Стольничек на общачок

Вот уж, вспомнилось сегодня Оглоблину, так вспомнилось – не приведи, Господи! Недаром, конечно, и дрянь всякая снилась всю ночь – всё к тому, всё к тому – что всплывёт в памяти картина эта…

День июльский, душный, солнце за облаками – к дождю парИт. Вчетвером сидят они в машине –   двое оборотистых автодельцов спереди, настоящий бандит горячих кровей по левую от Оглоблина руку, и он – живой доверенностью, на заднем сидении. Тачку крутую растамаживают.

Оглоблин уже ходил в облупленное административное здание, и даже пытался в очереди выстоять в нужный кабинет. Пока подошедший на подмогу водитель ему толкача не выдал: «Ну, ты чего клювом щелкаешь – заходи, давай!».  Автоперегонщик этот вообще крутой был!  Когда попытался шустрого осадить у какого-то окошечка серьезный с виду чел( «Не шуми!»)- он, обернувшись, глянул на «попутавшего» тяжелым взором:

- Я… правильно шумлю!.. Правильно.

Видно, крыша солидная была.

Но, теперь уже вся бумажная волокита осталась позади – сидели и ждали оформленных бумаг.

- Устал, Лёха? – вполоборота повернувшись к Оглоблину, совершенно по-человечески спросил второй делец, что сидел рядом с водителем.

Собственно, это тоже была его работа. Но, с душой и качественно он её делал, отрабатывал до конца – «по-честному».

- Да, нормально всё – работаем! – бодренько отозвался Оглоблин. – Я ж десять месяцев в море пахал – по двенадцать – четырнадцать часов. Неужели день отсидеть не смогу?.. Э-э, высидеть, в смысле!

И безучастный доселе бандит посмотрел на моряка долгим взглядом.

Появился, наконец, высокий юноша – мажор разгильдяйского вида в футболке, шортах и сандалиях на босу ногу, со стопочкой листов в руках. Освободили ему место рядом с водителем, глянули документы, сунули жиденькую стопочку зелёных - «сотками».  Обстоятельно клерк пересчитал: десять – не напарили! И когда уже начал было подниматься с сидения, сзади громко и внятно прозвучало:

- Пришли-ка стольничек на общачок!

- Не, не, испуганно замотал головой клерк, явно убыстряясь в движениях, - мне же еще отдать надо!

- Завязывай, Вахид – это свой человек, - впрягся тут водитель.

- Да задрал ты! –  бандит перешел почти на крик. – У меня полгорода таких своих!

Клерк, однако, уже газелью скакал меж парящих луж, унося в миг вспотевших руках дань нетронутой.

Вот, чего это сегодня вдруг Оглоблину вспомнилось?.. Ну, менял он нынче доллары – тысячу, как раз – по курсу, что его разлюбезный банк установил: поменьше, конечно, курса официального – мягко говоря… Но, сика в сику и получилось: менял тысячу, эквивалент девятисот – рублями - и получил. «Стольничек» – процент банковский. Полгорода, наверное, у банка клиентов таких.

А кстати, тогда – тем душным июльским днем – пахарю морской жнивы Оглоблину горячий бандит ничего не «предъявил», на его «зелёные» не позарился… Вот к чему, наверное, Оглоблин те лютые времена и вспомнил. И поблагодарил их – что минули…