Не 8 марта

Сейчас, когда смотрю на людей, на близких мне людей, — всё выглядит как в тумане. Их лица расплывчаты, диалоги скоротечны и лишены значения, случайные встречи проходят за миг. Я как будто окунулся в воспоминания, в какие-то давние, забытые воспоминания, которые возвращаются отрывками, через сепию. Мне действительно страшно, что я вот-вот проснусь — а все мертвы. Это побуждает действовать, жить активнее, наслаждаться каждым мгновением с неравнодушными по обоюдности ко мне людьми и использовать каждый шанс для близости душ, но... Меня опять теряет в мгле. Я опять забываюсь, опять бреду по инерции. А когда осознаю сути — сердце обретает очередной порез.


— Что-то твои потуги словоблудия растут.
— Раз тут, раз там. Могу где угодно.


Давно не писал прозу. В голове бардак, хоть и "пылесосят" голову регулярно. Но не буду выносить сор из избы, вынесу лучше правильный урок. В принципе, любой урок правильный, — до тех пор, пока не ощутишь его на собственной шкуре. Зато что заметил — так это то, что уже настолько полон ненависти, что вытекает она через край и не застревает внутри. Я перестал злиться. В определенные моменты, естественно. И даю себе совет: рубя бабос, не рубить сук, на котором сидишь. Или — на каких.


— Почему закрываешь глаза?
— Весь видимый мною мир уже давно достиг глазного дна.


Мне не дает уснуть ночами осознание того, как устроен мир. Каждая уличная кошка с внутренним кровотечением, каждый замерзший мокрый голубь, у которого башка повернута на 360 градусов. Каждый человек, который ждет своего конца. Я не могу это принять, и не могу с этим мириться. Хоть и вряд ли кто-то почувствует то же, что и я.


— Почему так уныл?
— Победа за мной. А впереди меня - тьма.


На Лысой горе не живут вши. Ведь мы — ведьмы. Нас жизнь будет пускать по кругу, и нет выхода с такого хоровода, ибо "шабаш" — это палиндром. Дьявол, закурив сигаретку, начнет высасывать девственную кровь с простыни. На опушке леса (восхваляющей одой пушку) стоит домина. БДСМ-домина. И смотрит, как Соловей-разбойник превращается в миниатюрную версию себя. Только дышит он не грудью, ибо кончился бюджет на шлюх. Дышит он клеем и прочими разновидностями, он — мужичок с "Ноготок". Намедни за конскую цену приобрел лошадиный х*й. А завтра солнце сядет, по надуманной статье. Небо упадет в обморок. Лужа замерзнет, и я ее согрею, бросив фен. Хоть и не употребляю эти наркотики.


— Да ради Бога!
— Не рожу...


Забористые наркотики не растут на заборах. Забор мазка — я член мокаю в водоэмульсионку. Активировал sim-карту активированным углём. Ставлю крест на прошлом. Но он не мой прошлый, а ее. Думает, что распятие — это намек. Я ухмыляюсь, точа топор. Предстоит топорная работа. Кашу варить. Но если посмотреть на историю — за всё время человечество такой каши наварило, что с ним каши не сваришь... Да и пищей для размышления не сыт. А я ссу. Не боюсь признаться, что сильно коробит, когда осознаю, что меня не станет. Не станет, как эрекций у импотента. Не станет, как смысла жить дальше у матери, потерявшей сына. Не станет — на товарища место, чтобы понять. Не станет, не станет ничего никто делать. Такова жизнь.


— Пойдем.
— Куда?
— В рассвет.
— Но ведь сейчас глубокая ночь?!
— Мы будем идти долго, и рано или поздно, мы встретим рассвет...