеты.
Мотивацией «элиты» является обычное, безмерное желание иметь всё больше и больше, и это приводит в напряжённое состояние, не побоюсь сказать прямо, всю М3035.
Оратор продолжал излагать материал, в котором смешалось всё: частное и общее, труд ради потребления, его виды, способы достижения цели — от правового до грубого, насильственного; мораль, семья и прочее. Теперь он говорил о геополитике.
Слушатели, это было заметно, всплескивали руками, выражая эмоции возмущения по разным фактам, которые бесконечным потоком лились и лились, как из «рога изобилия», на присутствующих.
Колизей гудел, всем была окончательно понятна ирония в названии темы. Голограмма показывала очередной материал.
Мимо проносились с ревом реактивные самолёты. Ужасные ядерные взрывы на полигонах.
Разрушенные японские города — Хиросима и Нагасаки. Бегущие, обгоревшие от напалма люди во Вьетнаме.
Ник с ужасом смотрел эти картины и не верил, что это происходит на той самой Земле, в которую он был так влюблён.
Ему просто не доводилось сталкиваться с этим — он всякий раз попадал сюда «удачно». Что он видит сейчас?
Ещё сегодня, до начала доклада, там, среди этого красивого народа, он наслаждался Землёй, землянами…
Пусть он знал будущее, но то, что он увидел сейчас, потрясло его.
Вот те эмоции, которые он искал среди других, теперь он сам — эта «эмоция».
Как всё это выразить, чтобы было понятно до мелочей? Как донести до всех систем, насколько опасна система М3035?
Ник не мог обуздать свои эмоции, вспомнив того молодого мустанга, которого приучали к седлу и который выделывал невероятно дикие движения, так похожие сейчас на то, что заставляли выделывать его нахлынувшие эмоции.
Он помнил, как ему это нравилось тогда. А что сейчас? Ник заставил себя успокоиться, хотя стоило это невероятных усилий.
Оратор, понимая возбуждение тех, кто собрался здесь из разных систем мультивселенной, продолжал, как бы подливая масло в огонь:
— Военно-промышленные комплексы, которые используют политики «сильных», разрослись до мегаразмеров, поглощают баснословные финансовые и трудовые ресурсы.
Эти комплексы под влиянием лобби из возникшей «элиты» приносят баснословные доходы меньшинству.
Банки и промышленность работают на производство оружия, уничтожение всего живого. Торговля оружием занимает у людей ведущее место.
Абсурдность ситуации загоняет их в порочный круг.
Трибун остановил оратора.
— Прошу Вас, — докладчик осекся; он не ожидал, что его могут прервать.
Начало его доклада было беспристрастным, но в конце, почувствовав аудиторию, он посчитал, что ему дозволено перейти грань.
— Прошу прошения, — слегка смутившись, ответил оратор Трибуну.
— Продолжайте.
Из-за волнения докладчик, как показалось Нику, потерял нить своего сообщения.
Было заметно, что он нервничает, продолжая беспорядочно включать голограммы.
Теперь пробегали сюжеты из очередного кризисного региона: события геополитической войны между двумя сверхдержавами где-то в Восточной Европе.
Лектор собрался с мыслями и остановил движение голограммы.
— На этом вот примере, — он указал на картинку, — хочу донести вам информацию, как геополитика использует различные способы достижения своих целей.
Оратор говорил о средствах массовой информации, длительной подготовке и обработке общественного мнения.
Создания экономических условий и предпосылок для проведения той или иной «операции».
Большую часть времени выступающий отвел разделу идеологического влияния на сознание человека, рассматривая моральный аспект разложения «противника» путём внедрения ложных представлений о либерализме, демократии и толерантности.
Нику хотелось зажать уши — он был сыт, как говорят люди, «по горло». К его счастью, оратор закончил свой доклад. Колизей взорвался.
Участники, которые находились на трибунах, неистовали.
Некоторые кричали, что им противно быть в обличии этих «недоумков», сколько можно ещё терпеть эту необъяснимую глупость тех, кто назвался «Человек разумный».
Трибун с поднятой рукой стоял в царской ложе, но и он понял сейчас, что в «человеческом» состоянии он бессилен что-то сделать с этими «людьми».
Его воля в этих измерениях и времени ничего не стоила. Даже закралась мысль, что «эти люди» могут разнести всё — сам Колизей…
Трибуну стоило усилий включить систему управления и довести телепатически до каждого участника, что они совсем «другие».
Ярусы успокаивались. В считанные секунды все телепортировались.
Колизей опустел, сиротливо глядели красным светом огромные проёмы — глазницы на ярусах.
Только звёзды галактики М3035 высоко мерцали в тёмном небе — они видели всё.
Одна из них сорвалась и падала, держала путь к Земле. Обожглась и, оставляя огненный след, исчезла, не достигнув земли.
…Что она хотела?...

Продолжение следует.