Азбука жизни Глава 10 Часть 177 Приятное откровени

Глава 10.177. Приятное откровение

За кулисами царила особая, звенящая тишина перед бурей оваций. В этой тишине ко мне подошла она — мама Стаса. Её взгляд был таким же, как и двадцать лет назад в школьном коридоре: тёплым, бережным, наполненным безмолвным пониманием.

— Виктория, у тебя через несколько минут концерт, — тихо сказала она. — Хотелось настроить тебя на хорошую волну. Я случайно услышала вопрос твоего племянника…
— А они меня специально так «расшатывают», — улыбнулась я. — Чтобы я собралась и выдала что-то такое, чего от меня не ждут. Даже я сама.

В её присутствии была та же нежность, что и у Ромашовой или Соколовой — материнская, но без сюсюканья; уважительная, но без дистанции.
— Я всё вспоминаю нашу последнюю встречу, — задумчиво произнесла она. — Ту, что ты так точно описала в «Исповеди». Ты тогда всё поняла. Всё.
— Я её тоже никогда не забываю, — призналась я. — И меня до сих пор радует не то, что я угадала, а то, что смогла в шестнадцать лет почувствовать — не только боль матери, но и достоинство женщины. Это так важно, когда между нами нет недоговорённостей. Только правда.

Она кивнула, и в её глазах блеснула та самая, знакомая с детства грусть-радость.
— А сегодня… ты петь будешь? — спросила она почти шёпотом. — Мы же никогда не слышали тебя по-настоящему. Только в записях, которые Влад так щедро нам присылает.
— Постараюсь, — так же тихо пообещала я. — Сегодня — постараюсь.

И в этот момент меня осенило. Влад-умница. Никогда, ни единым словом не обмолвился о том, как тесно все эти годы общался с моими одноклассниками и их родителями. Не афишировал эту свою, тихую, преданную работу по сохранению моих же связей. Это было больше чем сюрприз. Это было приятное откровение. Откровение о его такте и о той невидимой сети поддержки, что он сплёл вокруг меня.

Я была благодарна ребятам, что устроили эту встречу. Я не люблю неопределённостей. Они, как фальшивые ноты, режут слух. И, пожалуй, именно поэтому я так часто сомневаюсь, когда пишу о чувствах других. Боюсь нафантазировать. Боюсь недотянуть. Боюсь допустить ту самую фальшь, которой в жизни нашей маленькой вселенной — по счастью — так мало.

Гонг возвестил начало. Я глубоко вдохнула, ловя её ободряющий взгляд. Настроение было найдено. Не на рояле, а в этом коротком, тёплом разговоре. Волна была хорошей. И на ней я была готова плыть — и петь. Вживую. Для них. Для всех, кто десятилетиями хранил мою правду, даже когда я сама в ней сомневалась.