Города. Имена

24 апреля 2014 года.

Города. Имена.               

  Несколько дней назад я на своей страничке ФБ поместил для друзей пост, где в примиренческом тоне признавался в любви не только к украинскому языку, но заодно и к русскому. И вот вчера в очередном репортаже из Славянска я увидел дорожный знак «Слов;янськ». Все, пазл противостояния на языковой почве сложился! Дело в том, что на Донбассе город испокон веков называется СлАвянск (место, действительно, благодатное, красивое и недаром Екатерина Великая назвала его просто слАвным) и у дончан язык не повернется именовать город карикатурным слОвом – СлОв;янськ. Исконное название поселения не связано ни с православием, ни с племенем славян, в отличие от соседнего Славяногорска, носившего при моей памяти ранее название Святогорск, невыносимого для слуха злых-презлых коммуняк, поскольку у них просто ничего святого не было. Но злости у них не хватило для переименования железнодорожной станции «Святогорск», на которой поезда останавливаются и сейчас. Поначалу эти дорожно-знаковые игры младонационалистов вызывали усмешку у местного слАвянского люда, – «хай диты бавляться», но когда ошалевшие от победы скудоумы в Киеве приняли первым делом «языковый» закон, восточные украинцы всполошились – у этих антикоммунистов точно нет ничего святого, и грядет отуречива…, простите, оукраинизация всего и вся. Теперь соседний с Донецком городок Еленовка надо будет называть под угрозой расстрела через повешение «Олэнивка», как это отмечено на дорожном указателе, потому что, говорят, здесь пробегал как-то олень, а Елены тут сроду не водились и даже не пробегали.

  На Донетчине полно именных наименований. Я вырос в пришахтном поселке Гладковка, так как нашей шахтой в древности когда-то не то владел предприниматель Гладков, не то подрядчиком работал некий Гладкий. Рядом – шахта «Бутовка» с одноименным поселком, в другую сторону – Смолянка при шахте «Смолянка», разрабатывающей Смоляниновский пласт угля. Чуть поодаль – поселок Путиловка при заводе того самого заводчика Путилова, рабочие которого в Петрограде делали революцию, получая за это мзду, как это сейчас выяснилось (?), превышающую среднюю зарплату. Кто-то же проплачивал тот давний майдан, неужто опять фрицы? И коль мы уже приплыли в северную столицу, может стоит разобраться с русско-советской забавой – переименованием городов? Жил-был царь-император Петр №1 и заложил город  на Неве под немецким названием Санктъ-Петербург. Жил-был император Николай №2 и в пылу дегерманизации-руссификации во время Первой мировой войны (делать ему было нечего) переименовал он город в Петроград, чтоб немецким духом и не пахло.  Жил-был вождь Ленин без №, а потом умер, и называться стал город Ленинградом, который пережил впоследствии бесчеловечную блокаду и очень человечную перестройку. Жил и умер юный перестроечный революционер Собчак № ноль, возвративший городу первоначальное название, но уже без очень твердого знака. Он предусмотрительно оставил опцию для последующих переименователей на случай, если меркелевский дух станет нестерпим для России. Не было бы этих правителей – глядишь, и санкт-петербугской блокады не случилось бы. Или эта трехходовочка – Царицын-Сталинград-Волгоград. Разве не звучало бы сейчас гордо – Царицынская битва вместо предлагаемого либералами наименование Волгоградское противостояние? А как Вам такая последовательность – Юзовка-Сталин-Сталино-Донецк? По мне, так первое наименование больше всего подходит городу-труженику (без пафоса и сарказма!) и по местной традиции, и по усилиям шотландца-валлийца в создании и развитии города.

  Внесли свой вклад в вакханалию названий обратные рокировки типа Калинин – Тверь, Свердловск – Екатеринбург, Молотов – Пермь, Чкалов (чем он-то вам не угодил?) – Оренбург, Куйбышев – Самара. Жданов – Мариуполь (хотя ж/д станция «Мариуполь» была во все времена, даже советские). Кстати, во время оккупации столицу Донбасса переименовали в пропагандистских целях и называлась она по-немецки Stalino, хотя местная управа коллаборантов по советской привычке издавала указы для жителей Юзовки. Но все-таки Украина впереди планеты всей по разделу «Переименования городов». Луганск – Ворошиловград – Луганск – Ворошиловград – Луганск. Уф-ф, класс! С другой стороны Украина проявила упертость – как ни морила-уморила ее русня голодом, как ни русифицировали-переформатировали нэньку москали, но Вену все-таки называли на Украине гордо – Видень. А как  усердствуют национал-революционеры по  части восстановления национал-справедливости! Младокиргизы проигнорировали первичное наименование своей столицы (Пишпек) и ненавистное Фрунзе, хотя полководец был уроженцем города, остановились на ударном имени Бишкек, что означает дубинка, что ли?. Ну, как назовешь, тем и получишь по башке, и неоднократно, что мы наблюдаем периодически. Зрелые казахи не удовлетворились двумя предшествующими названиями своей столицы – Акмолинск и Целиноград и назвали ее просто – Столица, правда, по-казахски — Астана. Думается, точка здесь не поставлена, то ли еще будет с таким полетом фантазии! На этом зуд перемен не исчез. Смотрят – Алма-Ата. Переделали в Алматы. Ну ты, так ты! Получай, деревня, трактор! Каждое из новых государств хоть чуточку, но стремится  досадить бывшей метрополии. Был, например, Таллин, а стал чуть более значительнее, в смысле длиннее – Таллинн. Глава Таджикистана Эмоноли Рахмонов  все возможные названия городов (Ленино-Сталино-Кировобады) и аулов деруссифицировал и, вопреки ожиданиям, что он наречет себя Таджикбаши, сделал себе фамильное обрезание, став просто Рахмон. Вот такой фортель! А соседи не удержались и отчебучили (оттуркменили) как могли – Туркменбаши теперь у них, а не проклятый Красноводск. Вспоминаю, в 1977 году под напором ностальгии я устроил себе тур по маршруту бегства моей семьи от гитлеровцев. В Красноводске снял такси, чтоб переехать из порта на ж/д вокзал. По дороге я увидел уличную табличку «им. Фрунзе». «О, у вас тоже есть улица Фрунзе». Таксист, притормозив, повернулся ко мне и процедил сквозь зубы со злобой: «Самая короткая». Войнушку с наименованиями городов подхватила и малышня новоявленная. Решили подсократиться для экономии чернил при написании и получилось – Сухум, Цхинвал. Даю еще примеры вольности в обращении с названиями: Вильна – Вильно. А потом – Вильнюс с 1939 года. Между прочим, и ни какой благодарности Сталину за такой подарок, хоть бы назвали столицу свою Сталинюсом, а чё нет? Мемель – Клайпеда с 1945 Советский Союз оттяпал у Германии для неблагодарной  Литвы лакомый кусок. Зуд пере-пере-переименований, уверен, не утолен. Продолжение следует, сомнений нет.