В этом, прошедшем, времени... Часть 3. Глава 11

 Часть 3.
 Глава 11

 МЫ ЖЕЛАЕМ СЧАСТЬЯ, ВАМ...

    Попытка поднять из нашей памяти прочитанные ранее документы с помощью гипноза - показала свою состоятельность.
    Борис Яковлевич был и лечащим врачом и у меня и у Веры, и по совместительству - гипнотизёром.
    Мы шли методом проб и ошибок и поэтому других специалистов, пока, не привлекали.

    Для обсуждения вопросов реформирования экономической системы и политической жизни в стране с "элитой государства", в рамках «перестройки» (после долгих споров, решили оставить этот лаконичный термин) Лаврентий Павлович назначил проведение "Всесоюзного народного собрания" на середину августа, а по его результатам, сразу - Собрание Верховного Совета СССР. Иностранные слова "конференция" и "пленум" Лаврентий Павлович предложил заменить на наши, на российские.
    К этим эпохальным событиям мы и готовили целый пакет документов.
 
    Полученной от нас троих информации было много. Еле успевали обрабатывать. 

    Но, как оказалось – меня гипноз не брал. Сначала мы думали, что это у Бориса Яковлевича не получается. Но, когда попробовали на Вере, то она погрузилась в сон и начала вспоминать текст закона.
    Оказывается, ещё в восемьдесят восьмом  подруги уговаривали её заняться торговлей и она читала закон, но - осталась работать на заводе.
    «Закон о кооперации», в свое время, и я читал неоднократно.  В конце восьмидесятых, после ликвидации министерства мелиорации и водного хозяйства СССР  я остался без работы, и вынужден был создать кооператив по производству кино и видео фильмов для предприятий. Конкурентов в то время не было, дела шли неплохо, но потом, с появлением мобильных телефонов с функциями цифровой записи, с этим бизнесом было покончено.

    ... Вера лежала в кровати с закрытыми глазами и диктовала, а Гешка записывал за ней сидя за столом. Я, в кресле с карандашом в руке, изучал действующие законы и существующее состояние кооперации и результат меня очень удивлял.
    Оказывается индивидуальное предпринимательство в это время было разрешено.
    В виде предприятий промысловой кооперации, артелей, приусадебных участков колхозников они обеспечивали производство значительной части промышленных товаров и продуктов питания. Артелями и промкооперацией производилось 40% мебели, 70% металлической посуды, более трети всего трикотажа, почти все детские игрушки. Но кроме этого в предпринимательском секторе работало около сотни конструкторских бюро, 22 экспериментальных лаборатории и даже два научно-исследовательских института. Оказалось, что первые советские ламповые приемники (1930 г.),  первые в СССР радиолы (1935 г.), и даже первые телевизоры с электронно-лучевой трубкой (1939 г.) выпускала ленинградская артель «Прогресс-Радио». И было ещё много примеров успешного частного предпринимательства.
    И, как оказалось, в это время предприятия промкооперации работали в условиях намного более льготных, чем наши современные малые предприятия.
    Кредитование артелей и кооперативов осуществлялось не банками, а районными, межрайонными или отраслевыми союзами промкооперации (СПК) из специальных кредитных фондов с процентной ставкой не более 3%, а в некоторых случаях кредит выдавался вообще под нулевой процент. Оборудование и материалы, необходимые для производства, артели получали от СПК по государственным ценам. Заявки от СПК поступали в Госплан СССР, который и выделял соответствующие фонды, в том числе и на материалы, закупаемые за валюту. Реализация продукции, выпускаемой артелями, также осуществлялась через Союзы промкооперации. На мой взгляд эта бюрократическая прослойка сдерживала темпы развития предпринимательства, а по существующему закону цены на продукцию предприятий кооперации могли превышать государственные не более, чем на 10 процентов.  Я считал что в этой части кооперативам и в дальнейшем частным предприятиям нужна большая свобода.
   
    Я сидел за столом бывшего руководителя государства, обложившись отчётами о развитии кооперации за разные годы и за этим занятием застал меня неизвестный нам человек маленького роста, с большой лысоватой головой:

    - Здравствуйте,- сказал он тихо и с большим удивлением обвёл взглядом  гостинную и спальню Иосифа Сталина, наполненную незнакомыми ему людьми,- Поскрёбышев, Александр Николаевич.

    Я прижал указательный палец к губам, взял его под руку и мы вместе перешли в другую комнату.
    Как выяснилось, сегодня утром у Александра Николаевича и Лаврентия Павловича уже состоялся разговор, в котором они разобрались в истинных причинах его отстранения от работы и ареста. Вины Берии в этом не было, во всём была виновата маниакальная недоверчивость вождя. И эту информацию он выложил мне в первую очередь, как бы оправдываясь передо мной.
    Его только сегодня, рано утром, доставили из мест заключения и дома он был не больше часа – помылся, переоделся, перекусил и его привезли в Кремль. Он уже оформил все необходимые документы в нашем отделе кадров, подписал обязательства о неразглашении государственной тайны, и был готов к работе, но я предложил ему отдохнуть пару дней с семьёй и мы договорились поддерживать связь по телефону.
 
    Серго сегодня не было - работал на прежнем месте в НИИ, а в финансовом отделе нашего министерства работал только один человек – бухгалтер -кассир. Он выдал Поскрёбышеву подъёмные, а в столовой он получил сухпаёк на эти дни.
    Александра Николаевича многие знали, здоровались с ним, поздравляли с выходом, улыбались как старому товарищу…
    Затем, когда он приступил к работе, дела у нас пошли на порядок быстрее. Это был администратор администраторов.


    Вера быстро поправлялась. На второй день после её появления, Судоплатов приказал привезти ей из Большого театра несколько париков, и она выбрала светлый, до плеч. А, уже через несколько дней, познакомившись с Николаем Михайловичем, они подолгу о чём – то шептались, рисуя эскизы новой одежды, а когда она надела светлый брючный костюм, то все мы увидели совсем другую, незнакомую нам Веру.     Стройная блондинка с карими глазами в элегантной одежде приковывала к себе взгляды всех обитателей Сенатского дворца.
    Первым делом, она взяла в свои руки наше питание, максимально добавив свежие овощи и фрукты. Она засиживалась с нашим шеф – поваром, разрабатывая новые блюда и, без её согласования не утверждалось ежедневное меню. В нашей столовой появилось новшество - был организован «шведский стол», а в нашем кабинете появились сначала ручная, а вскоре и электрическая, кофемолка и электроплитка с комплектом джезв для приготовления кофе «по – турецки на песке». После чего возбуждающий аромат кофе устойчиво обосновался в нашем крыле Сенатского дворца.

    В соответствии со своим статусом, Лаврентий Павлович переехал во дворец в квартиру на втором этаже правого крыла, а его рабочие кабинеты были устроены на третьем.
    Мы договорились, что все секретные вопросы развития государства обсуждать только в стенах нашего министерства, где везде были установлены глушилки и поэтому не работали телефоны и радио.
    Руководитель страны  приходил к нам, на наш этаж, для важных разговоров за чашечкой настоящего кофе с круассаном из слоёного теста с шоколадом или абрикосовым джемом. Иногда, по нескольку раз в день.
 
    - А какая  у вас там политическая система,- задал, как - то мне вопрос Лаврентий,- сколько партий?

    -  Сейчас в России модель многопартийной системы, но власть захватила партия номенклатуры у которой нет ни какой идеологии и национальной идеи. Хотя, они, конечно, понимают - людям нужна вера, и поэтому навязывают населению старые религии: христианство, мусульманство, тем самым разобщает и без того разобщённое общество,- вздохнул я.- У нас сейчас, вместо больниц и научных центров строятся церкви и мечети, а президент России - ходит на всенощные…

    - Дикость, какая – то,- покачал головой Берия.- И это - в двадцать первом веке...

    - Да,- поддержал я,-  и у нас там, в обществе безбожников в третьем поколении, сейчас идёт реставрация старых религий... А что им остаётся, когда народ нечем объединить? Начали вспоминать, чем князь Владимир объединял разрозненные славянские племена тысячу лет назад. Но, в то время почти все безграмотными были… Но, нужно сказать, что у мусульман, в наше время, это получается лучше, чем у православных, и мы рискуем, что скоро ислам захватит всю территорию России.

    - Ещё одна «новость дня»,- вздохнул Лаврентий.- Ну, давай это твоё: «Что делать».

    - Просто повторю. Сейчас, в этом времени, есть объединяющая всех цель: построение, пусть несбыточного, коммунизма. И эта цель основана на вере в человеческие возможности. И это уже стало религией, которая вытесняет все придуманные иудейские авраамические религии. Основательно и бесповоротно. Еще одно поколение и, всё - старые религии уйдут из сознания людей. А создание системы из нескольких коммунистических партий укрепит идеологию нации россиян, укрепит их веру в правду и справедливость.

                * * *

    В течение всего этого времени мы обсуждали и готовили материал для выступления Лаврентия Павловича на Всесоюзном народном собрании о перестройке экономической стратегии и подбирали лаконичные фразы.
    Например такие:
     "Отличие нового социалистического конкурентного хозяйствования от капиталистической рыночной экономики - в глобальных снижениях структурных, общегосударственных издержек".
    Или: «Открытость» страны является важнейшей составляющей новой экономической, и я бы сказал  шире — социальной политикой государства, с его включением в глобальные процессы материального и духовного развития всего мира".
    Или: «Новые кооперативы, при неприкосновенности их основных фондов и поддержке государства, получат значительную экономическую свободу. Они создадут новые рабочие места для большого количества инвалидов войны, максимально быстро насытят рынок необходимыми товарами народного потребления и необходимыми населению услугами. Кооперативы вправе сами определять численность занятых, размеры оплаты труда и материального стимулирования, а так – же, устанавливать цены на производимую продукцию. А государство, будет получать с них арендную плату за предоставленные основные средства и процент от доли прибыли».
   
    Большой блок в его выступлении на Всесоюзном народном собрании уделялся развитию сельского хозяйства - как одного из основных в создании финансовой базы государства:
    «Мы не будем разрушать уже созданные коллективные хозяйства – колхозы и МТС, но наряду с этими формами хозяйствования мы будем создавать советские хозяйства – совхозы и перерабатывающие кооперативы, в том числе и малые, семейные. Мы создадим конкуренцию среди этих форм хозяйствования, а это будет повышать качество продукции и снижать цены".
    И ещё: «Мы говорим, что создали бесклассовое общество, но фактически, мы  уничтожили только класс эксплуататоров. У нас были и есть рабочие, крестьяне, интеллигенция. И это - классы. И если мы говорим о равноправии, то почему у нас только одна партия – партия пролетариев? Необходимо создавать и другие коммунистические партии, для всех классов нашего трудового народа, для выражения их интересов в нашем Верховном Совете СССР".

                * * *

    Волнительно и празднично прошло Всесоюзное народное собрание, на которое мы были приглашены в качестве наблюдателей.

    В Большой Зал заседаний Кремлёвского дворца Верховного Совета СССР мы шли пешком, празднично одетые.

    В первый день собрания выступал только Лаврентий Павлович Берия.

    В течение почти двух часов он, максимально простым языком, с конкретными примерами из жизни постарался объяснить делегатам из всех республик Союза о необходимости преобразований как в экономической жизни, так и в политическом устройстве страны.

    Был провозглашен переход к конкурентному социалистическому хозяйствованию.

    Но в свою речь, тщательно нами подготовленную, он вставил свои слова, которые, на мой взгляд, он посылал именно нам:

   "Вот что обещала советская власть своим рабочим и крестьянам: Вы трудитесь не за блага, не за деньги. Вы строите новый мир, в котором не будет неравенства.
   Вы строите мир в котором человеку нет предела. Мир где каждый может всё. Где твоими будут и земля, и небо, и звезды – только руку протяни. Где каждый с гордостью сможет сказать «Я – Человек!». Не потребитель, не население, не рабочая масса и даже не «свободная личность». А просто – Человек.
   В нашем многонациональном государстве с новым названием "Советская Социалистическая Социальная Россия" мы провозглашаем равенство и уважение людей всех национальностей и получаем единое название для каждого гражданина государства нашей нации - "россиянин".
   В нашей стране никто не будет задаваться вопросом: «тварь я дрожащая или право имею?». И ни у кого не возникнет вопрос: «для чего я здесь, зачем родился?», «что важнее в жизни, удовольствия и комфорт или труд и развитие?».
   Вот в чём и заключается наша с вами стратегическая цель, и наша национальная идея, товарищи!"...
   
    Выступление Лаврентия Павловича слушали очень внимательно, затаив дыхание. Ближе к концу его речи реакция в зале была неоднозначной. Многие переспрашивали услышанное у соседей, и даже начинали обсуждать в рядах прямо во время его выступления.
    Я видел, с каким волнением воспринимают всё это мои друзья. Мы страшно волновались.

    После выступления главы государства был объявлен перерыв до следующего дня.

                * * *

    На следующий день первым выступал Георгий Максимилианович Маленков.
 
   После их неудавшегося покушения на Берию, Лаврентий, предоставил своему другу Георгию доказательства того, что он, Маленков, о заговоре знал, но Лаврентия  не предупредил. Берия мог включить и его в составе заговорщиков, но не арестовал, как остальных.         
   Папку с доказательствами, он, при Маленкове положил в сейф, и… предложил ему возглавить будущую Коммунистическую партию пролетариата Советской Социалистической Социальной России.
 
   В этот день Маленков читал согласованный текст, о необходимости перехода к многопартийной системе: 
    - ... и это поможет не допустить скатывание руководства страны к новому культу личности, а так же создаст условия регулярного обновления в правительстве управленческих кадров  - носителей современных идей по улучшению качества жизни в нашем обществе".
    Своё выступление Георгий Маленков закончил очень важной для всех присутствующих темой. В течении почти двадцати минут он раскрывал секретные сведения о репрессиях в СССР начиная с начала тридцатых годов. Озвучивались причины скатывания государственной машины в репрессии против своего народа. С трибуны звучали конкретные фамилии и цифры о репрессированных.
   
    В зале стояла мёртвая тишина.
   
    В конце своего выступления Маленков доложил участникам Всесоюзного народного собрания, что Правительством СССР принято решение о полном раскрытии всех дел, связанных с репрессиями с целью реабилитации невиновных и привлечения виновных к ответственности, на что дано поручение Прокуратуре СССР. В его последних словах прозвучали слова о необходимости "Покаяния" руководства страны перед всеми невинно осуждёнными и членами их семей.

    После него выступал генеральный прокурор СССР Роман Андреевич Руденко. В 1945–1946 году он был главным обвинителем от СССР в ходе Нюрнбергского процесса над высокопоставленными нацистскими преступниками. Он доложил членам Собрания, что им отдано распоряжение по формированию Центральной комиссии по пересмотру дел осуждённых за «контрреволюционные преступления» с филиалами во всех регионах СССР. Но уже в настоящее время во всех лагерях введены послабления для обвинённых по 58 статье. Всем им увеличен паёк и снижен рабочий день до 9 часов. В заключении он пообещал, что все невинно осужденные выйдут на свободу уже в этом году.
    По залу прошёл вздох облегчения.

    После него выступал Михаил Андреевич Суслов - партийный идеолог, один из ключевых лиц в политике СССР того времени.
    На трибуну Собрания он принёс несколько томов книг с закладками и на конкретных примерах из "Капитала" Карла Маркса разъяснял участникам о необходимости  получения прибыли каждым предприятием, но с правильным распределением этой прибыли между социалистическим, а в будущем коммунистическим,  государством и работниками этого предприятия. Особую роль в  этом он уделил конкуренции между социалистическими предприятиями:
    - ... Предположим, в одном небольшом городе, два наших предприятия производят мебель. Покупатель гораздо лучше будет покупать ту мебель, качество которой лучше, а цена - ниже. И это заставит второе предприятие улучшить качество своей продукции и задуматься о снижении производственных затрат...

    Затем выступали директора крупных предприятий, учёные и другие участники Всесоюзного народного собрания. Они поддерживали грядущие политические изменения, а некоторые даже предлагали кандидатуры лидеров новых партий.
    Запомнилось выступление одной женщины, которая призывала создать международную партию женщин - коммунистов и одним из её требований было разрешить мужчинам… многожёнство.
    -... Мужчин на всех не хватает, - объясняла она с трибуны, негромким, но властным голосом,- и женщины вынуждены становиться матерями – одиночками. Одни, без мужчин воспитывают своих детей – что сказывается на их воспитании. Растёт уголовная преступность. И если мы хотим увеличить численность населения, если хотим что – бы наши дети и женщины были морально и физически здоровы, нам необходимо переступить через эти архаические традиции, основанные на одной из религий, хотя другая древняя религия - это одобряла...
   Некоторые в зале смеялись, а некоторые сидели, глубоко задумавшись.

   У делегатов Всесоюзного народного собрания было много вопросов по поводу экономических и политических изменений, и Лаврентию Павловичу, после обеда, пришлось до позднего вечера отвечать на них. Он отвечал на устные и письменные вопросы. Из зала часто звучали уточняющие вопросы и даже предложения, чего раньше никогда не было на подобных зарегулированных мероприятиях, но Лаврентий Павлович максимально терпеливо и подробно всё разъяснял. Аплодисменты на ответы были частыми и искренними.
    На собрании элиты страны возникла добрая, товарищеская обстановка. Мы видели, как от возбуждения горели глаза у делегатов конференции.
    После окончания выступлений делегаты не хотели уходить и собирались группами в коридорах, буфетах, обсуждали, спорили...
    Расходиться из Кремлёвского дворца начали далеко за полночь...

                * * *

    … Мы чувствовали себя победителями.

    Гешка предложил что это - «обязательно нужно обмыть». 
    Помня его «ход ежом», и соглашаясь с тем, что "Гешка плохого не предложит", посовещавшись с нашей охраной, решили отдохнуть в ресторане «Прага», тем более что на днях, мы, как штатные работники министерства, получили свою первую заработную плату и нам выдали новенькие паспорта граждан СССР.

    ... А когда вошли в вестибюль ресторана, то… застыли от неожиданности. Со сцены на втором этаже звучала знакомая мелодия под хриплые аккорды... электрогитары (!):

                … Миллион, миллион, миллион алых роз,
           Из окна, из окна, из окна - видишь ты…
   
    Только голос певицы был не Аллы Пугачёвой, а более высокий,  и поэтому песня - «не цепляла».

    Мы, почти бегом, поднялись в зал, в надежде увидеть кого – то из наших.

    Администратор зала - высокий импозантный мужчина с неприступным взглядом, в чёрном костюме и накрахмаленной белой рубашке с бабочкой, поначалу и разговаривать с нами не захотел, смотрел на нас свысока, делал вид - что очень занят, но, когда увидел удостоверение сопровождавшего нас полковника КГБ, мгновенно покрылся потом, и залепетал, задыхаясь:

     - Мы не виноваты. Он сам. К нам. Голый. Ночью. Ещё гости были. Немного. Прямо в зале. Стоит между столиками. Голый. Шатается. Женщины визжат. Мы его скатертью со стола накрыли и в подсобку. Сам он – как пьяный, ничего не понимает. Попросил воды. Дали. Выпил кувшин. А мы - сразу в милицию, у нас пост рядом. Они пришли, понюхали – не пьяный, не буянит, не выражается. Заявлений от клиентов не поступило. А то, что – голый... Сказали – сами разбирайтесь со своими артистами. А он - уже спит на кушетке. Оставили его с Александрычем, сторожем. А утром, когда пришли, он на сцене, в халате уборщицы, играет на гитаре и песни поёт. И Александрыч ему на рояле - одной рукой. Вторую он на фронте. Александрыч до войны у нас в оркестре - клавишником. А песни - новые совсем. Хорошие. Нашим в оркестре понравились. А он кроме песен – ничего не помнит, и документов нет.

    - Где он!- хором спросили мы.

    - Да там,- и показал рукой,- в подсобке. Там фортепиано старое. Они там с клавишником аранжировки пишут.

    Мы уже бежали по коридору и нам вслед доносилось от администратора: - А куда нам его? Без документов? А он, для нашего оркестра, почти всю программу обновил. Не бесплатно…, конечно….

    А из дальней комнаты коридора, под аккомпанемент фортепиано, доносился дуэт мужских голосов:

      В шумном зале ресторана,
     Средь веселья и обмана,
      Пристань загулявшего поэта.
     Возле столика напротив,
      Ты сидишь вполоборота,
     Вся в луче ночного света.
      Так само случилось вдруг,
     Что слова сорвались с губ -
       Закружили голову хмельную…
     Ах, какая женщина, какая… женщина...
       … Мне б, такую…

    Гешка пинком открыл дверь, и мы увидели, что возле окна у пианино сидят двое. За инструментом - незнакомый мужчина в очках в белой рубашке с коротким рукавом в светлых льняных штанах и кожаных плетёнках на босу ногу, а рядом... на старом потёртом кресле с высокой резной спинкой, в синих сатиновых трусах и серой майке - алкоголичке ... Игорь!

    - "Всё поёшь"?- спросил Гешка "интонацией Верещагина", и оглядел комнату,которая больше походила на столярную мастерскую: у противоположной стены - верстак с разными инструментами, на полу опилки, стружка и грубые заготовки корпусов электрогитар, на стене – различные по длине грифы. У двери – подобие кровати - конструкция из деревянных пивных ящиков и дверным полотном сверху, на которое был брошен матрас, с, на  удивление, чистыми простынями. Рядом, на стене в углу, на плечиках - черный костюмом и белоснежная рубашка, черные лакированные туфли на подстеленной газете.

    - Плагиатишь, Игорь,- громко сказала Вера, входя,- это песня Тани Назаровой.
 
    - О-о, Вера Фёдоровна, а Вам этот пари….  А... тебе, блондинкой - к лицу.

    - Я её лично знаю,- продолжила Вера, глядя на Игоря в упор - она у нас, на Мане, на краевом фестивале бардов «ВЫсоцкий и СИбирь» жюрила и выступала.

    - И что мне теперь, в ресторане, с голоду умирать? А где вы были!? Август уже!

    - Газеты читать надо!- ответил Гешка.

    - А ты радио слушаешь?- спросил Игорь.

    - У нас глушилки на всю электронику.

    Мы постояли ещё секунду, рассматривая друг друга, и бросились обниматься…

    - А Витя где? Шеф, Андрюха? – спрашивал у нас Игорь, и на глазах у всех нас наворачивались слёзы.

    - Ищем, ищем,- ответил Гешка, шмыгая носом, - ни в милиции, ни в больницах нет.

    - А у меня идея,- натягивая брюки, быстро говорил Игорь, словно боясь, что мы исчезнем,- нужно через радио. Объявить конкурс песен и наши современные песни транслировать на весь Союз, и наши - адрес и телефон указывать, как адрес места встречи. У вас адрес есть?

    Мы переглянулись.

    - Да адрес - то есть,- начал Гешка.

    - А то, можно прямо сюда, на ресторан Прага. Я с директором уже договорился. Он разрешил здесь песенникам собираться, но только днём. По вечерам здесь аншлаг. К нам сейчас, как на концерты, входные билеты продают,- быстро говорил Игорь и по очереди рассматривал нас.- А у вас - что? То - же, с волосами проблема?

    - Да бог с ними, с волосами,- ответил Гешка,- зато здоровье и память - супер.

    - А я уже одну передачу по московскому радио организовал,- продолжал Игорь.- Меня с редактором этого радио познакомили, он здесь свой юбилей отмечал. Песни послушал и выбрал. Мы у него в студии записали две из Высоцкого: «На братских могилах не ставят крестов» и «Он не вернулся из боя». Долго согласовывали, почти месяц. Вы их слышали? На прошлой неделе? У Александрыча «под Высоцкого» - хорошо получается. Все ревут!

    - Нет, Игорь,- ответила Вера,- у нас радио нет, да и не до песен было, работали с утра до ночи. Сегодня – первый выходной.

    Игорь смотрел на нас, размышляя:
    - Это… Я, правильно понимаю? Это то, что сейчас в Кремле?… Всесоюзное народное собрание?…

   Вера кивнула ему головой и показала на меня:

    - Это Влад спас Лаврентия Павловича. Ему здесь уже дважды повоевать пришлось, и ранен был - дважды.

    Из зала, со сцены звучала песня Саруханова:
       
        Позади-
       Крутой поворот,
        Позади –
       Обманчивый лёд,
        Позади –
       Холод в груди.
        Позади …

    - У нас здесь стол заказан,- сказал я,- пойдёмте, там и поговорим.

   - А у меня тут мысль появилась,- не успокаивался Игорь, застёгивая накрахмаленную белую рубашку дрожащими от волнения руками, - нужно организовать отборочный  конкурс песен к десятилетию Победы. Если у вас там всё схвачено, то постоянную передачу на радио можно быстро согласовать. А адрес... Да пусть будет ресторан Прага. Здесь, на первом этаже - кондитерская и там есть место где можно собираться. ... Организовать клуб военной песни, а по радио на весь Союз, два – три раза в неделю - наши песни и наши с вами фамилии должны звучать. Наши обязательно услышат и здесь появятся. Только, нужно что – бы директору ресторана разрешили, а лучше – обязали. Сам он боится. Важно, что – бы вход был свободный, и кто – то из нас в клубе всегда дежурил.

    Игорь оделся, и мы направились в зал, но тот человек в очках, что сидел за фортепиано воскликнул:

   - Товарищи! Пожалуйста! Может, вы помните второй куплет этой песни «Ах, какая женщина!»? Игорь Николаевич – подзабыли... Ну, пожалуйста!

   - Они… вспомнят,- ответила Вера строгим голосом, критически рассматривая Игоря в сценическом костюме.- Они у нас  - обязательно вспомнят,- и многозначительно улыбнулась:
   - Игорь Николаевич! А Вам эта бабочка - к лицу!


   … Проблему поиска Шефа, Андрюхи и Виктора начали решать - не откладывая. Сразу после первой, а тост был : "За Победу! За нашу Победу!".

    Сначала пригласили за столик директора ресторана, затем редактора всесоюзного радио, которого привезли прямо с работы, но он заявил, что нам нужен не он, а главный дирижёр Большого симфонического оркестра Всесоюзного радио. Созвонились, и оказалось, что главный дирижёр был в Москве...

    Выслушав наше предложение, а затем, послушав несколько песен со сцены, Александр Васильевич Гаук поставил вопрос ребром: если министр культуры лично это мероприятие согласует, то солисты и музыканты будут - только его!

   - Да они у вас кроме опер ничего петь не умеют,- воскликнул Игорь.

   - Арии из опер,- поправил его главный дирижёр. Красные пятна, как результат сильного волнения, уже исчезли с его красивого лица. После внезапного появления офицеров КГБ на сцене его оркестра он, наконец – то расслабился и успокоился.
   - Да вы не расстраивайтесь,- хитро улыбался он, закусывая коньяк ломтиком сёмги,-  вы ещё не слышали, как они «Мурку» поют…

    - А кто у нас министром культуры?- спросил захмелевший Гешка.

    - Пантелеймон Пономаренко,- ответил ему Игорь,- это с ним песни Высоцкого согласовывали. Серьёзный мужик. Помнишь, у костра говорили, что Сталин его на своё место готовил.

    - А как - так? - удивился Гешка,- серьёзного мужика и на культуру?

    - Видимо он предвидел, что ближе к его смерти начнутся подковёрные игры,- ответил Игорь,- и, что – бы сохранить Пономаренко, убрал его на время из политики. Как говорится: «Подальше положишь - поближе возьмёшь».

    - Голова-а,- многозначительно цокнул языком Гешка, а со сцены звучало из «Цветов»:

    … Мы желаем счастья вам,
         и оно должно быть таким -
      Когда ты счастлив сам,
         счастьем поделись с другим …

   Я тихонько спросил Серго:
    - А как Лаврентий Павлович к Пономаренко относится?

    - Да нормально,- пожал плечами Серго, слушая песню, - я их вместе перед конференцией два раза видел.

    - Нам перспективный план развития желательно верстать с потенциальным Председателем Совета Министров. Что – бы потом критики не было и не переделывать. Времени на это нет.

    - Это правильно,- сказал Серго,- сегодня, при встрече с отцом – переговорю.
 
    …  Когда выходили из ресторана, хриплый голос Александрыча выводил в динамики на сцене:

     ... Наши мертвые - нас не оставят в беде,
          Наши павшие — как часовые…
        Отражается небо в лесу, как в воде, —
          И деревья стоят голубые...


Продолжение романа: Часть 4. Глава 1. http://proza.ru/cgi-bin/login/page.pl

   Начало романа: Часть 1. Глава 1. http://proza.ru/2023/03/07/609