Азбука жизни Глава 2 Часть 190 Это всем понятно!

Глава 2.190. Это всем понятно!

Франсуа с видом довольного заговорщика принёс нам кофе в кабинет. Молодец!
—Не сомневалась. А зачем так рано встал? — спрашиваю я, принимая чашку.
—Хозяйке хотел угодить!
—Это, пожалуй, самая сложная задача, — смеюсь я.
В этот момент в кабинете появляется Эдик.Он оглядывает комнату, и на его лице появляется та самая улыбка, которая возникает только когда речь заходит обо мне. Здесь действительно красиво и уютно. Чувствуется, что девочки и Вересов с дядей Димой постарались — в каждой детали.

— Всё же, какие вы молодцы с Ксенией Евгеньевной, — говорит Дина. — Я и не сомневалась, что эту квартиру тебе купил Николай на свои деньги. А он мне вчера, чисто случайно, заметил, что я плохо знаю свою собственную однокурсницу.
—Дина, если бы возле нас в нескольких поколениях не было таких мужчин, кто бы нам вообще дал ходу? — отмахиваюсь я.
—Да ладно прибедняться! — не соглашается она. — Вчера мы с Милой поехали в магазин и взяли с собой твоего Сашку и младшенького Тиночки — как переводчиков. Надо было их видеть! Пока они были в своём отделе, говорили между собой только на русском, и очень тихо, почти шёпотом. Мы с Милой так удивились, когда они обратились с вопросом к продавцам — на чистейшем португальском! Но тот, наверное, услышав нашу с Милой русскую речь, тактично перешёл на английский. И ребята, не теряясь ни секунды, тут же ответили ему…
—…на чистейшем английском, — с гордостью заканчиваю я за неё.
—Ту же картину я наблюдал у себя в Париже с Надеждой и её подружкой, — вступает Франсуа. — К ним в бутиках обращались на разных языках, а они спокойно и мгновенно переходили на нужный.
—Если учесть, что Виктория в России мелькала только между школами, а свободное время проводила с близкими за её пределами… — начинает Эдик, но я его перебиваю.
—Напрасно улыбаешься, Эдик. Ксения Евгеньевна всё компенсировала. На неделю-две она увозила меня на свою малую родину — и там я полностью восстанавливалась. Я всегда любила Россию. Особенно — Южный Урал. Его воздух, его тишину, его силу.
—Это всем понятно! — восклицает Дина.
—Особенно если, Дина, она описывает его сегодня в сравнении с тем Уралом, каким он был при её предках, — замечает Николай, появляясь в дверях.

Эдику ли не знать! Мы с Владом часто, с неподдельным восторгом, рассказывали ему о наших прадедах — о тех, кто поднимал и возрождал этот край. С ними он становился индустриальным сердцем, мощным и непобедимым. Такое богатство, такое достояние земли русской!

И тут же, как всегда, на смену гордости приходит горькое послевкусие. Потому что это самое достояние уже тридцать лет разворовывается. Безнаказанно. Цинично. Миллиардами. Нищебродами, которые прочно, как паразиты, засели в его недрах, высасывая жизнь из земли, которая могла бы кормить и радовать ещё не одно поколение.

— Это всем понятно, — повторяю я уже не с восторгом, а с усталой горечью. Слишком уж всё понятно. До боли.