Глава вторая

   Шпага и подорожник

   " - Знаешь, что важно взять с собой из детства во взрослую жизнь?
   - Мечту. "

   Эльчин Сафарли.


   Когда Руфину было 14 лет, у него появился первый друг. Появился он обычным образом, каким часто появляются настоящие друзья. Они проявляют себя в беде, - в самые трудные моменты, когда необходима помощь.
   Руфи шел в аптеку за лекарством для мамы, - у нее было больное сердце, лекарства были нужны постоянно и их запас подходил к концу. Он обошел уже три аптеки, - самое нужное лекарство там не нашлось, и Руфи пошел в четвертую, самую дальнюю. Прямой путь туда лежал через заброшенный парк, где деревья соединялись с кустами своими кронами и образовывали коридоры-тоннели. Многие побаивались там ходить, особенно в вечернее время, - местная шпана любила там устраивать засаду и трясти карманы у всех, кто проходил мимо, невзирая на возраст и прочие обстоятельства. Но рабочий день аптеки подходил к концу, и Руфин не пошел безопасным обходным путем, а ринулся почти бегом через парк.
   Он добежал уже до середины парка, как вдруг услышал сбоку в кустах какую-то возню. Потом звонкий детский голос пискнул: "Отпустите!" - и затих. Руфин, не колеблясь, бросился туда. В центре парка была небольшая площадь, где среди прочего стояла крытая полукруглая эстрада с рядами скамеек. За этой эстрадой в кустах трое парней лет двадцати прижали к стене худенького мальчишку лет десяти. Один из парней держал мальчишку за заломленные назад руки, другой шарил у него по карманам, а третий оглядывался по сторонам. По щекам мальчишки текли слезы, но кричать он, видимо, боялся. У Руфина было несколько секунд до того, как начать действовать. Он привык оценивать ситуацию быстро. Поэтому громко сказал:
   - Отпустите его, у него нет денег. Деньги есть у меня.
   Как в замедленной съемке, парень, стоявший на стреме, обернулся и застыл, - от неожиданности и удивления. Тот, что шарил по карманам, слегка скосив глаза на Руфина, пообещал:
   - Вот сейчас с ним закончим и тобой займемся.
   - У меня мало времени, - так же спокойно продолжал Руфин, улыбнувшись мальчишке, который перестал плакать и со страхом смотрел на высокого, но худенького паренька, вызвавшего огонь на себя. - Так что поторопитесь. - Он вынул пятитысячную купюру и помахал в воздухе. У того, который держал мальчишку за руки, загорелись глаза. Тот, что шарил по карманам, наконец повернулся к Руфину.
   - Ну ты, козявка, клади на землю деньги и пошел отсюда! Быстро!!!
   Руфин не спеша убрал деньги в карман и произнес:
   - Возьмите.
   - Ах ты... - от возмущения такой наглостью "козявки" предводитель шпаны просто задохнулся на мгновение. Потом процедил: - Ну ты сейчас у меня узнаешь жизнь, малыш...
   - А ты узнаешь, как летают. Хочешь? - в свою очередь пообещал Руфин, подмигнув мальчишке, у которого в глазах стремительно росла надежда. Тот прошептал чуть слышно:
   - Они тебя побьют...
   - Не успеют, - улыбнулся Руфин, одновременно приготовившись принять удар. Один уже летел на него, - и, добежав, словно наткнулся на невидимую пружинистую воздушную подушку. Подброшенный этой "подушкой", он улетел в сторону и врезался в кусты.
   - Ах, какая жалость! Как вы неосторожны, сударь! Ну как полет, нормальный? - весело проговорил Руфин, посылая в кусты подобным приемом айкидо уже второго. "Осталось забрать мальчишку и..." - успел он подумать и вдруг услышал:
   - Пригнись скорей!!!
   Руфин присел, - мимо уха просвистел камень. Это третий хулиган, отпустив наконец мальчишку, запустил в Руфина булыжником. Руфин повернулся к налетевшему на него бандиту и любимым приемом самбо кинул его через спину. Он не хотел применять нокаутирующие приемы сразу, не хотел причинять вред, - он всегда давал возможность противникам осознать бесполезность борьбы и уйти. Иногда так и было. Но на этот раз хулиганы попались упрямые. Уходить они не думали, - наоборот, выбравшись из кустов, они надвигались на Руфина уже с трех сторон. Руфин оглянулся, - сзади стена из колючего кустарника. "Приперли они меня... Надо сделать так, чтобы мальчишка ушел, - ни к чему ему на это смотреть...", - подумал Руфин и хотел крикнуть малышу, чтобы тот бежал скорей, но почувствовал вдруг чей-то костлявый локоть рядом. Это худенький пацаненок, подскочив к нему, - когда только успел! - схватил с земли огромную корявую ветку с торчащими во все стороны ветвями и изо всех сил завопил:
   - А ну, убирайтесь отсюда, гориллы! Я уже брату позвонил, он с друзьями сейчас вам покажет!
   Как ни опасно было положение, Руфин невольно улыбнулся, - позвонить малыш мог только по этой самой ветке, потому что никакого телефона у него нигде видно не было. Наверно, крикнул первое, что в голову пришло. И все же мальчишку надо было заставить бежать. Руфин крикнул:
   - Беги!
   - А ты? Я тебя не оставлю!
   - Беги, я справлюсь один!!
   - Я не уйду!! Вдвоем лучше!!
   - Да беги же скорей!!!
   - Нет!!!
   "Вот упрямый! Совсем как я в детстве," - подумал Руфин. В памяти пронеслось: мусорка, чуть живой котенок, четверо хулиганов, - и никого рядом. Тогда он был один... И так было всегда, - он привык быть один в бою, привык надеяться только на себя. И вдруг кто-то гораздо слабее его предлагает ему свою помощь, - такое было впервые. Тот самый пацаненок, который сам только недавно был таким испуганным и тихим. Что же произошло?..
   Руфин не успел ответить себе на этот вопрос, - "романтики с большой дороги" окончательно очухались и были совсем близко. Он скомандовал мальчишке: "За спину!", прыгнул вперед и... Время полетело с огромной скоростью, раз-два-три-четыре-пять-шесть! И наконец - тишина...
   Руфин огляделся. Трое противников дежали в разных позах, словно в глубоком сне, - не шевелились. Он оглянулся, - мальчишка так и не ушел, не выпуская из рук ветку, и смотрел теперь на Руфина с откровенным восторгом. Прошептал:
   - Как ты их... Вот здорово! Они... живые?...
   - Живые, - Руфин улыбнулся устало, - через часик очнутся.
   Он вытер пот со лба и вдруг почувствовал слабость. Такое с ним бывало иногда, когда сильно волновался или уставал. Сейчас вроде ничего особенного не было, - бой как бой, бывали и похуже. В чем же дело? Малыш... Руфин понял, - все это время он волновался за мальчишку. А тот бросил наконец палку, шагнул к Руфину:
   - Ой, у тебя царапина, кровь бежит! Давай вытру...
   Он покрутился, нашел подорожнник, сорвал пригоршню листьев и прижал к длинной царапине, тянувшейся во всю правую руку Руфина, от плеча до запястья.
   - Это один из них на меня палкой замахнулся, а я немного не рассчитал, пока отбивал... Ничего, все пройдет... Слушай, а почему ты не ушел? Я же тебе кричал...
   - Как же я мог уйти? Бросить тебя одного?!. Ты же за меня пошел один на троих...
   Руфин почувствовал, как комок подкатил к горлу. Он посмотрел на маленького, щуплого мальчишку, - он, кажется, мог бы поднять его одной рукой. Несмотря на свой небольшой возраст, Руфин уже несколько лет тренировался в разных секциях, и за его внешней худобой скрывались крепкие мышцы. Но никогда никто не встал за него вот так, - плечом к плечу. Случая не было? Или считали, что сам выстоит, - и ничье плечо ему не нужно?.. Руфин рос один у матери, и ему всегда так хотелось иметь брата, друга, пусть и младшего, - ну хоть как этот мальчишка... Его поступок тронул Руфина до слез, - как он, хрупкий, маленький, с этой огромной веткой, которую еле поднял, встал рядом... Руфин отвернулся, чтобы вытереть глаза, потом снова взглянул на малыша, - тот смотрел с надеждой, преданно, и в глазах читалась такая отчаянная просьба о дружбе... У Руфина мелькнула догадка, что этот малыш, возможно, так же одинок и нуждается в товарище, как и он. Он улыбнулся мальчишке, - тот расцвел навстречу ему ответной нерешительной улыбкой, - и спросил:
   - Как тебя зовут, герой?
   - Алешка...