Братство Таланиса - 10 глава. Сны Гведеласта

                Сны Гведеласта.

                10 Жоли 3856 Г.Д.

Только Прокаженные могут, не опасаясь за жизнь, уходить в вызженные Пустоши Дэрэла. Ведь тела Прокаженных приспособлены к суровым условиям радиационной пустныни. Только Прокаженные способны справляться с бурями, мутантами и прочими опасностями нашей измученной катаклизмами планеты.
Речь Кронуса перед студентами Ам-Имилота.

Майер и Иллира прибыли в Гведеласт. Очертания города проступали на фоне сверкающего моря.  Порывистый ветер гнул траву, а скорченные деревья еле сдерживали порывы.
         Открытый семи ветрам порт расположился среди холмов. В город без стен и ворот вели несколько дорог. Сама бухта походила на конскую подкову. 
        Справа от града находился карьер, а слева сверкали мутные лиманы. Лиманы огибала усыпанная галькой береговая коса.

        На рейде в море точками чернели корабли. Десятки матч вздымались у пирсов, маленькие рыбацкие шхуны лежали на берегу, на пирсах удили рыбаки.
        - Вот и Гведеласт! – радостно воскликнул Майер, - Закончились твои ночёвки под открытым небом.
        - Я так от них устала, Майер Белый Волк, - крепче прижавшись к мужчине, произнесла девушка, - Я так рада, что мы наконец приехали в Гведеласт. Этот город был так далеко, что казалось, мы никогда до него не доберемся.
         - Девочка, Талантур огромен, его за день не проскакать.
         - Похоже, ваш мир больше нашего, - выдохнула Иллира, а затем, всмотревшись в бухту спросила, - Теперь, когда мы приехали, что мы будем делать дальше?
         - Разберемся, – пришпорив Спящего, ответил Волк.
        Спящий, радостно заржав, ускорил ход.
        Иллира, раслабившись, наблюдала красоты моря. Девушку облачала новая скрепленная фибулой накидка, под накидкой белела рубаха. Ноги обтягивали кожаные штаны, коричневые сапоги блестели носами, а на шее мирно качался паучок.
        Десятки едущих к Гведеласту повозок встречались на пути. Переполненные тюками и баклагами ослы, напряженно всматриваясь под ноги, тянули груз. Выдыхающие пар яки тянули колесные вагоны, тяжелые повозки и вязанки с бочками.
        Здесь и там толпилась масса людей: фермеры, торговцы, купцы, горожане, - все с окрестных деревень спешили в город.
        Справа вздымался маяк. Острый стеклянный треугольный купол отражал лучи солнца.         Сооружение стояло на гранитном постаменте, внутри торчал масляный фитиль.
        Сразу за маяком, в высоких холмах, расположился пыльный карьер. Деревянные леса покрывали отвесные скалы, а в подвесных люльках шевелились фигуры людей. Заполняя пространство громким звуком, тысячи кирок касались твердой породы. Вгрызаясь в плоть земли, кирки доставали ее каменные кости. 
        Воздух здесь пах пылью и потом. 
        Внизу, под карьером, вдоль подковы, раскинулся большой порт. В порту сновали от судна к судну чумазые грузчики. Торгаши принимали заморские товары.
       Деревянные краны, поднимая заполненные мешками поддоны, отправляли их на палубы. Чего тут только не было: керамика, драгметаллы, продукты, рыба. Краны покрепче грузили добытое в карьере.
        - Какой большой порт! - воскликнула Иллира, - Столько кораблей, столько лодок! Я никогда такого не видела!
        - У вас что, нет морей?
        - Есть, но отец никогда не возил меня туда. Я порты видела лишь на гравюрах, но не такие большие.
        - Поверь, Гведеласт - не самый большой порт. Самый крупный порт находится на юге. И называют его Белым. За ним вниз по тракту идет Алый, но тот совсем маленький.
        - Возможно, когда-нибудь я увижу и те места, - вглядываясь в горизонт, ответила девушка.
        Множество чаек кружилось над корабельными мачтами. Белые птицы, издавая крики, боролись за тухлую рыбу.
        Порт медленно перетекал в измазанный сажей город. Здесь, в литейном районе, сотни труб вздымались над смоляными крышами, а звон молотков нарушал тишину. 
        - Если в городе есть руда, то и отличное оружие имеется. Найти его здесь - проще простого, - разлядывая литейни, произнес Майер.
       - Наверняка, здесь умелые мастера, – выдохнула девушка.
       - Гведеласт славится умелыми мастерами, но уровня черендоских в ковке они не достигли. Местный мастер больше по оружию, нежели по безделушкам.
       На кургане, за чумазым районом, вздымалась статуя Таланиса. Сложенный из мраморных блоков гигант, вытянув руку, стальным мечем указывал на бухту.
        - Это ваш бог? – поинтересовалась Иллира.
        - Это его человеческое обличье.
        - Очень грозный. Моя богиня, она такая нежная. А это создание, будто переполнено ненавистью ко всему.
         - Я бы сказал, что он не жестокий, а просто воинственный. Ведь эту статую создал не сам бог, а Святоши. И она отражает их мировоззрение.
         - Создавая образы богов, ваятели должны вкладывать в них лучшее, а не худшее, – опустив глаза, сказала девушка.
         - Возможно, для Эрегаста это правило не работает,  – дернув повод, ответил Майер.
        Спящий фыркнул в ответ.
         За статуей, вдоль набережной, раскинулись жилые районы. Каменные строения от одного до трех этажей сидели на холмистой поверхности. Разноцветные крыши сверкали дымоходами и флюгерами.
         Когда Спящий пошел по тонким улочкам, в ноздри Иллиры ударил запах нечистот. Помои здесь выливались из окон, а челядь не стеснялась испражняться прямо на улицах. Аромат рыбы чадом стоял над крышами, полные компоста выгребные ямы привлекали чаек и крыс.
        Дальше взору открылась украшенная белой стеллой площадь. Возле мраморной иглы расположилось несколько торговцев. Майер, поравнявшись с торгующим хлебом пареньком, спросил:
        - Эй, парень, где здесь остановиться можно?
        - В Гведеласте и на улице хорошо спать, мистер, - засмеялся паренек.
        Поправив украшенную перьями шляпу, торговец, подмигнув девушке, оголил улыбку.
         - Гаст, может ты будешь посерьезней? Или ты привык, когда с тобой силой разговаривают? - хватаясь за гладиус, спросил Волк.
         - Ладно, мистер, извините, у меня просто настроение хорошее. Купите у меня этот отличный каравай, и я подскажу вам самое лучшее место в городе семи ветров.
        - Хорошее настроение иногда может убить, - плюнул на землю Майер, - А хлеб твой мне не зачем.
        - Давай два, - протянув торгашу медные драконы, сказала Иллира.
        - Спасибо, миледи. Спасибо, что выручили меня, – поклонился хлебопек, - Ведь хлеб нужно брать. Он - всему голова.
        - Зачем ты это сделала? Он бы все равно рассказал, – спросил Волк.
        - Какая разница? Нам ведь нужно что-то есть.
        - Конечно, нужно, - сказал торгаш, - А мой хлеб - он на хороших яйцах и на свежем молоке. Самый лучший в мире завтрак, – подав Звездноокой караваи, пропел хлебопек.
         Отломив кусочек, Иллира закинула ломоть в рот. Теплая выпечка приятно пахла. Свежий хлеб просто таял во рту.
         - Ладно, сучек, поторговал, а теперь говори! – зарычал Белый Волк.
         -  Вы, дружище, прямо езжайте, - задрожав, вытянул палец торговец, - И никуда не сворачивайте. Как район кончится, с левого краю будет здание высокое, а на нем вывеска «Место Славы». Так вот, этот постоялый двор - он хорош и названием, и обслуживанием клиентов. Места с плохими названиями плохи и сами, а если человек подошел к этому вопросу с умом, то и в других делах он не простак. Поверте мне.
        - Ну что ж, спасибо тебе, хлебопек, - пришпорив коня, улыбнулся Майер, – И поблагодари эту девушку. Если б не она, плавать бы тебе в черных водах этой бухты.
        - Благодарю судьбу за эту удачу, - поклонился паренек.
       
       Когда приехали в постоялый двор, Спящего оставили на конюшне, а затем сняли номер с двумя кроватями, шкафом и тумбой.
        Первым делом Звездноокая подошла к окну. Из окна номера открывался отличный пейзаж: лазурные волны касались серого берега, а из травы вздымался памятник в виде корабельного носа.
        Деревянный нос указывал на окруженную рвами крепость. На приземистых башенках крепости реяли флаги.
        На обрамлённой зеленой лентой ткани флага чертами проступал корабль. На парусе корабля виднелся равноправный крест. Корабль плыл по бушующему морю, а над водой нависло белое небо. Небо украшали луны и звезды.
       «Какой красивый флаг у Гведеласта», - вдохнув соленый воздух, подумала Иллира.
        Налюбовавшись морскими видами, Иллира закрыла дверь на щеколду, завалилась на постель и достала дневник хранителя.

               
                Верис 160036 Г.

Я так рад, что поступил в академию бойцов. Сколько я готовился, сколько бессонных ночей я провел в изнурительных тренировках. И вот я тут, в этих прекрасных залах. Я уже познакомился с учителями, и уже завтра у меня первый урок. Будем изучать основы фехтования. Один из моих учителей - чемпион мира по коротким клинкам.
        Я помню улыбку отца и матери, когда я рассказал им о своей удаче. Они были так счастливы, обнимали и целовали меня. Теперь я - не простой мальчик, теперь я - особенный. Мои друзья завидуют мне. Не каждому такое удается.
       Через десять лет я стану лучшим из лучших и буду служить во дворце. Я уже представляю, как буду прогуливаться по дворцовым садам и общаться с умнейшими и храбрейшими людьми Мирэндэла. Я достиг этого не потому, что я не такой, как все, а благодаря усердной подготовке к экзаменам и верности своей цели.
        А я ведь всего лишь сын жреца Фрост. И мой отец стал для меня первым учителем. Он показал, как нужно бороться. Показал, как нужно жить по-настоящему.
       Когда-то он подарил мне одну страницу. Она была копией с одного философского трактата. С тех пор я, вспоминая об уроках отца, носил ее в своем амулете. А чтобы наверняка не потерять эту важную информацию, я переписал ее в этот дневник. Записана она на последней странице.

                Страница из святого писания.
               
     Писано в 14978 Г. мудрецом Талирисом в книге общения с Фрост.

Солнечный свет Фрост - это ваша жизнь. Без солнечного света вы умрете, как и любое существо на этой планете. Но сколько раз в сутки вы обращаетесь к солнцу? Многие охви даже забывают про наше светило. Для них свет есть просто свет. Но свет - это не просто свет, свет - это дар, благодаря которому мы все живем под сенью осенних лесов. В солнечных лучах, которые так слабо пробиваются в наше мутное небо, содержится огромное количество важных компонентов, необходимых для нашего существования. Все в этом мире тянется к своему большому космическому творцу. Мы, охви, тоже подобны растениям, нам необходимо тянуться к солнцу, как и всем живым сущностям.
        Выйдите из дома, потянитесь к Фрост. Поднимите к ней руки. Улыбнитесь, почувствуйте всю силу солнечного могущества. И она непременно поделится ей с вами.
       Чаще выбирайтесь на природу, часами валяйтесь на свежей летней траве под золотистыми лучами. В одиночку или с семьей.    Свет создает охви, а охви творят за счет света.
       Вы себе не представляете, насколько важно общение с солнцем. Мы часами проводим дома, сидим в душных комнатах, работаем днями, как убогие. Мы не получаем достаточного количества общения с солнцем. Да, именно общения, ибо оно такое же живое, как и мы с вами, и с ним нужно общаться и понимать. Научитесь слушать его. Научитесь слушать Фрост.
       Но Фрост не услышишь, если ты сгорбленный, если лежишь в постели, если занят бесполезным делом, если твоя жизнь - не что иное, как разрушение самого себя, а не созидание своей цели.
      Я знал десятки охви, которые наслаждались Фрост. Но я также знаю охви, которые проводят никчемную жизнь в темнице. Первые созидают свою жизнь, а вторые жизнь разрушают. Охви же должны развивать свое тело и говорить с Фрост.
        Солнце было создано вселенной, чтобы насытить вас мудростью и пониманием света, насытить каждую клетку вашего организма целебными веществами роста и действия.   Действия, которое приведет вас к величию. Лучи      Фрост полезны не только для вашего тела, но и для вашей мудрости. Они полезны для вашей души.
       Каждую долгую осень вы должны принимать мед. Мед - это часть солнца, мед - это часть Фрост. Если осень забирает ваши силы - принимайте дары Фрост.

                Гведеласт. 12 Жоли 3856 Г.Д.

Ветер касался болтающихся на реях фонарей. Морская гладь, излучая лазурный свет, ласкала опоры пристани. У самого длинного пирса раскачивался большой корабль.
        Осмотревшись, Майер с Иллирой поднялись по трапу корабля.
        На палубе справа вздымался ведущий к рулевому колесу мостик, слева маячил вход в каюты. Показавшийся из входа огромный негр преградил Майеру и Иллире дорогу. На голове негра краснела повязка. Взглянув на пришедших, детина спросил:
        - Ккккктттттоооо выыыыыыыы?
        Майер осмотрел мужчину. Одетый в матроску, коричневую куртку, лощёные штаны и флотские сапоги, негр, скривив толстые губы, щурился.
         Поклонившись, Волк произнес:
         - Доброго времени суток. Нам нужен корабль, и этот точно сойдет. Где мне увидеть вашего капитана?
        - Ккккаааапиттттааннн нужжжооон? Тогдааааа за ммммнооооооййй идддддтиииии, - вновь промычал чернокожий, – Ииииииии эээтооооо, безззз шшушшшшшуток.
       - Мы оставим оружие при входе, - сказала Иллира.
       - Правилььььннооо мыссссссллллииить деввввввчччееенннкааааа, – открыв дубовую дверь, сказал матрос.
      Последовав за бугаиной, двое прошли внутрь.
        В кают-кампанию сквозь окна проникали лучи. В середине дощатого помещения стоял деревянный стол, а за ним, над картами, склонилась фигура капитана.
       В помещении, покачиваясь, трещал платяной шкаф. У основания шкафа стояло два железных сундука. Слева вздымалась полка с тубусами и фолиантами. 
       Войдя, негр поклонился. Затем, махнув пришедшим, скомандовал:
       - Заааааааххххоооодииииии.
       Майер и Иллира прошмыгнули в комнату. Когда вошли, в ноздри ударил запах свежей доски, а тела обдало духотой.
       - Здравствуй, Аннуб! Кто эти люди? – прокряхтел капитан. Оставив бумаги, кэп, облакотившись на спинку стула, уставился на негра.
       С головы капитана на куртку спадала белая коса, приплюснутый нос шмыгал, на среднем пальце сверкала печатка с якорем.
      - Наанняяяттьь ххххоооотттттттяяяяяттттттт кккккооооорррррррааааааббббллльььь, – указав на кивнул Майер.
        Затем, шагнув вперед, поприветсвовал:
         - Здравствуйте, меня зовут Майер, а эту девушку - Иллира. Нам нужно ваше судно.
        - Приятно, приятно. Меня зовут капитан Рок Ларатус, - привстав и пожав руку Майеру, ответил капитан, – Что за переход? Куда поплывем?
        Иллира взглянула на Майера. Волк, приняв уверенную стойку, глядел капитану в глаза.
        - На материк, - ответил Майер.
        - Мы и так на материке, молодой человек.
        - На материк, что лежит к востоку от Талантура, за Глубинным морем. Его еще называют Неизвестной землей, – сказала девушка.
        Лицо кэпа покраснело. Стряхнув пот, Рок закричал:
       - Вы что, самоубийцы? Там проклятые земли! Они испещрены чумой и монстрами! Храни меня Таланис. Я на тот берег ни одной ногой, и вам, ребятки, не советую.
        - Что вас так пугает? – спросил Майер.
        - Вы что, не слышали легенду о Потерянных кораблях? О монстрах? О Сэме Лакарусе? Не слышали, как его судно исчезло в огненном шторме?
        - Меня не пугают ваши древние легенды. Я привык доверять лишь своей интуиции и богу Ундрику, а интуиция мне подсказывает, что там ничего страшного нет, – ответил Майер.
        - Да что вы такое говорите? Неужели, все то, что мы все знаем о Лакарусе, байка?
       - Мифические байки, подобные этой, звучат во всех прибрежных трактирах, – ответил Майер, – Вы хоть раз плавали туда, чтобы говорить об огненных штормах и монстрах?
       - Вы что, богохульник?! Все нынешние государственные маршруты одобрены лично магистром Зинариусом и властью С.С.М.19 Плавать на Неизвестные земли запрещено законом и святыми текстами.
        - Может, вы меня еще и за борт кинете как Ледяного? Первый раз вижу человека, который боится рисковать! Какой вы, к Канатрилу, капитан?
       Аннуб, стоя у стены, молча наблюдал за беседой. Переводя взгляд то на Майера, то на Рока, негр тяжело вздыхал. 
         - Поверьте, молодой человек, капитан Рок Ларатус не трус. Это вам легко и спокойно обо всем рассуждать, а я могу потерять корабль. А он, знаете, на государственном счету и принадлежит морской гильдии. Скорее, трус - это вы.
         - Хах! Трусом меня назвал! – рыкнул Волк, - Ты где-нибудь видел трусов из бывших легионеров? Махать гладиусом - это тебе не в бумажках на твоей посудине ковыряться!
         - Вы, легионеры, нам не чета. Флот - это могущество и сила Конгломерата, а вы – так, умирающие на севере людишки. А мы - это: и солдат доставь, и груз, и важную депешу. От нас зависит гораздо больше, чем от вас.
        - Ах ты… - рыкнул Майер.
        Аннуб нервно взглянул на Волка.
        - Успокойся, Майер, - коснувшись мужского плеча, сказала принцесса. Затем, шагнув вперед, охви произнесла, - Уважаемый капитан, мне очень нужно попасть в Неизвестные земли. Я изучаю этот мир, и была во многих местах, но мое сердце всегда хотело увидеть сокрытый от наших дум край. Неужели, вы не поможете мне выполнить свою мечту?
      Взглянув на глаза Иллиры, капитан ответил:
      - Девушка, уезжайте к себе на Орлиный хребет. Вы же знаете: здесь, в Конгломерате, вам, цветноглазым, не рады.
      - Я сама решу, когда и куда мне ехать, - вздернув нос, сказала Иллира, - Домой на Орлиный хребет, или в Эрегаст.
       Успокоившись, Майер сказал:
        - Если вы, капитанишка, не можете выполнить это дело сам, то подскажите того, кто точно не испугается Неизвестной земли.
        - Я думаю, что Вам, девушка, лучше повторно исследовать Талантур, чем соваться в огненный шторм. И не стоит думать, что я боюсь этого дела. Больше всего в жизни я боюсь Святого Совета и кары Братсва. Если я нарушу законы, то суд надо мной будет куда страшней, чем какой-то огненный шторм. Шторм хотя бы убивает мгновенно, а так - мука моя будет долгой и ужасающей. Если вы ищете настолько отбитого моряка, то вам точно не найти его здесь.
        - Трррооооояяяяяннннн вааааааммммм нууууужжжееееннннн, – промычал Ануб.
        Глаза негра нервно бегали.
        - Что за Троян? - спросила Иллира.
        - Троян Максимилианус. Ах, точно, как я мог забыть об этом пьянице! Ненавижу этого морского ежа. Оговорился, не ежа, – скривился капитан Рок, - Морского ублюдка! Этот подлый, как змея, выродок меня очень раздражает. Не сомневайтесь, если найдете его, он точно поплывет туда, куда вы ему скажете. Но у него, наверняка, нет корабля и прав им управлять. Так как несколько лет назад его осудили за пьяный дебош на судне.
        - То есть его осудили за драку? – спросила Звездноокая.
        - Он подвел одного богатого купца из Белого Порта. Я вообще не понимаю, как этого наглеца еще не вздёрнули?
        - Где нам отыскать этого моряка, Трояна Максимилиануса? - спросил Волк.
        - В этом я вам помочь не могу. Разбирайтесь сами.
        - Пиииттееййнняя в дддооокккааааххх.
        - Точно! - воскликнул, стряхивая с одежды пыль, Рок, - Наверняка эта жаба гниет в какой-нибудь «Морской Барракуде». Вы можете поискать его именно там. Но, я думаю, он уже разложился на плесень.
        - Ну что ж, спасибо Вам за помощь, - взглянув на капитана, скривился Майер.
        - Проводи наших гостей к трапу, - отдал приказ негру капитан.
        Майер и Иллира, покинув корабль, сразу отправились на поиски Трояна.
              Доки. Трактир «Коралловый Мыс».

                13   Жоли 3856 Г.Д.

        По заведению разлетались звуки лютни, а пропитанный спиртом воздух щекотал ноздри. Замызганные официантки разносили яства и пойло. На лицах девушек холодной пеленой проступала усталость. В руках тряслись подносы.
        Язвительный гогот смешивался с ударами игральных костей. Челядь, неугомонно выпивая, кутила, а у стойки звякало, шипело, клацало. Пиво разливалось из бочек, крепкий ром обжигал глотки, винная брага текла по венам.
        Троян Максимилианус, размахия руками, хохотал. В тенях толстой свечи лицо высохшего старика казалось уродским.
        Почесав седую бороду, капитан выпучил глаза. Седые волосы Трояна спадали на грязную темную куртку. На ногах старика блестели черные ботинки, на шее болталась цепочка с якорем, а в ухе блестела морская серьга.
         -  Он был огромен! Я помню его, словно это было вчера! – ударив кулаком по столу, воскликнул Троян, – Плыли мы тогда с Алого порта. Путь наш пролегал в Морозный предел. Когда корабль стал врезаться в льдины, – Троян сделал паузу, – Мы услышали сильный треск. Дно будто захрипело, затрещало, захрустело, – рассказчик повысил голос, – А затем чудище показалось у левого борта - синючее, с черными как смола глазами! Десять рядов глаз - не дай Таланис соврать! И все в льдинах. Будто из Галаса самого вырвалось. Я тогда еще молодой матрос был, с шваброй в руке, и не сдрейфил! А ведь было страшно. Я вам клянусь! – Троян кашлянул, а затем продолжил, - Потом синюшные щупальца впились в бок корабля, а голова, схожая с говяжьей колбасой, вознеслась над палубой. Команда тогда попятилась, а я наоборот! Шагнул вперед! Да как треснул его шваброй, – все засмеялись, – Да я серьезно вам ребятки говорю! – тряслась седая борода, – Чудовище завизжало и попыталось меня скрутить, но я пригнулся, собрал волю в кулак, взвесил силы в мышце, и как треснул дважды, а потом и трижды. Жалко, правда, было его, в глазах слезы появились, во всех сразу! Оно рухнуло за борт и поскользило, огибая льдины. А я смотрел в его сторону и не верил своим глазам. Как сейчас помню, ребята меня тогда обняли и подкинули, всей командой расцеловали да ромом напоили, - Троян поднял чарку с ромом, – Так выпьем и мы рому, - затем, опрокунув жидкость, прослезившись, выдохнул.
         - А что капитан? – спросил молодой Септим, – Капитан как отреагировал?
        Коротко стриженного русого юношу украшал цветастый халат, на ногах блестели красные сапоги.
         - Капитан что? Капитан – похвалу, так сказать, перед всей командой вычитал. Повысил жалованье и сказал, мол: «Не ожидал от юнги таких действий». А по прибытию в порт даже грамоту дали, – закивал Троян.
         - А у меня, друзья, история была похлеще этой, - произнес Амплий.
        Лысину приземистого мужчины окружали седые пучки, а тело скрывала седая мантия. Обведя глазами груди официантки, Амплий, кашлянув, начал рассказ:
         - Когда я был командиром речного флота на Тельве, к нам паренька перевели. Такой невзрачный паренек был, щуплый, но смышленый. Я его тогда еще определил в свои помощники. Чтоб простенькие задания выполнял. Чего принести, унести или подмести. Ну, вы меня поняли. Оно так и бывает с молодыми сопливыми ребятами всегда. – моряк, опрокинув чарку с ромом и вытерев усы, продолжил, - Так вот, однажды я вернулся с одного кабака дико пьяный. Как говорится, на четвереньках полол грядки. Зашел в дом, смотрю - свет бьет с угла. Я к двери приоткрытой подошел и вижу: паренек у свечи сидит. Склонился и что-то шепчет. А меня так шатает, и все мутит, в ушах шумит, но я держусь. Тут у него в руке появляется острый нож. Он достал его с пояса. И знаете, что потом? – проведя взглядом по собутыльникам, замер Амплий.
        В таверну кто-то зашел, и огонек свечи затанцевал на легком сквозняке.
        Мужчина, ковырнув пальцем по запястью, продолжил:
        - Принялся ковырять свою руку.
        Все застыли от услышанного, а Троян, хохоча, закричал:
       - Скажи, он ее еще съел потом!
       Все заржали.
       - Да нет же, говорю, слушайте.  Расковырял он руку и вытянул свою собственную вену. Синюшную, как небо. Таланисом клянусь. Вена трясется, извергает кровь, а он надавил и выдавил оттуда бумажку. Длинную и тонкую. Затем жгут достал, вену перетянул и развернул листок. А там письмена непонятным текстом, а по краям рисунки - две химеры с лютнями в руках пляшут.  Я тогда так испугался, что, блеванув, потерял сознание. А на утро меня нашли моряки. Я лежал связанный на улице, а мальчугана никто больше не видел, словно его слуги Канатриловы спрятали. Его потом еще долго Братство искало. Конечно, после того как я доложил вышестоящим.
        - После таких историй жутких аж выпить хочется, - наполнив чарки ромом, сказал Кадрат, – Ну, ребята, чтоб ужасы нас такие не преследовали ныне, а только красивые девы и приятные события настигали. 
       Кадрата скрывал золотистый плащ. На плаще блестела вышивка. С головы спадали рыжие кудри.
       - Правильно говоришь, - крикнул Амплий, - Правильно.
      Морские волки чокнулись и, осушив чарки, занюхали ром хлебом.
      К Трояну подошла одна из официанток. Женщина, склонившись над ухом пьяницы, сказала:            
       - Вас разыскивают двое. Они не похожи на местных, - официантка указала на стену.
       Две фигуры, расположившись у складского уголка, поглядывали на столик.
         - Интересно, что им от меня нужно? С законом у меня нет проблем, да и кому нужна старая развалина, которая вот-вот подохнет? Жанночка, милая, - Троян причмокнул губами, - А зачем они меня ищут, не говорили?
         - Дедушка Троян, они сказали, что по делу. С морем что-то связано. Я в этих ваших делах не разбираюсь. Я писать-то толком не умею, - оголив беззубый рот, ответила девчушка.
         - Ишь какая, дедом уже называет. Я еще молод! Давай, зови их сюда.
        Женщина, пройдя к парочке, указала на столик, после чего мужчина и девушка подошли к собутыльникам.
         - Здравствуйте, – начал разговор Майер, – Та официантка сообщила нам, что за этим столом сидит с друзьями капитан Троян. Я разыскиваю его по одному важному делу.
        Встав и кивнув, старец произнес:
         - Это я, меня зовут Троян.
         От сидящих несло пойлом. Заваленный бутылками стол покрывали пятна от еды и слюней, а скраю торчало несколько кинжалов.
        - Вы - точно он? Сколько Вам лет? – удивился Волк.
        А Иллира сказала:
        - Может, Вы другой Максимилианус, и мы зашли не туда?
        - Я - это он! Он - это я! Неужто, меня уже люди в Гведеласте не узнают? В этом городе всегда был и есть только один Максимилианус. И я еще не так стар, всего лишь восемьдесят два года. Отец у меня дожил до ста трех, – Троян кашлянул, а затем, указав на стулья, произнес, - Берите стулья и присаживайтесь к нашей компании.
        - Восемьдесят два? Да я за жизнь таких старых не видел! – ответил Волк.
        - Майер, давай присядем, – сказала Иллира. Принцесса осмотрела сидящих. Девушку сильно воротило от запаха алкоголя и пропитых личностей. Сморщив нос, она добавила, - Возможно, возраст этого человека не влияет на его навыки.
        - Не помню я такого, чтобы возраст не влиял на человеческие навыки, - ответил Волк.
        Майер, взяв пару стульев, поставил их к столу. Охви и гаст присели.
        - Так зачем я вам нужен? Зачем вам нужен Троян? – присев, спросил старик.
        -  Мы хотим нанять Вас. Рок Латарус сказал, что вы можете переплыть Глубинное море.
       Все за столом замолчали. Септим, сверкнув глазами, разлил по чаркам рому.
       - Глубинное море? А вы в штаны не наделаете, когда будете его переплывать? - спросил Троян, - Там такие ужасы обитают, что сама смерть Канатрилова туда не захаживает.
        - Может, хватит баек? - зарычал Майер, - Отвечайте нормально.
        - Нормально? – скривился Троян, - Нормально я могу. Могу и переплыть море, и даже дальше могу, да хоть в небо могу! И мои друзья это знают. Я им такие вещи рассказывал, – он провел пальцем по личностям, сидящим за столом, – Но есть но. Но большое и жирное. Но, как моя полная матушка. У меня корабля, друзья, нет, и, как видите, я - нищий пьяница.
        - Пьяница, не пьяница, но разбираешься в управлении кораблем, а это важно, – сказал Волк.
        - Мой друг говорит верно, нам важны ваши навыки. Другое нас совершенно не интересует, – улыбнулась принцесса.
         - С этим не спорю, - Троян скользнул глазами на пояс Волка, а затем спросил, - Гладиус? Ты легионер?
         - Легионер? - спросила Иллира.
         - Твой дружок из легиона. Подобное оружие носят только они.
          - Он служил, я знаю, - соврав, кивнула девушка. Я с хребта Орлов.
         - По глазам видно, - улыбнулся Амплий, – Что с Орлиного хребта. Надеюсь, не из Нефритовых.
         Иллира, опустив взгляд, промолчала.
         - Я не легионер, старик. Тебе не стоит опасаться.
         - Точно? – поглядывая на свой кинжал, пробормотал Троян.
         - Да.
         - Ну тогда объясни, откуда меч? Ведь они сдают оружие по окончании службы.
         - Я - свободный Волк, а не легионер. Я дезертировал с войны и не сдал оружие.
        - Ах, тогда ясно, - улыбнулся Септим, - У меня отец так же сделал. Говорил, не благодарное это дело - война.
        - Так мы с тобой оба бывшие преступники, получается? – улыбнулся Троян, - Ну что ж, побратим, давай выпьем.   
        Троян, взяв чарку, наполнил ту ромом. Затем придвинул ее к Волку.
         - Может вы знаете, где достать корабль? Только такой корабль, который способен переплыть море? – спросила Иллира.
         Майер, опрокинув чарку, скривился. Пойло обожгло горло.
         - Не знаю, - ответил Троян, – Зато знаю, что хочу выпить. Моряк, подхватив чарку, отправил жидкость в горло. Затем, выдохнув, занюхал рукавом.
        Иллира, прикрыв лицо, скривилась. Заполнявшие пасть Трояна отвратительные гнилые зубы вызывали рвотный рефлекс.
       Склонившись к Майеру, Кадрат сказал:
        - Есть один корабль, но его нужно отремонтировать. Он не в городе, а лежит рядом с одним из деревенских пирсов. Это судно попало в шторм и было повреждено. Его вытянули на берег, и теперь в нем живут креветки.
       - Его точно можно починить? – спросил Майер.
       В глазах Иллиры загорелась надежда, и девушка прошептала:
        - Прошу тебя, Фрост, не оставляй меня. Пусть скажет, что можно.
        - Все можно починить! Но, смотря, сколько драконов отдать.
         - Ха! – воскликнул Троян, – Ты не говорил, что прячешь где-то разломанный корабль. Я бы хоть колесо повертел, а то навыки, знаешь, забываются.
         - Эта девушка оплатит ремонт корабля и купит вам столько рома, сколько вы пожелаете. Просто помогите отремонтировать эту посудину и отвезите нас на восток.
        - Хорошо, мы согласимся. Но предоплата вперед, – сказал Троян.
        Волк грозно оскалился:
        - Только не смейте нас обманывать! Иллира, дай им денег.
         Забравшись в сумку, Иллира кинула на стол толстый кошель. Глаза моряков засверкали.
         Глотнув Рому, троян закричал:
        - Похоже, я опять в строю! Ребята, гуляем и работаем, работаем и гуляем. Капитан идет на восток.
        Моряки загоготали, наполнили рюмки и чокнулись, а в душе Иллиры появился светлый лучик. Лучик, который вернет ее домой.
        В тот вечер моряки много пили, но на утро все отправились смотреть корабль.
         Корабль лежал в небольшой гавани. Судно утопало в гальке, а нос посудины слегка покривился.
         Когда Майер и Иллира увидели судно, то сразу поняли – чинить его придется долго. Пришлось продавать найденные в сумке Вериса украшения и закупать материалы, искать мастеровых и извозчиков. Часть денег ушло на ремонт и припасы, а другая часть - на оплату команде. Во время ремонта Троян непробудно пьянствовал, но все же помогал. Септим, Амплий, и Кадрат записались в команду и обучали новичков. 
        Осенью корабль сбросил паруса и стал на воду. Отплытие протрубили сразу же, чтобы не дожидаться холодов.


                Сон в каюте. 2 Щелока 3856 Г.Д.

Всепоглощающая тьма окутала каюту Иллиры. Звезды усыпали ночное небо, и могучие луны озарили темно-синее пространство. Огни отражались в морских водах, порывы ветра пели в корабельных щелях, морская пена шипела, ударяясь о борт.
        Спящая под одеялом Иллира посапывала. Лицо девушки приняло более здоровой оттенок, тело выглядело отдохнувшим.
        На тумбочке, рядом с кроватью, лежала пирамида. Легкое свечение клависа, вырываясь из мешочка, пронзало темноту.
        Веки Иллиры дрожали, девушка видела сон. Сон, уносящий тело в недоступные пределы времени. 
        Вот в черном пространстве появляется сине-зеленая гладь Мирэндэла. Луна в бешеном танце летит на встречу звездам, а могучая Фрост ласкает светом малое дитя. Вселенная заполнена туманностями, газами, палитрой цветов. Мирэндэл - часть вселенной. Вселенная - часть Мирэндэла.
       Сознание Иллиры падает сквозь зыбкую дымку. Болотная атмосфера планеты расступается и душа повисает над сенью вечно осенних лесов.
       На лице у принцессы сверкает улыбка.
       Душа свободна от телесных оков.
       Видит Иллира хищную птицу.
       Сокол небесный среди облаков.
      Секунда, две, три - и вот она уже стоит в строю целой армии. В руке у нее копье. Армия эта выстроилась у величественных дворцовых врат. Прекрасное строение украшено кованой листвой, пилястры испещрены лепниной, окна обвиты вычурными узорами из золота.
       Тысячи лиц смотрящих вперед марионеток замерли. А в воздухе ничем не пахнет, словно жизнь потеряла все запахи. Тряпичные куклы смотрят на Иллиру, Иллира смотрит на тряпичные куклы.
        «Сколько их здесь?» - пронеслась мысль, -     «Предела армии Мирэндэла нет, целый мир в нашей власти». 
        Иллира взглянула на небо. То приняло кровавый оттенок, и вот сверху упали багровые капли.  Острые сетки молний раскинулись от края до края. Мир сотрясла наковальня грома, а сильный порыв качнул шпили дворца.
       Раздался звонкий скрип. То открылись врата. В открывшемся взору пространстве Иллира узрела очертания городов – пылающих городов Эйнара.       Города то появлялись, то исчезали. То вновь появлялись - и снова исчезали.
       Стиснув зубы, девушка смотрела на девственный мир. Душа свернулась в комок, адреналин подступал к горлу.
       «Путь на Эйнар открывается», - пролетела громкая мысль, – «Скоро охви вступят в новый ковчег».
       Армада марионеток повернула лица к вратам. Вскинув клинки, тряпичные куклы затряслись. На пустых лицах краснели капли кровавого дождя.
   Из дворца вышел Рилтар. Высокого монарха облачала темная мантия, длинный хвост волос стягивало серебрянное кольцо, когти на пальцах покрывал черный лак.
           -  Друзья мои, солдаты Мирэндэла! - сотряс пространство величественный голос правителя, – Скоро мы вновь отправимся в битву! Вскоре мы, как и раньше, будем побеждать врагов. Все вы еще помните последний народ, который мы стерли с лица нашей земли. Помните, как долго Аройны сопротивлялись нам, и с какой сладостью мы вкушали победу над ними. Но долго мы уже не воевали, в наши сердца пробралась скука. Наши кони застоялись, а руки наши стали забывать, что есть прикосновение к смерти. И теперь столько возможностей открывается перед нами, столько побед. Целый мир у наших ног.
        - Столько побед, столько побед, столько побед… - зазвучало в толпе.
         Иллира, закрыв уши, взглянула на куклы. Среди кукол смеялся змееглазый человек. Над незнакомцем парил сверкающий золотой сокол.
         - Моя дочь - Иллира Звезднокая, – Рилтар вытянул руку, и пред армией появилась облаченная в черно-красные доспехи фигура. Волосы девушки покрывала багровая краска, на ушах блестели гранатовые сережки.
         Остановившись, злобный близнец принцессы отсалютовал толпе. Толпа, возбудившись, зазвенела клинками.
         Улыбнувшись, Рилтар крикнул:
         - Она поведет вас сеять разрушение! 
         - Слава госпоже! Слава госпоже! Слава госпоже! – разлетелось по рядам.
         - Слава! - Рилтар поднял украшенную перстнем руку, а затем резко опустил. Куклы присели на колено. Одна лишь Иллира осталась стоять.
        - А ты, смерда? Почему не преклонила колени передо мной? – громко спросила красновласая особа.
        Рассматривая свое мерзкое отражение, Иллира дрожала. Беспристрастное лицо воительницы пробуждало в сердце Звездноокой отвращение.
       - Я ни перед кем не приклоню колени! – крикнула Иллира, а затем вознесла над головой копье.   
       Аватара, скривившись от злости, прошипела:
       - Тот, кто не желает склонять колено пред завоевательницей Эйнара, должен погибнуть.
       - Это ты должна погибнуть! – швырнув копье, крикнула девушка.
        Острие, вонзившись аватаре в живот, вышло наружу. Обхватив древко, красновласая, вскинув голову, извергла рев. В небе разлетелись искры молний.
        По гранатным серьгам потекли струи крови, по губам потекли струи крови, с тела потекли струи крови, а с волос потекла багровая краска. 
        Когда аватара упала, фиолетовые кудри накрыли холодную землю, а Рилтар, с ревом бросившись к убитой, прижав дочь к груди, зарыдал.
        - Я убила саму себя, - открыв глаза, прошептала девушка, - Убила…