Как я покупал женское эротическое бельё

 Место действия: Турция. 1992.

 Союз развалился как-то обыденно, будто волнами размыло песчаный замок, опрометчиво построенный близко к береговой линии прям перед штормом. Каждый выживал как мог.

 Соотечественники (бывшие) продолжали ездить в Турцию за долларами, вывозя из страны всё, что пользовалось там, в Турции, спросом. Да, был такой двухлетний период. Утюги, фены, электробритвы, мясорубки, солдатские кальсоны, сигареты, водка, посуда, инструмент.

 Я туда кататься не мог, так как после окончания службы в армии ещё действовал десятилетний запрет на выезд.
 Сидел, скулил, работал, но оставался невыездным.

 И тут, ранним прекрасным декабрьским тёплым утром, мне звонит друг Слава, который в своё время был лучшим барменом Батуми. Кроме этого ему по наследству от отца досталась должность шеф-повара прибрежного, самого престижного ресторана «Салхино». Круг знакомств – от партийной верхушки до карманников и катал. Если кто отдыхал в Батуми в 80-х годах и ел в летних кафешках на бульваре, в барах в приморском парке батумский пломбир на развес, в креманках, тот пусть знает, что именно Слава делал эту вкуснотень строго по ГОСТовскому рецепту.

 Так вот...

 Звонит он мне и возбуждённо-радостно вещает, что скоро мы будем довольными круглыми сырами, катающимися в качественном масле высшего сорта. Его приятель, зять самого богатого в городе человека, открывает на площади Ленина, в самом центре города двухэтажный стриптиз-бар.

 Стриптизёрш в количестве двух штук, блондинку и брюнетку, он выписал из Москвы через друзей. Те уже прибыли, произведя фурор в аэропорту, где таможенники уже было хотели произвести им личный досмотр, устилая пол слюнями и посекундно восхищенно щёлкая языками, не в ритм учащённого сердцебиения. Уборщицы вытирали слюни с плитки (слюни ли?) и поднимали с полов таможенные челюсти, протирая и отдавая владельцам.

 В помещении уже заканчивалась уборка после ремонта, надо было затариться посудой, всякими световыми эффектами и... нижним эротическим женским бельем. В Турции, естественно.

 На должность бармена Слава подходил как нельзя лучше, он же и приглашал меня в помощники, так как тырить деньги, идущие мимо кассы, одному несподручно. Предварительная недоговорённая договорённость с хозяином на эту тему уже была... Типа, я тебе обеспечиваю прибыль 100% от закупочной цены, а ты закрываешь глаза на то, как я буду «делать деньги» из воздуха и клиентов.

Посуду мог купить Слава, для чего ему уже делался загранпаспорт. А вот электрику сумел бы купить только я. Мне тоже быстро сделали паспорт. Надо было, чтобы с нами поехала одна из рослых и мощных стриптизёрш, но с ними возникли сложности: они не были гражданками новой грузинской республики. А вещи нужны были срочно. «Вчера!»

 Порешили на сходке быстро: бельё буду покупать Я! Случайно окружность груди у меня идеально совпала с девичьими. Объём бёдер, ягодиц – на 1 см меньше, что не критично. Пеньюары и чулки я мог купить просто по выданному мне размеру, плюс подвязки, чулкодержатели и газовые накидки-косынки.
 Блин... "Была не была!" - этот фразеологизм выдала мне моя потайная сущность авантюриста.

 На границе долго не могли понять, почему у меня  новеньком загранпаспорте ещё чернила не просохли. Но через 2 часа, после звонка «откуда надо», пропустили. Мы на местной турецкой маршрутке устремились в приграничную Хопу - маленький городок, куда обычно все наши и ездили.

 Ничего там хорошего не обнаружили и двинулись дальше – в Ризе. Город покрупнее и посолиднее. Вечерело, магазины закрывались, мы наскоро отметили, куда надо было зайти и пошли в местное кафе. Где за 10 долларов наелись до отвала вкуснетончиками разными. Спали в номере рядового отеля.

 Утром вначале прикупили небьющуюся посуду, с запасом, а потом и электрику. И то, и другое нам доставили прямо в отель. Оставалась одна позиция: эротическое бельё.

 Магазин этого направления в городе был один, зато там было ВСЁ! Узенький коридор, уходящий вглубь здания на 20-25 метров, по обеим сторонам которого были витрины, полки, стеллажи и навесные элементы со свисающими или разложенными вещами. Ассортимент был не то что огромен, а просто КоЛоСсАлЕн! Любой цвет и размер, любая модификация.

 В глубине магазина сидел старый турок в чалме, с длинной крючковатой дубинистой палкой в руке, с загнутым концом. Такими ещё овец гоняют: «Цоб-цобе!» Если бы его глаза умели бы стрелять, то я в первую же секунду был бы весь нашпигован свинцом, не пройдя и двух шагов от порога. Сказать, что он был разъярён, значило не сказать ничего. Он выкрикивал какие-то угрозы, яростно тряс палкой. «Гиждуллах, гёрмамиш, гяхпа » - эти слова были знакомы и ничего цензурного в них не было. А вот «шайтан» - это просто музыкой небесной лилось...

 А мне было пофиг: я только подходил к 30-летнему рубежу и поэтому был дерзко-откровенным пофигистом.

 Слава, со своими 120 кг, бывший борец, чемпион какого-то года в союзном чемпионате, тоже не тушевался, но на всякий случай остался у дверей, ласково подтолкнув меня в спину: «Иди дальше один!»
 Я быстро сориентировался и начал выбирать «одежду».

 Трусики распаковывал и растягивал им резинку, попутно прикладывая их к своему поясу. Те, что подошли, я отмечал и откладывал в корзину. Потом выбрал чулки, тоже разных цветов, пеньюары, накидки...

 Чулкодержатели пришлось надевать, морщась во всю наглую и невозмутимую физиономию от громкого крика, так как я уже подошел к орущему проклятия старику достаточно близко.

 Когда я в 3-4 метрах от него начал примерять лифчики, его хватил удар: он заклокотал, как индюк в истерике, вскочил, что-то пискляво пукнул прямо мне в лицо и исчез за занавеской.

 «За ятаганом ушёл! Палкой тебя ему не перешибить! Слышал, он сказал - ЯНЛЫШ? Это - неверный»? - мрачно-спокойным тоном прокомментировал Слава с порога, скрестив руки на груди и недобро улыбаясь.

 Я закончил выбор. Пришла пора поторговаться, как это принято на востоке. Но торговаться или даже просто отдать деньги было некому. «Жалко, фотика не было, я тебя в лифчике сфотал бы! Тебе, кстати, черный очень к лицу!» - гнул свой недалёкий юмор Славик. «А я взял пару трусов твоего размера! - парировал я.-Жинка твоя очень приободрится, когда увидит мужа-сумоиста в стрингах! Освежите отношения, ролевые игры, всё такое... Где же этот продавец?!»

 Тут из-за занавески выходит высокий, красивый (правда, красивый) турок в шикарном костюме, рукава рубашки с золотыми запонками, холёный, выбритый, умасленый и надушенный каким-то очень неуловимо брутальным ароматом. Короче – Джейс Бонд, но только турок.

 Подходит к выходу на кассу, манит рукой, кидает взгляд в полные две корзины. Вопросительно смотрит на нас. Доброжелательно. Я пытаюсь вспомнить хоть какие-то турецкие слова.
 - Салам, эфенди!
 И в ответ удостаиваюсь благосклонного кивка.

 - Это... Батуми... Знаешь... Бар... Батуми... Грузия... Мы – из Батуми... Бармен плюс бармен,эфенди. Понимешь? Кардаш ... Бар - стриптиз – гёрл – это ИМ, бабам надо...  Кач пара? (сколько стоит?) доллар ноу проблем. Бар – мьюзик – стриптиз – лайт – чип-чип-чип – энд ми – ай энд май френд – итс барменс бой. Тьфу, черт, Слава как ему ещё объяснить, что бар – музыка, свет моргает, девки раздеваются?.. Слав?

 - Да куле этому молчаливому барану рассказывать? Он ни кукуя не понимает по-нашенски. Посчитай, на какую сумму набрал, отними оттуда сотку баксов и напиши ему итог. Нам за опт скидка по-любасу положена. Он за день столько не продаст.

 Я начинаю снова рыться в памяти на пустой полке с табличкой «Турция», выискивая нужные слова.
 Мямлю что-то, турок терпеливо ждёт.

 - Слава, он ни фига не понимает! Что делать, как про скидку-то ему скажу? - отчаиваюсь я
 - Да не ссы, прорвёмся! Эй, чурбан, слушай сюда... Я – бармен батумского стриптиз-бара... – кричит Слава, будто от громкости крика язык, неведомый собеседнику, становится ясным и понятным. Это обычное заблуждение всех русскоязычных за границей.
 Но случается то, чего я ТОЧНО не ожидал.

 - Говорите нормально, не кричите, ребята, по-русски, я им владею! – с небольшим акцентом, но почище любого рыночного азербайджанца, обращается к нам этот турок. Блин, как-то неловко за «барана» и «чурбана».
 Но эфенди настроен благодушно.

 - Давайте посчитаем общую сумму! Вы оплатите мне на сотню меньше. Это ваша скидка. Чек вам выпишу на сотню больше. Две сотни будут у вас в активе. Устроит? - его обаятельная улыбка стоила тех 800 долларов, которые мы принесли ему за 15 минут.
 Сделка была завершена, чек на 1000 «бакинских» грел карман и хозяин, каковым он и являлся, пригласил нас в помещение-офис, где сидел этот дикий старик, клокочущий вулканом от негодования. Турок за минуту что-то ему объяснил. Старый заулыбался, потом рассмеялся, подошел, похлопал меня по плечу - Якши, якши! – ушёл сидеть в магазин.

 Хозяин достал французский коньяк, три рюмки и предложил выпить. На недоуменный взгляд ответил коротко: Да, грех, но у меня столько грехов, что  одним меньше, одним больше – Аллах этого не заметит! Ну, будем!

 Ещё полчаса мы выслушивали его воспоминания о Москве, где он, оказывается, заканчивал, по-моему, МГИМО. Вот оттуда он и говорит так хорошо. Ещё, на последних каплях выпитого «Наполеона», он со смехом рассказал, как его отец прибежал к нему, негодуя, рассказал, что в их магазин ЖЕНСКОГО нижнего белья зашли двое МУЖЧИН и примеряют женские трусы и лифчики, но на голубых вроде не похожи. Вот ему и пришлось выйти.

 Расстались тепло, с улыбками. "Будете у нас на Колыме..."

 А как иногда вспомню это мини-приключение, так и улыбаюсь всякий раз. Когда мы вернулись, девочки были в восторге и сильно удивлялись цене: в Москве все это купили бы тысячи за две.

 Хозяин бара нам подарил «от души» по 100 долларов за скорость и качество. Мы и тут выиграли!

 Через три дня мы открылись. Настроение было что надо!

 И казалось - жизнь налаживается!

 Как мы ошибались!