Пик-ап Часть I глава 13

                http://proza.ru/2023/02/15/1007

После происшествия с Аничкиным на Манежку никто не ездил, она даже не упоминалась. Стали таскаться на ВВЦ, который также считался одним из козырных мест съема.

Мартовский день для выхода в поле выдался не самым удачным, дул порывистый, совсем не весенний ветер, солнца не было. В группе было пять начинающих пикаперов и столько же саппортов. С Антоном пошел Даниэль, один из тех тренеров, которые нравились ему. На самом деле его звали Данила, он был высокий, стройный, стильный и умный. Антону импонировало в нем то, что он не корчил из себя крутого мужика или мачо, как другие, а оставался самим собой. Он не скрывал, что любит красивых женщин, и знает, как сделать так, чтобы им было кайфово.

Собравшись перед музеем ВДНХ, пикаперы студенты и саппорты разбились на пары и направились к арке главного входа. Даниэль показал Антону на симпатичную девушку, которая стояла недалеко от арки.

— Подходи и говори в лоб: девушка, вы мне понравились, давайте познакомимся! Только с улыбкой и на позитиве.

— Она же ждет кого-то! — воскликнул Антон.

— Ну и что, — Даниэль пригляделся к ней. — Даю гарантию, что ее парень — тэфээн.

— Аничкин тоже так думал.

Они переглянулись. Даниэль закурил.

— Понимаю. Когда на твоих глазах одним ударом переводят в горизонталь стодвадцатикиллограммового дядю, это вырабатывает рефлекс.

— Честно — я до сих пор под впечатлением, — вздохнул Антон. — Такой звук, то ли треск, то ли… когда он о ступеньку шандарахнулся. Мороз по коже!

К девушке подбежал юноша, сунул ей букет и поцеловал в щеку. Они взялись за руки и направились в арку.

— Я ж сказал, тэфээн! — воскликнул Даниэль и продолжил предыдущую тему. — Если телка говорит «я жду парня» или «я не знакомлюсь, потому что у меня есть парень», сразу отваливай!.. Калибана, конечно, жалко, но, между нами, он сам виноват. Во-первых, неэкологично, во-вторых, пошел на ненужный риск и, как оказалось, зря.

— Так эта и ждала парня! С какого ты предлагал к ней подойти?

— По ней было видно, что ее парень не крут, ей нечем привлечь крутого мужика. Только тэфээна, что и подтвердилось. Смотри, Антон. Если ты подходишь, а она типа: «Отвали, я жду своего», — это одно. А когда заулыбается и вся такая: «А может, я типа парня жду», — совсем другое. Улавливаешь разницу? В первом случае она уже все для себя решила, другой ей не нужен. А во втором ничего не решено, улыбкой и неопределенностью она типа намекает, что если ты окажешься лучше, то она переключится на тебя. Девушки ведь не всегда любимых ждут. Может, он ей по херу, просто лучше пока нет, вот и приходится с тэфээном коротать свободное время. Она, скорей всего, и не дает ему, просто ходит в кино или гуляет, чтобы дома от скуки не киснуть.

— Она его пошлет и со мной в киношку пойдет? Что-то не верится.

— Нет, конечно! Хотя у меня один раз такое было. Тебе что главное? Зафастить. Номерок взял и отвалил, а они пусть гуляют. Ты денька через три ее вызвонил и чпокнул.

Такой разговор представлялся Антону излишним. Он озирался с кислой миной, не веря, что у него получится познакомиться с девчонкой, так как он должен это сделать на глазах у постороннего человека, пусть и саппорта. Нелегко быть расслабленным, когда за тобой наблюдают. И вообще, казалось, сегодня не его день.

— Молодые люди, у вас не найдется зажигалки?

Они обернулись. Перед ними стояла высокая модно одетая девушка с внешностью манекенщицы. Длинные пальцы держали тонкую сигарету. Ее губы были явно перекачаны, верхняя напоминала жирную утиную гузку. За ней стояла другая девушка, видимо, тоже манекенщица. Антон и Даниэль одновременно достали зажигалки. Она ждала, немного наклонив голову, ее волосы были убраны за ухо, открывая красивое лицо. Девушка не взглянула на них, ее опущенные глаза говорили, что она благосклонно позволяет любоваться собой. Антон на секунду опередил своего саппорта, и девушка собралась наклониться к его зажигалке, но, увидев роллингстоунсовский высунутый язык, сказала:

— Не очень умно с вашей стороны, молодой человек. Вы, наверное, нарочно носите с собой эту зажигалку, чтобы провоцировать девушек с яркой внешностью? — и она повернулась к зажигалке Даниэля.

— Зато очень умно с вашей стороны провоцировать губами мою за..пу, они ведь так похожи на нее! — проникновенно, словно делал комплимент, сказал Даниэль, пока она затягивалась. — Красавица, вы, перед тем как накачать губы, в каком колхозе коров доили? Это эмблема великих «Роллинг Стоунз», если не слышали о них, советую вам открывать свой зал..пообразный рот не для того, чтобы говорить, а для того, чтобы сосать. Подобное притягивает подобное. Следуйте этому правилу, его-то, надеюсь, вы слышали?

Она не взглянула на них и ничего не ответила, Антон наблюдал, как бледнело ее лицо и как дрожала сигарета в пальцах. Она отвернулась и подошла ко второй девушке. Сигарета упала на асфальт, Антон заметил, что она уронила ее, а не бросила. Девушки быстро пошли в сторону метро.

Антон был впечатлен тем, как Даниэль буквально растоптал ее. Антона задела фраза по поводу провоцирования девушек зажигалкой, и он был бы рад, если бы умел парировать подобные наезды. К сожалению, в таких случаях он терялся.

— Красавец! Где ты этому научился? — воскликнул он.

— Тут учиться нечему, — спокойно ответил Даниэль. — Достаточно взглянуть на такую особь, чтобы понять, что губы ее комплекс, а если ты узнаешь, какой у женщины комплекс, можешь делать с ней все что угодно.

— И как красиво!

— Опять же, ничего особенного. Накачанные губы действительно смахивают на край за..пы. Такой вздернутый округлый краешек. Для меня загадка, что у бабы в голове, когда она делает себе зал..повидные губы. Хотя на самом деле я лицемер! — он весело улыбнулся. — Мне же нравится, когда у девушки сексуальные губы, и то, что она ими делает! Поэтому нечего нашему брату пикаперу критиковать таких баб, мы должны сказать им «спасибо»!

Антон засмеялся. Общение с Даниэлем доставляло удовольствие, а сам он держал себя весьма скромно. Антон не мог сравнить его с Аничкиным, это были две разные лиги.

— Антон, тебя надо расшевелить. Вон хоть к той колченогой подойди, — ворвавшись в его мысли, сказал Даниэль. — Могла б на шестерку потянуть, если б не походка.

Антон увидел девушку в тот момент, когда она остановилась и уставилась в телефон, видимо, отправляла эсэмэску. Брюнетка с прямыми длинными волосами в коротенькой белой шубке из искусственного меха, черных зимних лосинах с цветочками и ботинках на высоком каблуке. В расстегнутой шубке виднелись холмики грудей. Стоя, она показалась Антону твердой семеркой, а когда пошла, он согласился со своим саппортом.

Ее походка была ужасной, казалось, она вообще не разгибает ноги, передвигаясь на полусогнутых. С учетом здоровенных каблучищ это выглядело вдвойне нелепо. Она прошла в нескольких метрах, и это позволило хорошенько ее рассмотреть. Даниэль скривил губы, а Антон отметил, что фигура у девчонки очень ничего, между шестеркой и семеркой, аппетитные сиськи в мягкой красной кофте, попка кочкой, а ляжки вообще смак — и личико хорошенькое, глуповатое, с пухлым ярко-красным ртом и пирсингом в носу, короче, в общем и целом телка оказалась подходящей для съема.

Деревянная походка портила ее. Антон подумал, что этот минус имеет место только во время движения, а когда она будет сидеть, стоять (в любой позе) или, если повезет, лежать, он исчезнет. Уверенность появилась сама собой, и Антон пошел за девицей.

— Ну и походняк, обоссаться... — проговорил Даниэль, но Антон уже не расслышал его.

Сзади минусы походки не бросались в глаза, а круглые ягодицы очень даже. Антон сокращал расстояние, обдумывая контекстуальный оупенер. В голову пришла интересная мысль. Он приблизился, веря, что мысль удачна и все должно сработать. И как раз вовремя, потому что девушка достала наушники и собиралась вставить в уши.

— Привет! Я заценил, что ты хороша, можешь застегнуть куртку! — сказал он весело и дернул до отказа молнию на своей.

— Привет! — сказала она и уставилась на него, улыбаясь красным ртом.

Пахнуло духами. Девчонка как-то сразу расположила к себе. Антон не знал, как продолжить. Он пытался припомнить, что должно последовать по теории пикапа, и не думал, что сказать, исходя из логики момента.

— Все-таки застегнулась бы, а то и правда холодно, — пробормотал он.

— Мне не холодно, — она все улыбалась. — Меня Маша зовут.

«Я открыл ее, класс! — обрадовался Антон, вместо ответа растягивая с Машей ай-контакт. — Что же дальше-то должно идти?»

— Меня Маша зовут, а тебя? — повторила она.

— Антон.

— Антон, ты сам замерз, голова, по крайней мере, — она захохотала, у нее были крепкие белые зубки.

«Надо взять телефон и отвалить, — думал он. — Или креативить, чтобы продолжить общение». Было очевидно, что ее номер, считай, у него в телефоне, но уходить не хотелось. Маша, улыбаясь, ждала продолжения.

— Ты с какой целью на ВДНХ приехала? — спросил он.

Антон старался, чтобы голос звучал грубовато и бархатисто, но получилось надтреснуто, а в конце фразы из-за холодного ветра, залетевшего в глотку, голос вообще сорвался.

— Договорились встретиться здесь с подружкой и погулять, но она написала, что не сможет. Вот, только что эсэмэску получила. Мы универ прогуливаем. Одной скучно. Ты чего, плачешь? — она засмеялась.

— Это от ветра, — Антон достал платок и вытер слезящиеся глаза. Наконец-то в голову пришла дельная мысль; проговорившись про универ, Маша напомнила ему, что девушкой надо интересоваться. — А ты где учишься?

— РГСУ. Российский государственный социальный университет.

— На кого?

— На юриста.

— Давно? В смысле, на каком курсе?

— На первом.

— А, — протянул Антон. — И че, интересно?

— Ну, не знаю, — Маша пожала плечами и засмеялась. — Нет, наверное.

Они прошли турникеты и направились по главной аллее.

— Зачем учиться, если неинтересно?

— Ну… надо же на кого-то учиться, чтобы не стать продавщицей или еще хуже. Ты уже отучился?

— Бросил.

— Почему?

— Мое призвание — бизнес.

— Какой?

— Секрет! — Антон тотчас вспомнил, что надо почаще говорить девушке «нет», чтобы повысить свою значимость в ее глазах. — На самом деле не секрет, просто не хочу об этом говорить. Потом.

— Как хочешь.

— А у тебя есть брат или сестра? — спросил он.

— Есть, братик. А у тебя?

— Сестра по матери. Только она в Америке живет.

— А мама?

— Тоже там. За америкоса вышла, когда я еще в школе учился, и укатила.

— А ты?

— С бабушкой остался.

— А отец?

— Они к тому времени развелись.

— Ты рос без родителей? — удивилась она. — Бедненький. А у меня мама, папа и братик. Ты с бабушкой живешь?

— Бабушка умерла, — предвидя в ее глазах вопрос, Антон продолжил: — Отец тоже — в прошлом году.

— Бедненький! — она дотронулась до его руки.

Кинестетика наоборот — отметил он про себя. Без сомнений, с Машей он установил глубокий раппорт.

— И ты живешь совершенно один? — спросила она.

— Да.

— У тебя нет девушки?

— Нет.

— А сколько тебе лет?

— Двадцать шесть.

— Я думала, меньше, — обрадовалась Маша. — Двадцать шесть — тоже мало. А мне скоро восемнадцать — через полтора месяца!

— Здорово! — сказал он.

Маша застегнула куртку. Навстречу дул ветер. Солнце выглянуло на секунду из-за сизых облаков и скрылось.

— Все-таки ты замерзла. Предлагаю пойти куда-нибудь выпить горячего кофе и перекусить, — настал удобный момент, чтобы сделать чейнч-плейс.

— Ты приглашаешь меня в кафе? — обрадовалась Маша.

— Какое кафе? В ресторан!

— Зачем это? — удивилась она. — Можно тебя попросить кое о чем? Если ты правда хочешь меня куда-нибудь пригласить, пригласи, пожалуйста, в Мак. Там вкусно и недорого.

Антон хотел возразить, зачем им отстойный «Макдональдс», когда они могут пойти в ресторан, где гораздо вкуснее, можно выпить, и вообще, все гораздо круче, но вспомнил, что в такой момент лучше согласиться и сделать девушке приятное, ведь это сразу их сблизит.

— Хорошо, если ты так хочешь. А где здесь «Макдональдс»?

— Здесь их два. Даже не знаю, какой ближе. Ладно, пойдем обратно на выход, они за территорией ВВЦ. А по дороге будем разговаривать, да? Ты интересный собеседник.

Он уже и комплимент заслужил, Антону не верилось, что он так успешно применяет фишки пикапа, но ее глаза говорили, что она искренна. «Еще один шаг к сближению, — подумал он, — она сделала мне комплимент».

Они вышли через арку и повернули налево. Маша то и дело посматривала на него и улыбалась. Антон читал в ее глазах, что произвел впечатление. Он взял ее за руку, но девушка высвободила ее.

— Нам еще рано держаться за руки, мы только познакомились, — сказала она.

— Это тебя бабушка научила?

Она засмеялась. Антон не сводил с нее довольного взгляда. Он подумал, не сгодится ли она на роль элтээрочки, если все пойдет нормально. Эх, если бы не ее походка!

— Расскажи что-нибудь. Какой у тебя бизнес? — спросила Маша.

— Крутой.

Она пискнула от восторга.

— Какой именно?

— Не скажу! Потом!

— Ну, скажи!

— Нет!

— Ну, пожалуйста!

— А ты меня поцелуешь?

— Нет! — она шлепнула его по плечу, и они захохотали.

Антон вспомнил, что, используя любопытство, можно делать с девушкой все что угодно. Когда они оказались в «Макдональдсе», он почувствовал, что с удовольствием съест пару бургеров.

— Антон, с моей стороны будет наглостью, если я попрошу биф-ролл, маленькую картошку, чесночный соус и кофе? Нет, не чесночный! — Маша раздумывала, открыв рот, какой соус взять вместо чесночного, пока не порозовела. — Никакого!

Они захохотали, Антон догадался, почему она передумала брать чесночный.

— Заказывай все что хочешь, не стесняйся, — сказал он.

Они проголодались и ели молча, потом пили кофе.

— Ты хорошо выглядишь и классно пахнешь, — сказала Маша, — прямо модник. Вещи фирменные. А это что? — она дотронулась до кулона, висевшего у него на груди.

— Кулончик.

— Он что-то означает?

— Нет, надел по приколу.

— Расскажи про свои увлечения? — попросила она.

«Черт! Как я не вспомнил про эту тему? — подумал Антон. — От увлечений легко перейти к личному, потом к переживаниям, оттуда к чувственному, а там и до темы секса недалеко».

— Я люблю качаться. Сейчас это мое главное увлечение, — он согнул руку и напряг бицепс.

Маша потрогала.

— Ого! Здорово, когда парень спортивный.

Антон решил, что надо активнее кинестетить девчонку, если она сама напрашивается.

— А вообще я меломан.

— На чем играешь?

— Не играю, а слушаю, — улыбнулся он. — Люблю музыку, дома у меня серьезная аппаратура, качество как на концерте.

Маша держала кофе у рта и не мигая смотрела на Антона, словно он сообщил, что был в космосе.

— Какую музыку? — спросила она тихо.

— Рок.

Маша поставила кофе на стол, звонко шлепнув донышком.

— Я уж думала, симфонии какие-нибудь!

— А что было бы, если бы симфонии?

— Меня б это напрягло. По симфониям только старикманы загоняются, ну и какие-нибудь шизанутые. Хорошо, что ты не такой.

Антон засмеялся.

— А ты любишь музыку?

— Да, — протянула Маша.

— Какую? Кого слушаешь?

— Ты будешь смеяться.

— Не буду.

— Обещай, что не будешь смеяться.

— Обещаю, — Антон напряг губы, которые неумолимо растягивались в улыбку.

— Киркорова.

— Правда?

Она покраснела. Антон закрыл лицо руками и уткнулся головой в стол. Смешным оказалось не то, что она любит Киркорова, а то, как серьезно она в этом призналась.

— Ты засмеялся!

Антон поднял лицо.

— Скажи, ну как, как можно любить Киркорова?

— Тихо! — шикнула она и, когда он перестал смеяться, произнесла почти шепотом, — У него такие глаза…

— При чем тут глаза? Мы же про музыку говорим.

— Музыка мне тоже нравится. Но больше всего глаза. И вообще, он очень красивый.

— Киркоров? Он же педик!

— Дурак, что ли?! Ты свечку держал?

Антон спохватился, что надо принимать все, что является ценностью для девушки. Маша застегнула куртку и встала из-за стола.

— Куда ты? Маш, ты обиделась?

Выйдя на улицу, он долго извинялся, говорил, что нормально относится к Киркорову, просто хотел ее немного потроллить.

— Я готов выполнить любое твое желание, чтобы заслужить прощение, — сказал он.

— Ты уже обещал не смеяться, — сказала она.

— Теперь я говорю совершенно серьезно и выполню любое твое желание.

— Ладно, — она подумала. — Хочу вернуться на ВВЦ и покататься на аттракционах.

— Легко!

Они вернулись на ВВЦ. Антон болтал о своих музыкальных пристрастиях, Маша слушала. Ему казалось, что ей нет дела до его музыкальных вкусов, а нравится, как он рассказывает. Общение протекало весьма увлекательно, но это не делало их ближе. Надо было что-то придумать.

— Может, покатаемся на чем-нибудь? — предложил Антон, хотя не понимал, как это продвинет их отношения. — Я имею в виду аттракционы.

— Да! — Маша схватила его за руку. — Я боюсь! Я ужасно боюсь. Не-е-е-ет!

— А если не бояться, то какой интерес кататься? Эти аттракционы и придуманы, чтобы щекотать нервы. Я тоже испытываю небольшое волнение. Не от того, что боюсь, просто инстинкт самосохранения.

Как раз в эту секунду на аттракционе «Кобра» череда кабинок сорвалась с вертикальной крутизны и понеслась вниз. Женский визг сотряс воздух. Маша с восторгом уставилась в ту сторону.

— Я же вижу, что ты хочешь прокатиться, — сказал Антон.

— Хочу, но мне страшно…

— Давай выпьем вина.

— А ты будешь?

— Конечно.

— Тогда давай.

В шашлычной Антон купил бутылку «Мерло», два стаканчика и шоколадку. Они сели на лавочку, и Антон налил по полному стакану.

— За смелость! — он выпил и, разломав запечатанную шоколадку, разорвал обертку и положил на колено.

Маша выпила вино и поморщилась.

— Невкусно, — и отправила в рот кусок шоколадки.

— А мне нравится, — Антон снова наполнил стаканы.

Второй стакан Маша выпила наполовину, а последующие едва пригубила, ей уже хватило.

— Мне кажется, я пьяная, — пробормотала она.

— Нормальная, — Антон и сам ощущал себя нетрезвым. — Ну че, покатаемся?

— Да! — Маша икнула.

Через пять минут они летели на «кобре» вниз головой, и Маша визжала, вцепившись в его руку. Когда они вылезли, она не могла говорить, настолько эмоции переполняли ее. Антон отвел ее в сторону, и, едва Маша отдышалась, как они услышали визг еще более душераздирающий, чем на «Кобре». Они увидели маятник, в котором раскачивались десятка два людей.

— Ой, а можно там прокатиться? — воскликнула Маша. — Хочу, хочу!

Их мотало из стороны в сторону с огромной амплитудой.

— Меня сейчас вырвет! — визжала Маша.

Антон переживал полет, вцепившись в поручни и зажмурившись. Он подумал, что, если брызги попадут на него, то, скорей всего, его тоже вырвет. Но ее не вырвало. Амплитуда с каждым махом все возрастала, пока, наконец, капсулу с людьми не перевалило на другую сторону и не получилось «солнышко».

— А-а-а! — Маша взвизгнула так, что у Антона заложило ухо.

Когда они сошли на твердую землю, она сказала:

— Давай еще на чем-нибудь покатаемся?

Антон уже смутно помнил, зачем проводит время в обществе этой малознакомой девушки и, хотя с него было довольно головокружительных полетов, все же не отказал, только заметил, что необходимо передохнуть. Надо было разговаривать, но в голове все перемешалось. Маша пребывала в возбужденном состоянии и не сводила глаз с аттракционов.

— Пойдем вон туда, на американские горки! — сказала она, подпрыгивая от восторга.

— Ага, сейчас…

Пришлось пойти. Антон выбрал «свободное падение», рассчитывая, что будет не настолько экстремально. Однако, когда кабина сорвалась с пятидесятиметровой высоты, ощутив под задницей пустоту, запаниковал и заорал громче Маши. Потом они катались на «Драконе», который, по сути, являлся американскими горками. Антон орал вместе с Машей. После «Дракона» они сидели на лавочке и пили кока-колу. Маша была возбуждена, словно зарядилась электричеством от динамо-машины. Антону казалось, что она мечтает прокатиться на каждом аттракционе, но он твердо решил, что на сегодня хватит.

Однако, когда Маша сказала, что хочет прокатиться на колесе обозрения, тут же вспомнил про пикап и сообразил, что колесо обозрения — то что нужно. Когда они оказались в кабинке, Антон решил, что настал момент для кинестетики и вообще для сближения. Они медленно поднимались, словно отплывали на корабле в открытое море. Маша смотрела на удаляющуюся землю и молчала. Антон чувствовал, что она чего-то ждет, каких-то слов, а может, прикосновений. Предательская неуверенность сковала его.

— Так красиво, — сказал Маша.

Она смотрела на панораму ВВЦ, на утонувший в огнях весенний вечер. Антон взял ее за руку и потянул к себе, но она продолжала смотреть в окно. Это раздосадовало, но он продолжал тянуть. Когда наконец повернул девушку к себе, он увидел, что она закрыла глаза и приоткрыла губы. Маша просто очень стеснялась.

Он поцеловал ее, она робко ответила. Антон обнял ее за талию и притянул к себе. Она целовалась вяло, скорей всего, просто не умела. Он положил руку ей на грудь, но она отшатнулась и застегнула куртку. Они продолжали целоваться, Антон решил не форсировать события. Маша оторвалась от него, чтобы вдохнуть воздуху.

— Это очень романтично, — прошептала она, глянув в окно, и тут же склонила голову и закрыла глаза.

Они целовались, пока колесо не сделало круг, а когда вышли, им стало чего-то не хватать. Антон взял Машу за руку, и они пошли. Он искал глазами скамейку, где не было бы людей.

— Тебе понравилось? — спросил он.

— Да, — сказала она. — Так круто!

— Давай немного посидим. Надо успокоиться, — Антон как раз увидел подходящую скамейку и потащил к ней девушку.

Они сели, она взглянула на него ласково и улыбнулась. Антон взял в ладони ее лицо, пухлые губы открылись и звали. Маша закрыла глаза, он жадно, с усилием, поцеловал ее в губы, не выпуская из ладоней ее лица. Ему очень нравились ее губы и то, как она целуется.

Антон прижался к девушке, не прерывая поцелуя, нащупал молнию на ее куртке и быстро расстегнул. Небольшие груди спрятались в лифчике, было очень приятно трогать их. Не в силах сдерживаться, он скользнул руками вниз, помял ее ягодицы и попытался засунуть руку между ног. «Нет, нет, — забормотала Маша задыхающимся голосом, — нет, нет, только не это!» Антон схватил ее в охапку и посадил на колени, чтобы было удобнее. Маша попыталась возразить, но он впился поцелуем в ее открытый рот. Настойчивая рука пробралась к заветному рубежу и терла ее тело через лосины. Взгляд Маши стал мутным, она схватила его руку, пытаясь оторвать от себя, но, едва сделав пару рывков, отпустила, прильнула к нему и стала целовать жадно, перехватив инициативу. Она то пыталась оторвать его от себя, то сдавалась под напором и подхватывала его.

Антон поднялся, опустив ее на землю, заставил наклониться и принялся тискать между ног. «Прошу тебя, — шептала Маша. — Прошу, пожалуйста, не надо». Он понимал, что с ней происходит. Он оттянул лосины, сунул руку в трусы и задвигал пальцами, а свободной рукой осторожно, чтобы не спугнуть девушку, расстегнул молнию и достал член. Маша попыталась сжать ноги, но он всунул в нее два пальца и пошевелил ими. Она засопела, напряжение в бедрах ослабло. Антон принялся стягивать с нее лосины и трусы.

— Не надо! — всхлипнула она, пытаясь помешать ему.

— Не бойся, я же пальчиком, — голос Антона дрожал.

Член туго вошел в горячую плоть, Антон вздрогнул.

— Ой, а это не пальчик! — сказала она, подняв голову.

В их сторону направлялись несколько молодых людей и девушек, но, заметив возню, они повернули в сторону и, уходя, оглядывались на веселенькую парочку.

Сделав дело, Антон застегнул ширинку и сел. Маша натянула лосины и тоже села, стала поправлять волосы. Антона раздражали ее длинные лохмы, которые теперь казались непромытыми и жидкими. Стало зябко. Ветер, который они не замечали минуту назад, налетал порывами, будто прогонял. Антон был рад, что сумел сделать фаст, трахнуть телку в день знакомства — крутой фаст, это не всегда и гуру от пикапа удается, а он новичок. Было некоторое разочарование от того, что это произошло с девчонкой, которая, в общем-то, сама к этому стремилась, все случилось не столько благодаря пикапу, сколько потому, что он просто ей понравился.

Было бы романтично и правильно, если б свидание закончилось поцелуем на колесе обозрения, они бы простились и разъехались, или он просто проводил бы ее. Но это если б она понравилась ему по-настоящему, без пикапа. Когда Маша попросила у него телефон, он продиктовал его, хоть и знал, что не стоит этого делать. Не нашелся, как отказать.

Когда они расстались, и Антон поехал домой, он думал о Маше и, смакуя подробности их встречи, находил в ней много приятного: у нее была узкая талия, упругая попа и узкое влагалище, что очень понравилось ему. Жаль, что не получилось сфоткать, чтобы выложить на страничке сообщества. Парни бы обзавидовались.

На тренинге он рассказал, как прошло знакомство, чем закончилось. Парни похлопали ему и, что самое главное, поверили, он видел это по глазам. Ничего удивительного, ведь он рассказал правду.

— Будешь вызванивать? Вдруг первый же фаст подарит тебе элтээрочку? — спросил Даниэль.

— Нет. Хочу совершенствоваться, для этого я сюда и пришел. Хочу выйти на уровень статусных телок, тогда и обзаведусь элтээркой, — ответил Антон.

Размышляя о своей удаче, Антон сравнивал Машу с Юлей. Юля была более значима, она куда более подходила ему, Машка, по сути, была еще малолеткой и годилась только потрахаться на несколько раз, а с Юлей при определенных обстоятельствах можно было закрутить по-серьезному. Юлю он снял, не имея понятия о пикапе, а с Машей применил его, хотя с ней и без всяких техник можно было обойтись. Антона радовало то, что он применил практики, которым его учили, а значит, сможет делать это и дальше, постепенно повышая уровень девушек, пока не доберется до самых лучших.

Маша позвонила на следующий день. Узнав ее голос, Антон тут же отрубил телефон. Она названивала три дня, потом пришла эсэмэска: «Черт с тобой, получше найду».

                http://proza.ru/2023/02/20/58


Рецензии