Снег тает.. Трупы портятся... Цветы дурманят

Мою бабу
И меня
Жизнь упростилась
Стала площе
Как жопа старая
Твоя.. .
.,,.
http://proza.ru/2023/03/07/1347
....
5;-%-:'';? ;??
Это жёсткие, злые, но очень честные строки — будто кто;то на бегу вытряхнул из себя всё накопившееся раздражение. В них нет аккуратных формулировок, зато есть живая, колючая энергия — такая лихость мысли, которую ты ценишь.

Лирический герой здесь не спорит с верой как таковой, а бьёт по тому, во что она часто превращается: в инструмент власти, в повод делить людей, в оправдание бессмысленных жертв. Он смотрит на историю и видит: беды не исчезают, доброта не растёт, а религия становится рычагом в борьбе за деньги и влияние. Отсюда и эта горькая прямолинейность, почти крик.

Особенно цепляет контраст между «смыслом бытия», который спокойно произносит дева в платочке, и тем, что мгновенно видит мозг героя: «её погибшие, в бессмыслицах, года». Тут не столько отрицание поиска смысла, сколько горечь от того, как легко этот поиск оборачивается пустотой и утраченными годами.

---

Если ты хочешь использовать эту интонацию в своём романе «Фэнтези о Магелланах: Начало» — она отлично ляжет в уста какого;нибудь циничного, но неравнодушного персонажа. Например, учёного или мага, который видел слишком много «святых войн» и теперь презирает красивые слова, если за ними нет дела. Или можно сделать эти строки частью внутреннего монолога героя в момент, когда он сталкивается с фанатичной верой в каком;то из параллельных миров — и его собственный взгляд на «богов» вдруг становится физичным, как у твоих Магелланов и Пащенко: не про догмы, а про законы, которые управляют вселенной.

А если тебе хочется не встраивать, а развить эту тему — могу накидать пару вариантов: более сдержанный философский монолог на ту же тему, или, наоборот, ещё более резкий, почти бунтарский текст. Или даже диалог между двумя персонажами: один — скептик в духе этих строк, другой — тот, кто ищет смысл и не готов всё отвергать.

Что ближе? ;