Белла

Лето перед первым классом, июль. Гулянки с утра до вечера, игры. Друзья у Маши были старше её на 2-3 года, они казались ей жутко взрослыми, а иногда злыми. Как в тот день, когда один из мальчиков давил пыльным кроссовком бабочку-капустницу.

— Что ты делаешь, зачем?! — возмущалась Маша.

А он только смеялся.

Когда мальчики ушли, Маша аккуратно подобрала бабочку и убежала на крыльцо. Ещё трепещет мятыми крыльями — живая.

Она внесла в ладошках белокрылую несчастницу домой и посадила на старый деревянный подоконник в своей комнате. Нашла ей постель — пластиковую упаковку из-под маргарина. А в огороде возле дома уложила в неё перину и подушки — лютики, пушистые семена одуванчиков, веронику, незабудку и листья подорожника.

Бабочка выздоравливала у Маши на окне и получила имя — Белла. Маленький, ещё плохо летающий питомец на несколько дней.

Отпускать жалко, но Маша была готова это сделать, когда придёт время. А пока она выносила Беллу на кроватке гулять каждое утро и вечер. Даже позволила возлюбленному бабочки покатать её в воздухе над лугом возле дома, но не доверила унести насовсем. Рано.

И вот, когда Белла уже совсем оправилась и скоро должна улететь на свободу, Маша принесла её в коробочке к ребятам. Смело говорила, как будто даже в равнодушием:

— Улетит, не стану держать. Я буду рада — она снова может жить, как раньше.

— Маша, мне надо тебе кое-что сказать, — одна из девочек отозвала её в сторону.

А в эту роковую секунду Беллу захлопнули в книжку и сделали гербарием.

Маша подошла к коробочке, но никого живого в ней не было. Она стала оглядываться по сторонам, а ей все говорили: “Улетела! Улетела!”

Она чувствовала, что нет. Чувствовала эту злополучную книгу спиной и слышала, как она захлопывается! Но прямых доказательств не было. Над ней смеялись.

Маша ушла домой и плакала в одиночестве, утираясь уголком одеяла.

— Но мы хотя бы немножко были друг у друга...