Сказка из жизни посуды. Обеденный сервиз

    Война не щадит никого. Эта история актуальная и не совсем сказочная. Ведь в обычной жизни и у посуды, и у людей, с которыми она связана вековыми узами, случаются трагические этапы.
    Заглянем-ка в коммунальную квартиру под крышей трех-этажного дома, где проживают несколько семей. Общая кухня и общий туалет всегда создавали и создают неудобства, даже конфликты. Но в праздничные дни соседи объединялись за одним столом в самой просторной комнате, одной из двух, которые занимала большая семья, состоящая из трех поколений. Тогда хозяева доставали с нижней полки буфета обеденный сервиз на шесть персон. Несмотря на то, что тарелки были разного размера (глубокие, средние и мелкие), в общей сложности получалось восемнадцать штук. Вместе с соседскими тарелками этого количества всегда хватало.
    Вот и 1 мая 1941 года на столе появились все предметы сервиза. Стоял теплый солнечный день. Через распахнутые настежь окна в комнату проникали  звуки музыки, песен и просто радостного настроения, а воздух был наполнен ароматом цветущей сирени.
    В семье, принимавшей гостей, старшей по возрасту и статусу была моложавая бабушка. Второе поколение - сын и его жена, у которых  — трое детей: закончившие школу мальчики-близнецы и маленькая девочка.
    Главой столового фарфорового сервиза считалась пузатая супница. Два блюда, салатник, соусник, приборы для специй и, конечно, тарелки - это была ее многочисленная семья и она опекала их всех, как курица-наседка своих цыплят.
    Посуда вместе с людьми разделяла эту эйфорию праздника. Она делилась своими первоначальными впечатлениями, пока люди еще не приступили к трапезе.
 - Ах! Какая наша хозяйка кудесница! Пирог с мясом и капустой просто пропитал меня своим аппетитным запахом! - сказало с восхищением круглое блюдо.
 - На мне тоже шедевр кулинарии!- воскликнуло ревностным тоном овальное блюдо,- Заливная рыба и запеченная картошка с золотистой корочкой! Это такая прелесть!
 - Не спорьте, мои милые! Еды на столе в достатке! Во мне — душистый борщ, в салатнике — яркий винегрет. И еще другие закуски, которые принесли соседи. А наши тарелочки, в ожидании гостей, блещут такой чистотой, что в них отражаются лица людей, накрывающих этот стол, - ласково произнесла супница, с умилением глядя на своих родственников...

    В скором времени, 22 июня, размеренную и счастливую жизнь прервала  война. На фронт ушел сын бабушки, а через год — оба внука. В город, где жили герои этой истории, не впустили фашистских захватчиков. Но бомбежки сотрясали стены дома, где на полке буфета сжималась от страха посуда...

    Снова весна и месяц май, только 1945 года. Щебечут птицы. Благоухают кусты сирени, те из них, которые сохранились после обстрелов. В домах, оставшихся целыми, часть окон смотрят еще пустыми глазницами на мирное небо, которое поражает своей глубокой чистой синевой. Война закончилась! И в нашей коммунальной квартире, в самой просторной комнате, впервые за прошедшие четыре года накрывают стол.
    Обеденный сервиз извлекли на свет после долгого заточения. Он хранился в кладовке, потому что пробило крышу и в комнату, прямо на буфет, рухнула балка. Это произошло еще в первый военный год. Потолок и крышу восстановили, но теперь на месте буфета стояли два стула. 
    Приведенные в порядок, отмытые предметы сервиза заняли свои места на столе. Посуда знала, что не все жители этой квартиры будут присутствовать на празднике. Только из большой хозяйкой семьи оставили свои жизни на полях сражений два человека: отец и один из сыновей. Второй близнец вернулся домой после тяжелого ранения в ногу и хромал. Бабушка, в силу своего характера, стойко перенесла эти потери, хотя превратилась в сухонькую  старушку.
 - А ведь наша посуда тоже пострадала, - заметила младшая девочка и провела рукой по крышке супницы, где пролегала извилистая трещина.
 - Да. На войне страдают не только люди, животные, растения, но и все, что создано руками человека. Сам созидает, а потом это сам же разрушает. Нонсенс, - задумчиво произнесла бабушка.
Супница, которую наполнили не наваристым мясным борщом, а всего лишь постным супом, с грустью оглядела своих близких. Она помнила, что именно после того, злополучного взрыва образовалась трещина в ее крышке, а сервизная семья лишилась большого круглого блюда, соусника и трех тарелок.
    Время было голодное, однако на овальное блюдо выложили небольшие кусочки пирога, только с луком и капустой, без мяса. Со слезами в голосе блюдо тихо произнесло:
 - Прежде я завидовало большому блюду... А теперь очень сожалею, что его нет рядом с нами. Пусть этот пирог будет как дань памяти тем, кого мы потеряли...

    Застолье отличалось от довоенного скромным набором продуктов, но горячая, сваренная в кожуре картошка, согревала своим теплом каждую тарелку.
    Люди радовались! Но если до войны радость была беспечной, то сейчас, после перенесенной боли потерь, эта эмоция стала особой — осознанной, выстраданной. Тоже самое чувствовала и посуда, будто по каким-то невидимым каналам ей передавался этот настрой.
    Собравшиеся за столом помянули павших. Потом подняли тост за победу, и за то, чтобы никогда не Земле не было больше войн и фашизма. Посуда поддержала это пожелание, искренне веря, что человеческая мудрость восторжествует...

01.02.2023г