Азбука жизни Глава 9 Часть 179 Неосознанная завист

Глава 9.179. Неосознанная зависть

Я закрыла крышку ноутбука, но в воздухе, кажется, ещё вибрировали только что произнесённые вслух слова. Слова не свои, а выхваченные из самой глубины раздражения, как шип из раны. Дядя Андрей, сидевший напротив с газетой, медленно опустил её и посмотрел на меня через стол.

— Замечательно, Виктория, — сказал он спокойно, без иронии. — Очень точно. Только удали, пожалуйста.

Это был не приказ, а просьба. Просьба старшего, видевшего дальше моего сиюминутного гнева.

— Хорошо, дядя Андрей, — вздохнула я, чувствуя, как пыл остывает, уступая место усталой рассудительности. — Язык Эзопа ещё никто не отменял. Будем действовать иначе.

Он кивнул, и в его взгляде я прочла одобрение.

— Меня вчера достали — вот я и улыбнулась в ответ через рецензии. Но с подачи же! — не удержалась я, пытаясь оправдать этот выплеск. — Как промолчишь, когда на тебя вываливают тонны этой… обыкновенной бездарности, выдавая её за талант? Когда кто-то, считая себя красивее, умнее, талантливее, только потому и живёт, что унижает других? Это же беда. И не только его личная, но и всего, что его окружает. Нравственных уродов развелось столько, что они уже кричат о себе как об элите, живя за чужой счёт. И что ждать в век такого «прогресса»? Только то, что они будут кричать всё громче, пока их… пока их не сметут с лица земли, как сорняки. А уже хочется! Потому что с ворами, швалью и всей этой продажной сволочью, что крутится возле их «элитарности», других способов, кажется, и нет.

Я говорила горячо, но уже без той слепой ярости, что была в тексте. Это был холодный, аналитический гнев.

Дядя Андрей слушал, не перебивая. А потом улыбнулся — не той снисходительной улыбкой, что обесценивает чувства, а понимающей, почти отеческой.
— Выход у тебя один, — сказал он просто.

И он был прав. Не вступать в их игру. Не опускаться до уровня того, кого презираешь. Не поливать грязью, даже если тебя облили с ног до головы. Мой выход — продолжать жить. Создавать. Писать свою летопись, в которой нет места их убожеству. Потому что истинный талант, истинная красота и сила — вечны. Они не нуждаются в том, чтобы кого-то унижать для своего признания. Они просто есть. Как свет. И тьма, какой бы наглой и крикливой она ни была, не способна его поглотить — она способна лишь подчеркнуть его яркость.

Я вновь открыла ноутбук. Не для того чтобы удалять рецензии сгоряча, а для того чтобы вернуться к своей главе, к своим героям, в свой мир. Там, в чистоте творчества, и был мой единственный и верный ответ. Ответ, который не услышат те, кто его ждёт, но который является единственно возможным для того, кто хочет остаться человеком в мире, где так легко превратиться в нелюдя. Я удалила тот всплеск ярости. Не из страха, а из уважения к самой себе.