Испанский язык как иностранный в Европе I

Испанский язык как иностранный в Европе: шесть веков учебных материалов


Оригинал: Spanish as a Foreign Language in Europe: Six
Centuries of Teaching Materials, Aquilino S;nchez, 2014
Перевод: Нина Евгеньевна Петрова, 2023


В этой статье представлен обзор истории испанского языка как иностранного с момента появления методических материалов в конце XV-го и до XX века. Насколько мне известно, это первый подобный обзор, опубликованный на английском языке. Данное обстоятельство показывает: мы хорошо осведомлены о множестве направлений развития, но многое еще предстоит сделать и в других областях – особенно если они касаются анализа материалов, используемых для обучения испанскому языку, и их связи с европейской педагогической традицией. В основном учебные материалы подготавливались в соответствии с  текущими потребностями учащихся; гораздо меньше нам известно о том, что представляли из себя изучающие испанский язык европейцы – кажется, будто у населения северной Европы были вполне конкретные цели, которые отличались от намерений тех, кто изучал испанский язык во Франции.


НАЗАД В ПРОШЛОЕ
До сегодняшнего дня сохранились сведения о том, как языки преподавались или изучались несколько тысяч лет назад - в частности, у шумеров, когда регион был оккупирован акадцами (3000–2000 гг. до н.э.). Шумерская культура достигла высокого уровня, и научная элита того времени делала все возможное, чтобы изучить и сохранить ее, пусть это и была культура покоренной нации. Тот факт, что шумеры записывали свои знания и деяния на глиняных табличках (которых было найдено несколько тысяч), позволил нам спустя несколько тысячелетий обнаружить значительную часть их мудрых изречений, юридических документов и свидетельств образа жизни.
Спустя несколько столетий после завоевания территории акадцы все еще пользуются документами и текстами на шумерском языке. Следовательно, изучение данного языка в качестве второго было важным элементом в учебном курсе акадских школ. Сохранившиеся глиняные таблички содержат списки слов (vocabulary) на шумерском и акадском языках, иногда сопровождаемые примечаниями относительно произношения ¬слов. Эти списки выстраивались по темам или семантическим полям, а основой обучения были повторение и запоминание. Шумерская мудрость сохранилась в текстах, которые часто имеют формат диалогов, мало чем отличающихся от тех, что предназначались для изучения народных (vernacular) языков, существовавших в Европе в первые века 2-го тысячелетия.


Необходимость изучения иностранных языков осознавали и в Римской империи, которая являлась многоязычной структурой. Сфере образования пришлось столкнуться с проблемой обучения греческому как самому важному языку того времени и средству распространения культуры. Традиция изучения иностранных языков посредством чтения текстов и запоминания списков слов хорошо иллюстрируется герменевматой (hermeneumata), корпусом текстов, которые, по-видимому, использовались по всей империи. Их целью было обучение латыни и греческому языку; у нас есть образец такого рода текстов, датируемый 207 годом н. э. Эти тексты являются двуязычными – даются на латинском и греческом языках – а содержание включает в себя следующие разделы:
     •Списки слов, обозначающие предметы привычной и повседневной жизни. Списки расположены в алфавитном порядке, разделены на темы и подтемы.
     •Тексты, представленные в формате диалога и дающие возможность активировать словарный запас, представленный в словарных списках. В диалогах демонстрируются частые коммуникативные ситуации.
     •Тексты, имеющие повествовательный характер и состоящие из басен или притч, переданных простым языком.
И учебные материалы, содержащиеся в герменевмате, и метод обучения (основанный на модели «вопрос-ответ») сохранились и в Средние века. Эпоха Возрождения «заново открыла» эти методы и придала им известность.
Когда в XVI веке были напечатаны первые материалы для обучения испанскому языку как иностранному, в них содержались аналогичные методы обучения и материалы: 1) списки слов и 2) тексты в формате диалога. По сравнению с шумерской или римской моделью методика преподавания языков существенно не изменилась.


Начало преподавания испанского языка как иностранного


СЛОВАРНЫЕ СПИСКИ
Первый испано-латинский словарь датируется 1490 г. и называется Universal vocabulario en lat;n y en Romance, его автором является Альфонсо Фернандес де Паленсия; вскоре на свет выходит Diccionario latino-espa;ol Антонио де Небрихи (1492 г.). Эти списки слов использовались в монастырях и школах для изучения латыни и/или греческого языка, но потребность в изучении испанского как иностранного заставила адаптировать их к новому жизненному сценарию, и учителя с учениками получили доступ к хорошо известным материалам и методикам. В случае словарных списков им было нужно только перевести слова на язык студентов, подставив сбоку столбец на латинице или просто добавив еще один со словами на новом языке.
Словарные списки были представлены в двух форматах:
     1) разделенные по темам (еда, растения, животные и т. д.);
     2) расположенные в алфавитном порядке.
Рукописи такого рода распространялись по всей Европе и были адаптированы и переведены на большинство европейских языков, но латынь и греческий язык всегда оставались языками-эталонами.
Когда народные языки стали официальными в Испании, Англии и Франции, их лексические ресурсы увеличились в качестве и количестве, но природа осталась практически неизменной.


ПЕРВЫЕ КНИГИ ДИАЛОГОВ
Изучение естественного языка основано на неявной обработке и усвоении лингвистического ввода информации. Занятие в классе добавляет к этому естественному процессу нечто большее – четкие объяснения получаемой нами информации – и запускает сознательное знание ¬элементов и структур полученной информации.
Опыт и наблюдения говорят нам, что овладение языком происходит путем непосредственного контакта, за которым следует практика и повторяющееся использование. Благодаря интенсивному ¬воздействию мы учим слова и усваиваем правила, с помощью которых они выстраиваются в предложения и абзацы. Это понимание «здравого смысла», сознательное или нет, лежит в основе использования списков слов и диалогов. Диалоги обеспечивают богатый вклад в овладение языком и по своим форме и содержанию имеют большее сходство с аутентичнымы коммуникативными ситуациями.


Сборники диалогов обрели популярность с появлением книгопечатания, в середине XV века. Так, colloquium, или словарь для изучения испанского языка появился в Антверпене в 1520 году и назывался он Vocabulario para aprender franc;s, espa;ol y flamini. Словарь был создан на основе других книг аналогичной структуры и содержания, в которых испанский язык был добавлен или заменил другие языки.
Подобные словари приобрели популярность после того, как Ноэль де Берленмон опубликовал в 1536 году свой Vocabulaire ... pour aprendre legierement a bien lire, escrire et parler francois et flameng, lequel est mis tout la plus part par personnaiges (Словарь... чтобы научиться читать, писать и говорить по-французски и по-фламандски, как большинство людей). Книга, по-видимому, имела настоящий успех и установила стандарт для будущих изданий и подражаний. Испанский также фигурировал в сборниках диалогов Берленмона в 1551 году вместе с тремя другими языками: Vocabulario ¬de quatro lenguas. Tudesco, franc;s, latino y espa;ol, muyprovchoso para los que quisieren aprender estas lenguas (Словарь на четырех языках: немецком, французском, латыни и испанском, весьма хороший для тех, кто желает выучить эти языки). Новые издания книги появились в 1556, 1558 и 1560 гг. Хотя книга Берленмона не была первой, содержащей диалоги на испанском языке, она оказалась самой успешной. Структура издания соответствует стандартной схеме того времени с добавлением новых вспомогательных разделов:
     1) глоссарий с часто встречающимися словами;
     2) перечень чисел и дней недели;
     3) три диалога (в более поздних изданиях их количество увеличилось);
     4) образцы деловых писем и документов;
     5) наиболее известные молитвы (Отче наш, Аве Мария...);
     6) короткий раздел с информацией о произношении для каждого из четырех языков.
Такие книги диалогов сохранили свою важную функцию практически до наших дней. Они соответствуют «естественному обучению», являются полезными функциональными инструментами и передают реальные коммуникативные ситуации. Эти функции могут помочь ¬понять, почему важные события в Европе – например, королевская свадьба Филиппа II Испанского с английской королевой Марией I – привели к публикации книги диалогов на английском и испанском языках (A very profitable book to learn English and Spanish, 1554). Изучение обычных и повседневных фраз, предложенных в диалогах, удовлетворило потребности большого числа испанцев, посетивших Лондон по случаю данного события.


Копирование (плагиат) грамматик, учебных словарей и книг диалогов стал слишком частым явлением - одни и те же тексты неоднократно появляются в изданиях разных авторов. Время от времени в хрестоматийный набор включаются новые, оригинальные и «свежие» диалоги, написать которые, однако, было непросто. С одной стороны, они должны были быть правильно написаны, адаптированы к коммуникативным ситуациям и контекстам и отражать разговорную лексику, присущую каждой ситуации. С другой стороны, диалоги являются средствами обучения и должны учитывать педагогический аспект. Противоречие между аутентичностью и педагогической адаптированностью является одной из основных проблем, с ¬которыми авторы должны были успешно справляться при разработке такого рода учебных материалов.
Диалоги, опубликованные Джоном Минши, заслуживают особого внимания: он комбинирует совершенно новые тексты вместе со старыми, взятыми из «Грамматики испанского языка» Берленмона (1599), в разделе «Приятные и восхитительные диалоги на испанском и английском языках». Эти диалоги получили высокую оценку за их аутентичность и литературную новизну. Автором скорее всего был не сам Минши, у которого просто не было необходимых языковых навыков для написания подобных диалогов, а кастилец, живший в Лондоне в указанное время (возможно, Антонио дель Корро или Алонсо де Баеcа, пленник из экипажа Армады). Современники-преподаватели испанского языка как иностранного хвалили качество диалогов и утверждали, что они были написаны «кастильцем» (Juan de Luna, Di;logos familyes (1619). Язык в «Приятных диалогах» имеет естественный ход в каждой из описанных коммуникативных ситуаций, как, например, в этом образце, отрывке из «Четвертого диалога» (Di;logo Cuarto):


MORA. Ola, Pedro, aueys tra;do mi mula?
PEDRO. S; se;or, aqu; est; la mohina.
MORA. Mohina es nunca buena.
PEDRO. Porque, Se;or?
MORA. Porque ni mula mohina, ni mo;a marina, ni mo;o Pedro encasa, ni Abad por
vezino, ni poyo a la puerta, no es bueno.
PEDRO. Yo le prometo a v.m. que es mejor esta, que la que arrastr; al cura cuando dezia:
Dominus prouidebit.

МОРА. Привет, Педро, мой мул у тебя?
ПЕДРО. Да, сэр, вот этот [мул-] копуша.
МОРА. Медленный [мул] никогда не бывает хорошим.
ПЕДРО. Почему, сэр?
МОРА. Потому что ни мул никогда не должен быть медленным, ни девушка, ни матрос, ни привратник у тебя дома, ни аббат по соседству, ни сиденье перед твоей дверью – все это никогда не будет считаться хорошим.
ПЕДРО. Я обещаю вам, что этот [мул] лучше, чем тот, который тащил священника, когда он кричал, что Бог все видит [собственный перевод автора статьи на английский]


ПЕРВЫЕ ГРАММАТИКИ ДЛЯ ПРЕПОДАВАНИЯ ИСПАНСКОГО ЯЗЫКА КАК ИНОСТРАННОГО
Большинство первых грамматик для «вульгарных» языков Европы, в том числе и испанского, появились в XVI в. Учебники, изданные в Испании, носили явно теоретический и формальный характер и были написаны в соответствии со стандартами классических языков, в основном латыни. Так было с учебником Небрихи (1492), Вильялона (1558), Альдрете (1606) или Гонсало Корреаса (1626). Эти материалы были бесполезны для иностранцев, изучающих испанский, которым были нужны простой язык и четкое описание норм.
Два издания такого рода были опубликованы в середине XVI в. в Нидерландах: Util y breve instituci;n para aprender los principios y fundamentos de la lengua hespa;ola (Полезное и краткое издание для изучения законов и основ испанского языка, 1555), и Gram;tica de la lengua vulgar de Espa;a (Грамматика вульгарного языка Испании, 1559).
Эти грамматики не представляют особого интереса с точки зрения содержания; их значение заключается в том, что они были первыми в своем роде именно для удовлетворения потребностей иностранцев, изучающих испанский язык в то время. Это было представление основ испанского языка и строгое ограничение информации морфологией и, в более широком смысле, склонением существительных, системой согласования и глагольными формами (с акцентом на неправильных). Педагогический характер данных работ был очевиден.


Испанский язык как иностранный: объединение учебных материалов в XVI веке (грамматики и книги диалогов)
XVI век заложил основы того, что сегодня в методологии называется «испанский язык как иностранный». Сфера преподавания испанского языка росла, расширялась и укреплялась вместе с испанской империей. Потребность в общении на испанском языке особенно ощущалась в Нидерландах, и причиной тому были интенсивная торговля и деловая активность в данном регионе; там же процветало и книгопечатание, что способствовало изданию книг в целом, в том числе ориентированных на изучение иностранных языков. XVII век показал, что основы, заложенные в предыдущем столетии, были прочными: количество, разнообразие и качество материалов для обучения иностранным языкам изменились в лучшую сторону. В эти ранние годы особого внимания заслуживают два имени:
например, Хуан де Миранда и его Osservationi della lingua Castigliana (1566). Это был живший в Венеции испанец, и опубликовал он свою грамматику всего через несколько лет после издания второй Gram;tica espa;ola para extranjeros (см. выше). Но работа Миранды намного опережает грамматики, опубликованные в Нидерландах, и должна сравниваться с более ранней работой Марио Алессандри Д'Урбино, Il paragone della lingua Toscana et Castigliana (1560). Д'Урбино включил в свою работу сравнение основ итальянского и испанского языков и проиллюстрировал свои объяснения примерами. Эта процедура вскоре была скопирована другими авторами, в том числе и Мирандой; в конце века данный метод будет использовать Цезарь Уден.
Учебник Миранды оказался удачным и стал в некотором роде образцом для других. Причины успеха можно объяснить так:
     1) работа была написана на итальянском языке, и поэтому ее легко понимали изучающие испанский язык в Италии;
     2) учебник предназначался специально для носителей итальянского языка, т. е. был ориентирован на конкретных учащихся и учитывал их потребности;
     3) объяснения даются простыми и понятными словами, избегая терминов, часто используемых лингвистами;
     4) объяснения сопровождаются примерами, иллюстрациями к правилам и структуре испанского языка; кроме того, примеры на испанском языке также переведены на итальянский.
     5) испанский постоянно сравнивается с итальянским, с акцентом на различиях.


Грамматика Миранды фокусируется на использовании языка и описывает его правила и систему, учитывая при этом педагогический компонент. Последний отчетливо прослеживается в характере объяснений, данных автором, в используемом языке, далеком от академического стиля нынешних грамматиков, и в частом противопоставлении и сравнении грамматических правил итальянского и испанского языков.


Цезарь Уден, секретарь и переводчик короля Генриха IV Наваррского, опубликовал в 1597 году весьма значительную работу по истории испанского как иностранного: «Grammaire et  observations  de  la  langue  espagnole  . . .  A  Paris» (1597). Учебник Удена оригинален, но в его книге нет никаких реальных новшеств по сравнению с грамматикой Миранды. Фактически, работа Миранды является непосредственным предшественником и моделью грамматики Удена, но если судить по уровню принятия и популярности среди европейцев, то грамматика Удена была самой влиятельной среди остальных работ.
В 1604 г. она была переиздана с небольшими изменениями, в 1606 году вышло третье издание, в 1609 – пятое, и так далее. В 1625 году, когда Уден умер, его брат Антонио продолжил публикацию, и учебник стал популярен по всей Европе. Он был переведен на латынь (1607) и английский (1622), и широко использовался в центральном и северном регионах Европы. Через несколько лет, уже после смерти брата монаха, Марк Фернандес переиздал грамматику, «дополненную Антуаном Уденом [...], в последнем издании с обзором Марка Фернандеса».
Грамматика Удена была описательной, написанной по-французски для французов, с объяснениями, ¬доступными для неакадмиков, с большим количеством примеров, подчеркивающих различия ¬и сходства испанского языка с французским . То, что Франсиосини начал в Италии, а Миранда усовершенствовал, Уден довел до конца.