V. - В Канаду пришло письмо... , Гл. 1. 3

[ Все книги с иллюстрациями - на авторском сайте: y-books.neocities.org ]
[ подробнее см. proza.ru/avtor/yarmosh ]


Глава 1.3. ДИРЕКТОР О СЕБЕ, ШКОЛЕ И НЫНЕШНИХ ВРЕМЕНАХ


::::: ДИРЕКТОР :

Примите мои извинения за долгое молчание. Нас вот уже три недели шерстит фронтальная проверка, потому я не могу вырваться из школы. И перед проверкой, и в ходе нее подгоняем бумаги.

От писанины кружится голова. Кроме того, проверяющим каждый документ подай в руки, объясни да покажи. Три недели все вместе пересматривают папки и не знают, когда закончат. До фронтальной, школу проверяли работники контрольно-ревизионного управления. Их интересовала картошка, которую мы два года назад вырастили на площади 0,62 га. Пришлось поднимать акты и готовить объяснительную записку, в которой, в частности, писал:

1) Ради поддержания добрых партнерских отношений между школой и КСП им.Фрунзе, 286 кг передано им бесплатно на еду для механизаторов, так как своей картошки КСП не имело.

2) С целью удешевления ученических обедов, передано 440 кг тому же КСП для организации питания учеников в их столовой.

3) 300 кг использовано как посадочный материал на участке площадью 0,12 га.

4) 1098 кг картошки пошло на питание учеников в столовой школы за период с ноября 1999 по апрель 2000 г., и так далее.

Отмечу, что урожай был совсем незначительным. Лучшую картошку общим весом в те самые 300 кг мы посадили, остаток до сих пор находится в подвальном помещении школы. Мы не смогли ее использовать или реализовать, так как она была очень мелкой. Вскоре будем выбрасывать.

Мне следовало бы быть более требовательным и аккуратным. Однако в условиях, в которых нам приходилось работать, аккуратным быть трудно. Это период невыплаты заработной платы, школа не отапливалась, шло массовое сокращение сотрудников. И в такое время мы не только продолжали работать, но и взяли на себя дополнительную нагрузку — возделывание 12 га земли.

Приходилось работать и по выходным, и во время отпуска, и ночью. Часто со стороны государственных контролирующих органов получаю замечания относительно исполнения моих обязанностей, но почему-то государство забывает о своих обязанностях. Чтобы списывать продукты надлежащим образом, школа должна иметь повара. У нас его нет. Если вести всю документацию как следует, то директору нужно дать и делопроизводителя, либо зарплату соответственно законодательству. Что я мог требовать от завхоза, если он за 27 гривен в месяц, которых не получал, день и ночь трудился в школе? Перечень подобных вопросов можно продолжать. К объяснительной записке приложил 5 актов и выписку из решения родительского комитета, плюс объяснительную записку от завхоза.

В этому году у меня, кроме контрольно-ревизионного управления и фронтальной проверки, еще аттестация, открытие школы-сада, и т.д. Все это помимо ежедневной рутины и работы дома. Настоящим делом заниматься некогда. Сплю не больше 6 часов в сутки.

Всегда завидовал белой завистью городским учителям. Они подрабатывают себе на прожитье репетиторством. В селе спроса на этот вид услуг нет совсем, потому приходится работать физически, ведя подсобное хозяйство.

Мы с женой обрабатываем полтора гектара земли, держим корову, теленка, двух свиней, 15 гусей, 10 уток, кур. От этого мы не живем богато, но это серьезная добавка к нашей зарплате, а на время невыплаты, которая снова началась — единственный источник дохода. Другой работы, которая бы сочеталась с работой в школе, нет.

Происходит чередование умственного и физического труда. Естественно, хочется, чтобы было больше времени на чтение книг, поездки, интересный отдых. Однако административные обязанности и подсобное хозяйство тормозят все мои планы. Впрочем, похоже, ничего не поделаешь.

Привожу пример: я, как директор школы, работаю по 10–12 часов в сутки и получаю, уже после повышения, 200 гривен зарплаты. Моя соседка держит четыре коровы. Сдает молоко на маслозавод и получает 600-700 гривен в месяц только за молоко. Если бы ее семья не работала в колхозе, то могла бы этот продукт реализовывать на рынке. Денег имели бы вдвое больше. Кроме того, покормив в течение года четырех телят, получают плюс 1500 гривен за каждого. Месяц они заготавливают сено, еще отпасут очередь — четыре дня через каждые 45 (в очереди 45 коров). В прочие дни, работая вместе всей семьей, в сутки соседи на уход за скотиной тратят три часа. Вот и сравните мой и их доходы за год.

Сейчас стоит вопрос о сокращении сети сельских школ. Об этом постоянно твердит Министерство образования, такую точку зрения разделяю и я. Ибо это очевидно. Сельское население резко сокращается. За 1999 год по Рябуховскому сельсовету, куда входит пять сёл, статистика такая: родилось — 4 человека, умерло — 29.

Говорят, что на Талалаевский район хватит четыре школы. Я делаю всё, чтобы наша осталась, и она, скорее всего, останется. Однако где взять денег для нее, я не знаю. Не представляю, где найти средства на дизтопливо, чтобы завезти уголь в школу, а он тем временем заканчивается. Где взять на бензин, чтобы отвезти детей на Олимпиаду. На мел, чтобы писать на доске. На тряпки, чтобы мыть полы (из дому давно всё вынесли). На утепление окон. На Новый год Деду Морозу в мешок тоже нужно что-то положить, ведь детям не объяснишь, почему нет подарочков.

Заплатил бы своими, но их нет. На мне висит 700 гривен долга, а наша зарплата вместе — 400. Кроме того, нужно купить зерно и уголь. Значит, в выходные должен торговать на базаре молоком и сыром.

Другие препятствия вы, думаю, знаете. Это — крайняя бедность основной массы населения, техническая отсталость страны, неразвитые информационные технологии, менталитет людей.

Думаю, для самореализации, раскрытия себя каждая личность должна иметь кого-то, кто понимал бы ее, поддерживал, побуждал к деятельности, с кем можно было бы делиться своими планами и работой, или вести совместное дело. Такой человек не обязательно должен находиться рядом. Можно никогда не видеть друг друга, но чувствовать дружеское плечо.

Обидно, что в нынешнем образовании такое общение — большая редкость. Инициативный, усердный учитель материальной отдачи от своего труда не видит. Моральной поддержки тем более. Везем детей на экскурсию за свои деньги; книги, учебники — покупаем за свои; канцтовары — за свои; прессу выписываем за свои; ремонты делаем за свои.

Вот и выходит — чем больше стараешься, тем больше в убытке. Спросите, а как же квалификационная категория педработников? Надбавка к зарплате за категорию не оправдывает затрат, она не стоит ни усилий, ни нервов, потраченных на ее повышение. В этому году четверо наших учителей отказались от такой возможности.

Удивляет другое — что и в этих условиях школа умудряется выживать, продолжает по мере сил выполнять свою миссию. Подобное можно наблюдать и в природе. Иногда люди просят меня заколоть свинью. Родственникам и давним друзьям отказать не могу. Не отказал и в этот раз, ведь просила родная тетя. Она жаловалась на то, что кабан плохо ест: "Сначала будто и берется за еду с аппетитом, но вскоре ложится, и к корыту больше не подходит...". Разбирая кабана, внимательно просматриваю все его внутренние органы. Что-то должно же быть не в порядке? И вот нахожу: кусок алюминиевой проволоки сантиметров 3-4 в длину, пробив желудок, так и остался в нём торчать. Весь оброс пленками и жиром. Сначала трудно было распознать, что там за нарост под желудком, величиной с куриное яйцо. Понял лишь тогда, когда разрезал. Вот вам наглядный пример того, как организм животного, а его можно рассматривать как сложную систему, обезвредил инородное тело, угрожавшее его существованию, ведь проволока дальше не пошла.

Но сколько делаем лишней работы! Вот, в частности, проводятся предметные ученические Олимпиады. Первый этап — школьный. Мы должны определить победителей сначала в школе, потом в районе, области и республике. У нас параллельных классов нет. В 11-м, где я преподаю английский язык, двенадцать учеников. Я всех их знаю как свои пять пальцев. Знаю, что Юра Савченко — сильнее всех в классе. Всем остальным до него очень далеко. И скорее небо упадет на Землю, чем Юра не окажется победителем школьного тура. Однако я должен такую Олимпиаду проводить. Конечно, лучше бы я в это время поработал с детьми в видеозале или занялся другим полезным делом. Но деваться некуда, потому что и задания, которые я придумал, и итоги проведения Олимпиады, и ученические работы нужно хранить в школе как отчетность о проделанной работе. Вот так сидишь, пишешь, и душа щемит, что занят бесполезной работой, а нужная остается не начатой и время вылетает в трубу.

Раз уж зашла речь об Олимпиаде, не удержусь сказать следующее. Не только я хочу послать Юру на Олимпиаду по своему предмету, любой другой учитель — тоже. К тому же, если брать английский язык, Юра в Талалаевке будет соревноваться со сверстниками, которые изучали иностранный язык углубленно и учились в сильных группах. Мы же дифференцированного подхода к формированию групп и классов ввести не можем, и углубленного изучения тоже, ввиду малого количества учеников.

Победители второго тура ученических олимпиад едут в Чернигов и там, в свою очередь, соревнуются с учениками лицеев, гимназий, школ с углубленным изучением иностранного языка, с детьми, которые бывают за границей.

А дальше учителя получают свои "медали": "Почему такие плохие результаты районных и областных Олимпиад?! Вы не научили детей!?" И никто не хочет понять самого простого — что ученику к Олимпиаде по одному предмету подготовиться легче, чем по трем сразу. И что из 12 учеников в классе трудно найти одаренных по каждому предмету. В классе, где 30 учеников, это сделать куда проще. Тем более, если таких классов два-три, а то и четыре.

Убежден также, что нашего Юру нельзя равнять ни с каким Сашей или Колей. Его можно сравнивать лишь с самим собой, с тем, каким он был вчера и стал сегодня. Это все понимают. Об этом трубят с высоких трибун. Однако часто выходит, что говорят одно, думают другое, а делают третье.

Мы, директора школ, на каждом шагу критикуем за бумаготворчество тех, кто к нам ближе — райотдел образования. Никогда не смолкает на совещаниях директор Красноколядинской школы Николай Алексеевич Бычок, который много времени отводит хозяйственным проблемам своей школы и не терпит бумаг. Я преимущественно молчу, потому что знаю: всё то пустые разговоры, и они нечего не дают, а наоборот, лишь затягивают совещания. Отдел образования ссылается на область, область на Министерство, Министерство на Кабмин и местные органы управления образованием, которые не могут избавиться от старых привычек. Однако я работаю в школе 11 лет, а такой шквал приказов, писем и инструкций стал сыпаться лишь в последние годы. И виноватых нет.

Завтра включаюсь в бой с картошкой. Должен вторую половину августа и сентябрь рыться у себя в огороде. Как всё успеть, ума не приложу. Вот так мы живем.

Всего доброго. Для нас праздник получать от вас письма, и отвечать — одно удовольствие.