Непризнанный гений

Семёна с детских лет считали ребёнком одарённым, а бабушка даже гением называла, но непризнанным. Возможно, поэтому в их семье гениальность мальчика никогда не ходила сама по себе, а всегда в сопровождении укора и порицания, то есть под конвоем, как и положено опасному заключённому. Страсть к созиданию у Семёна была велика. За что ни возьмётся, так сразу выходит шедевр. Хорошо, пусть не шедевр, но, без сомнений, что-то вполне приличное. Взять, к примеру, первый юношеский проект, где самый, казалось, обыкновенный рыболовный крючок на леске с маленьким резиновым шариком превращался в сложный механизм. Изобретение он назвал: "руки-крюки". Если умело кинуть эту штуку вдоль дороги и наступить на леску ногой, то, отскочив от земли, крючок впивался в податливую ткань юбки идущей впереди девушки, от чего одежда при ходьбе гарантированно сползала, показывая всякое интересное. Случаи, когда за это ноу-хау подростку доставалось по шее, были частыми, но чем активнее Семёна лупили, тем больше новых затей лезло в его голову. Можно ещё вспомнить инструмент по натяжке велосипедных спиц, который уже повзрослевший молодой человек конструктивно изменил и дал название: "палка-болталка". Вещь на первый взгляд кому-то покажется не такой уж гениальной и даже бесполезной, однако подобные сомнения могут возникнуть разве что в голове у человека наивного, если не сказать легкомысленного. Любой профессиональный музыкант согласится с тем, что спица - это струна, а стало быть, велосипед можно смело назвать не только средством передвижения, но и музыкальным инструментом.
— Тут нужно иметь терпение и хорошую маскировку.
Семён говорил увлечённо, выбирая подходящее место. Благодаря палке-болталке он научился извлекать из спиц новые уникальные мелодичные звуки, а добавляли общей гармонии те басы и контральто, что велосипедисты издавали при падении. Довольно скоро Семёну за это сильно досталось, кстати, той же палкой-болталкой, но его, как любого другого творца, подобные трудности остановить не могли, и фантазия продолжала бурлить новыми идеями. После неудачного музыкального эксперимента следующее изобретение казалось не столько гениальным, сколько практичным. Семён расплющил молотком столовую вилку, а кончики зубцов слегка загнул плоскогубцами, и получилась "чесалка под гипсом". Но патентовать оригинальную идею он из скромности отказался. Когда Семёну в поликлинике сняли гипс, он взялся за дело с удвоенной энергией и трудился над очередным, опять же чем-то гениальным, никому не сообщая подробностей. Было известно только, что завёл он себе какую-то птицу. Длинными зимними месяцами, когда уже не знаешь, где кончается день, а где начинается ночь, Семён обучал своего домашнего ворона говорить полезные слова и складывать из них фразы. Вот и наступило долгожданное лето. Самое подходящее время для испытаний выпало на первые жаркие дни, и Семён не пожалел о времени, потраченном на уроки с пернатым питомцем. Ворон вылетал из окна и направлялся в сторону парка, где беспечно отдыхали сидевшие на скамейках милые горожане. Опустившись на тротуар, Гоша начинал степенно по нему прохаживаться, выискивая прилично одетого господина, а когда, наконец, выбор был сделан, подходил ближе.
— Займи до завтра.
Хриплым голосом певца шансона обращался Гоша к мужчине. Осторожный ворон поворачивал голову в профиль, изучая реакцию человека. Гоша должен был убедиться, что тот правильно его понял. Оторопев от изумления, лопух в соломенной шляпе, словно околдованный, послушно лез в карман, доставал бумажник и, вынув из него купюру, спрашивал:
— Столько хватит?
Гоша внимательно осматривал, что ему суют, показывая нежелание быть обманутым, затем брал купюру в клюв, расправлял крылья и спокойно улетал. Конечно, встречались филантропы, которые протягивали ему вместо денег конфетные фантики и тут же норовили поймать за хвост. Как правило, это были маленького роста визгливые люди, желающие на ощупь освоить прикладные основы делового маркетинга, а потому он обходил их стороной. Но люди, достигшие зрелости, отказать такому элегантному попрошайке не могли, и летний сезон принёс Семёну немалую прибыль. Изобретатель даже стал подумывать о расширении бизнеса. Однажды прохладным осенним днём Гоша скучал, летая без дела по округе, когда вдруг увидел на земле знакомую бумажку и почти сразу спикировал к ней. Стоило ворону ухватить клювом добычу, как ловушка сработала. Чтобы вернуть Гошу, Семён вынужден был отдать вымогателям почти треть летней прибыли. Но, получив птицу обратно, удивился тому, что ворон перестал говорить. А чуть погодя, кто знает, что на него нашло, Гоша снёс яйцо.