Птица-говорун ожил

Союз журналистов Узбекистана — организация, существующая за счет государственного бюджета и поразительно напоминающая многие отечественные политические партии и прочие «независимые» общественные объединения, — выступил с громким заявлением. По мнению СЖУ, «за последнее время мы не наблюдали давления на редакции и независимых журналистов, блогеров, случаев, когда от них требовали изменить содержание какой-либо информации или не публиковать её. Потому что сегодня в нашей стране политика открытости, свободы слова и печати является приоритетной».
Читаешь подобные строки — и невольно начинаешь сомневаться: то ли ты последние годы жил в каком-то другом Узбекистане, то ли авторы заявления наблюдают окружающую действительность исключительно через бронированное окно служебного автомобиля.

Но этим откровения не ограничились. Как выяснилось, по мнению Союза журналистов, проблема вовсе не в возможном давлении на прессу. Проблема, оказывается, в самой прессе. СЖУ обнаружил тревожную тенденцию: «имеют место случаи злоупотребления свободой слова некоторыми журналистами и блогерами, использования священной трибуны прессы в корыстных, фальшивых или других злонамеренных целях. Тот факт, что против них принимаются правовые меры, необъективно трактуется некоторыми журналистами и блогерами».
Иными словами, журналисты виноваты уже тем, что жалуются на преследование, когда их преследуют. Логика, достойная учебника по политической акробатике. После столь смелого заявления мне захотелось поближе познакомиться с самим Союзом журналистов. Всё-таки столь авторитетная организация должна быть образцом профессионализма, открытости и современного подхода к работе.

Захожу на официальный сайт. Первое, что бросается в глаза, — ресурс... до сих пор находится в тестовом режиме. И это продолжается с 2021 года. Похоже, испытания настолько сложны, что завершить их за несколько лет так и не удалось. Наверное, тестируют не сайт, а терпение посетителей.
Дальше — интереснее. О самой организации информации практически нет. Точнее, нет совсем. Разделы «История», «Проекты», «Структура», «Территориальные новости», «Официальное разъяснение», «Пресс-релизы», «Международные партнерские организации» существуют исключительно как памятники веб-дизайну. Нажимаешь на название — и перед тобой торжественная пустота. Ноль байт содержания.
Словно разработчики решили наглядно показать, как выглядит информационная открытость в ее абсолютном, философском смысле.

Раздел «Совет» тоже производит незабываемое впечатление. Фотографий членов руководящего органа нет. Биографий нет. Сведений о профессиональном опыте нет. Контактной информации практически нет.
Такое ощущение, что Совет существует одновременно и существует не вполне — нечто вроде квантовой частицы, присутствие которой можно лишь предполагать.
Русскоязычная версия сайта словно застыла во времени. Последняя публикация датирована 21 марта 2022 года.
Видимо, после этой даты в журналистике Узбекистана больше ничего заслуживающего внимания не произошло. Или произошло настолько много, что писать об этом стало неудобно.

Особенно порадовал раздел «Клуб друзей». Я ожидал увидеть известных журналистов, редакторов, публицистов, ученых, международных экспертов. Но клуб оказался настолько элитарным, что состоит... из двух человек. И оба — руководители самого Союза.
Замечательная концепция дружбы. Главное — дружить с самим собой. Руководит этой уникальной организацией Олим Усаров. На сайте можно узнать, что он журналист и юрист. Некоторое время был депутатом Законодательной палаты Олий Мажлиса. За десять лет парламентской деятельности принимал участие в подготовке ряда законопроектов.
Зато весьма подробно перечислены страны, где он повышал квалификацию: Германия, Китай, США, Турция, Россия, Армения...
География впечатляет.
Вот только результаты этих многочисленных стажировок почему-то не слишком заметны при знакомстве с официальным интернет-ресурсом организации, призванной представлять журналистское сообщество страны.

И наконец — настоящая жемчужина. Раздел с нормативной базой. Казалось бы, если существует Союз журналистов, то первым документом, который должен увидеть посетитель, является Закон Республики Узбекистан «О средствах массовой информации». Но нет. В перечне присутствуют несколько второстепенных нормативных актов, постановления Кабинета Министров и Этический кодекс журналиста.
А вот профильного закона о средствах массовой информации... нет. Исчез. Испарился. Как будто журналистика в Узбекистане прекрасно обходится без закона о СМИ, а свобода слова существует исключительно благодаря «тестовому режиму» официального сайта Союза журналистов.

Не найдете вы на официальном сайте Союза журналистов и сведений о самых элементарных вещах, которые для любой современной общественной организации являются нормой открытости. Например:
- количестве членов СЖУ;
- финансовых результатах деятельности (доходы, расходы, гранты, источники финансирования, уплаченные налоги);
- стоимости имущества организации (здания, автомобили и прочие активы);
- численности административного аппарата;
- порядке избрания руководства и дате проведения последнего съезда журналистов.
Возникает закономерный вопрос: если организация столь активно рассуждает о свободе слова и открытости, то почему сама остается практически закрытой для общества?
Транспарентность, похоже, распространяется на всех, кроме самого Союза журналистов.

Впрочем, кое-что мне все-таки удалось обнаружить. Согласно постановлению президента Республики Узбекистан «О мерах по поддержке средств массовой информации и развитию сферы журналистики» от 27 июня 2022 года, в 2023–2024 годах предусматривалось направление пятидесяти журналистов и работников редакций за рубеж для повышения квалификации, изучения зарубежного опыта, прохождения стажировок и участия в престижных международных медиафорумах. Кроме того, планировалось организовать учебные курсы с привлечением иностранных специалистов.
Звучит весьма благородно. Но дальше начинается самое интересное. Все соответствующие расходы должны покрываться за счет средств Государственного бюджета, выделяемых Союзу журналистов Узбекистана, а также иных источников, не запрещенных законодательством.
Этого показалось недостаточно. Тем же постановлением Совету Министров Республики Каракалпакстан и областным хокимиятам было рекомендовано ежегодно выделять субсидии территориальным отделениям Союза журналистов для покрытия текущих расходов, содержания аппарата и укрепления материально-технической базы.
Иными словами, организация финансируется не только из центрального бюджета, но и получает подпитку из местных бюджетов. После этого возникает желание назвать Союз журналистов вовсе не общественной организацией, а весьма своеобразным государственным учреждением с общественной вывеской.
Когда-то существовал Творческий союз журналистов. Теперь перед нами, по сути, структура, живущая преимущественно за счет налогоплательщиков и исправно обслуживающая официальную информационную повестку.

Эдакая «птица-говорун». Помните мультфильм? «Отличается умом и сообразительностью...» Только здесь птица отличается еще и весьма устойчивым бюджетным финансированием.
Одним лишь указанным постановлением государства на деятельность Союза было предусмотрено выделение 5 млрд. сумов из резервного фонда Кабинета Министров с сохранением действующего порядка финансирования. По тогдашнему курсу это составляло примерно 461 тыс. долларов США.
Средства предназначались, в частности, «на материальное стимулирование квалифицированных экспертов, привлеченных к деятельности художественных советов телеканалов», а также на «иные цели, предусмотренные Уставом Союза журналистов Узбекистана».
Вот это словосочетание — «иные цели» — заслуживает особого внимания.

Очень удобная формулировка. Настолько удобная, что оставляет широкий простор для фантазии. Какие именно цели? В каком объеме? На какие проекты? Кому и сколько выплачено? На эти вопросы посетитель официального сайта ответа, увы, не найдет.
Зато вполне может обратить внимание на вполне материальные признаки благополучия любой хорошо финансируемой структуры — ее здание, служебный транспорт и прочую инфраструктуру.
Иногда они рассказывают об организации гораздо больше, чем самые красивые заявления о свободе слова, независимой журналистике и защите интересов прессы.

Так вот, эта практически незаметная для профессионального сообщества организация, существование которой трудно обнаружить даже по ее собственному сайту, вдруг выступила в роли верховного нравственного арбитра. Союз журналистов торжественно заявил, что «негативные случаи, такие как несоблюдение журналистами Узбекистана кодекса профессиональной этики, принципов беспристрастности и правдивости, не могут быть оправданы».
Прекрасные слова. Вот только хотелось бы понять, где находился сам Союз журналистов в те моменты, когда узбекские журналисты и блогеры нуждались не в нравоучениях, а в профессиональной солидарности.
Во время каракалпакских событий, когда журналисты и блогеры освещали происходящее вокруг предложенных изменений, затрагивавших конституционный статус республики, чиновники Союза, похоже, предпочитали куда более безопасные занятия: заседания, совещания, освоение бюджетных средств и зарубежные стажировки по обмену опытом.

Во всяком случае, громких заявлений в защиту коллег общественность так и не услышала. Не было слышно возмущения и в других резонансных случаях, когда журналисты и блогеры сообщали о преследовании, уголовном преследовании, насилии, принудительном помещении в психиатрические учреждения, кампаниях травли в интернете и других формах давления, о которых неоднократно писали международные правозащитные и журналистские организации.
Зато, когда понадобилось напомнить самим журналистам об их профессиональной этике, Союз неожиданно проснулся.
Оказывается, проблема вовсе не в атмосфере, в которой приходится работать журналистам.
Проблема — в журналистах. Очень удобная позиция. Особенно для организации, существующей на бюджетные средства.

Подобные структуры создают впечатление существования гражданского общества, общественного контроля и профессионального самоуправления. Формально все необходимые институты присутствуют: есть союз, есть председатель, есть советы, заявления, круглые столы, конференции и даже международные стажировки.

Но когда возникает вопрос о выполнении главной миссии — защите профессионального сообщества и его права свободно выполнять свою работу, — наступает удивительная тишина.
Получается своеобразная демократия декораций. Фасад есть. Вывеска есть. Финансирование есть. Даже заявления имеются. Не хватает лишь самого главного — независимой позиции.
Подобные организации десятилетиями создавались при Исламе Каримове как удобные элементы управляемого общественного пространства, призванные демонстрировать существование институтов гражданского общества. Судя по всему, эта модель оказалась настолько удобной для государственного аппарата, что и при втором президенте Узбекистана отказываться от нее никто особенно не спешит.
В результате появляются структуры, которые существуют прежде всего для того, чтобы говорить от имени журналистов, но далеко не всегда — в интересах журналистов.