Новогодняя сказка

 Ей не нравился двадцать первый век. Она ненавидела шум автомобилей, терпеть не могла запах асфальта и бензина. Ей не по себе было на дискотеках опять же из-за невыносимого грохота дикой, бессмысленной музыки и грубой толкотни очумевшей, полупьяной толпы. Она не курила и не цепляла парней. Это была не ее стихия. Все считали ее ненормальной, но ей на это было глубоко наплевать.
 Она обожала Дюма и Соротокину, Бетховена и Шопена, Айвазовского и Моне. Она могла часами сидеть на подоконнике с книгой в руках, нацепив на нос очки и уносясь вглубь веков, в далекое прошлое. Перед ее взором проносились картины отчаянных схваток, морских сражений, дуэлей, любовных свиданий и ночных преследований. Она представляла себя то мстительной миледи, готовящей очередной заговор, то властной императрицей – капризной кокеткой и жестокой правительницей, то гордой красавицей, покорившей сердце юного гардемарина, то несчастной графиней, вышедшей замуж за нелюбимого человека…
 Она жила в сказке, любила сказки, придумала для себя сказку. В ней она была высокой белокурой красавицей, кружившей головы молодым людям, была кокетливой и обворожительной принцессой. А на самом деле у нее были гордый неприступный характер, темно-русые волосы и эта близорукость, которая никак не вписывалась в образ красавицы…
 Зазвонил телефон. Подруга пригласила прогуляться по городу, «ну и, может быть, познакомиться с какими-нибудь молодыми людьми».
 - Спасибо, сегодня не могу, - отказалась Она.
 - Не можешь или не хочешь? – решила уточнить подруга.
 - Ну, не хочу.
 - Ну и дура! Так и просидишь всю жизнь дома и пропустишь все интересное!
 - Скажите, пожалуйста, - засмеялась Она. – А что там, вне дома, интересного происходит?! Может, просветишь?
 - Не буду, - обиделась подруга. – А ты что, рыцаря всю жизнь ждать собираешься?
 - Собираюсь, - ответила Она.
 - Ну-ну, жди. Осмелюсь доложить, ваше сиятельство, что вы не в то время родились. Все рыцари вымерли уже лет двести назад! Представляете, какая несправедливость!
 Она бросила трубку. Теперь весь день испорчен. И не из-за последних слов подруги (Она и сама понимала, что рыцари и принцы – это глупо), а из-за того, что Её не поняли, не захотели понять.
 Она накинула пальто и вышла из дома. Нужно было купить хлеба и чего-нибудь к чаю. На улице было морозно. В наступающих сумерках падающие снежинки искрились, как Ей казалось, каким-то загадочным светом. Она шла по накатанной скользкой тропинке.
 Ах, сколько раз Она представляла себя в той сказке! Вот и опять сразу исчезли крыльцо, тусклый фонарь и пушистые сугробы. Она шла по аллее. Огромные тополя раскачивались над головой, таинственно перешептываясь и кивая зелеными кронами в Её сторону. В воздухе носился аромат необыкновенных цветов. Порхали бабочки и щебетали птицы. А навстречу шел… Он! Он, как всегда, непринужденно снял свою широкополую шляпу и поклонился. Легкий ветерок растрепал Его белокурые волосы. Она ответила еле заметным кивком и остановилась. Он улыбнулся и произнес:
 - Удивительный сегодня вечер, не правда ли?
 - Да, вечер великолепен. – Она позволила себе одну из тех обворожительных улыбок, которую старательно репетировала у зеркала, и отвела взгляд. Она знала, что у Него ярко-синие глаза. Она боялась Его проницательного взгляда.
 - Прошу позволить мне проводить вас, - галантно предложил Он, предупредительно подав руку, сняв с нее ослепительно белую перчатку. Она протянула навстречу свою и заглянула в Его глаза…
 Тропинка была ужасно скользкой, и Она все-таки растянулась на ней, сбив при этом с ног какого-то незнакомого парня. «Растяпа», - мысленно обругала себя Она.
 А парень вскочил на ноги и, позабыв про валявшуюся в сугробе шапку, протянул Ей ладонь, помогая подняться. Она подала ему руку и поймала его взгляд. У него оказались поразительно знакомые глаза. Ветер растрепал его белокурые кудри. И Он улыбнулся:
 - Замечательный сегодня вечер!
 - Да! – удивилась Она.
 - Разрешите мне проводить вас, - произнес Он, продолжая держать ее руку в своей.
 Она улыбнулась в ответ и согласилась.
 Они шли по скользкой тропинке, и лишь тусклый фонарь был свидетелем этой неожиданной встречи. А может быть, это был не фонарь, а огромный раскидистый тополь, низко склонивший зеленые ветви вслед удаляющейся по аллее паре…
 А на земле шумел и толкался, спешил куда-то двадцать первый век.

(2003г.)