Молоко, Хлеб, Картофель. Быль

В большом и красивом коттедже готовились к празднику, украшали залы цветами, разноцветными шарами, гирляндами, официанты накрывали столы. Всё  было со вкусом, дорого и элегантно.  На столах преимущество отдавалось редким видам рыбы и морепродуктам. Вина тоже были элитными,  музыка, танцы.

В то же время в небольшой подсобке грустили Хлеб, Картофель и Молоко. Хлеб, помня, что он всему голова, как бы оправдывался:
- Нет, я не обижаюсь, что на праздники меня не зовут, пусть так, но почему говорят и пишут, что я вреден, что нужно ограничивать меня в употреблении. И это звучит всё чаще. Почему? Разве нет в хлебе полезных  витаминов и минералов, клетчатки? А калорийность примерно 200 ккал в 100 граммах, это что, много?  Сахар, масло, сало, торты, да и многое другое, вот где калории зашкаливают, а у меня калорий как раз столько,  чтобы успешно  работать, учиться, жить. Если бы не мы, не выжить стране в трудную годину.

- Согласен, - поддержал Картофель, - а меня вообще не включают в список  полезных овощей, так и пишут, что полезны все овощи кроме картофеля. А я вкусный, калорий мало, дешёвый и доступен всему народу. Отварная картошечка с лучком, с  огурчиком или грибочками, да это просто объедение!

- А если еще с молочком? Представьте себе ломоть ржаного  хлеба чуть посыпать сольцой да с кружкой молока, -  зачастило Молоко, – этого в трудные годы хватало на целый день.  Цена этому ломтю была не больше и не меньше – сама жизнь.  Помните картошечку с молоком, а пюре?  Рассказывали: раньше  придет мужик с поля или  с заготовки дров, устал, нет сил, а жена достанет из погреба крынку молока, холодненького  со свежими сливками наверху. Мужик разом опрокинет полкрынки, крякнет, да сразу половина усталости прочь, повеселеет, да и на жену глянет особенно.

- Вот, вот, валят с больной головы на здоровую, физически перестали работать, двигаются совсем мало, куда это приведет - не трудно представить, а мы получается, виноваты, - раскипятился Картофель, -  скоро выйдут из-за стола и давай пускать фейерверки, хорошо, если без травм.

- А раньше все застолья были с песнями, - опять встряло Молоко, - рассказывали, что прабабка хозяйки любила петь песню «По Дону гуляет казак молодой». Песня трогательная, много куплетов, по её сюжету можно целый сериал снять.

- А её дед любил песню с такими словами: «Эй, баргузин, пошевеливай вал, молодцу плыть недалече».  Наверное потому, что он воевал на Дальнем Востоке, – вспоминал Хлеб, - пел её всегда с хорошим настроением, громко, энергично.

-   Дядя Женя, хоть и был по жизни молчуном, но от песни не отгораживался, – сказал Картофель, – любимая песня  у него была: « Когда я на почте служил ямщиком, был молод, имел я силенку»,  и пел неплохо.

Все разом замолчали, вспомнили бабушку, она была первая запевала, знала много песен, хорошо пела, а сейчас почему-то им вспомнилась эта:
- Всё васильки, васильки,
Сколько мелькает  их в поле,
Помню у самой реки
Их собирали для Оли.
- Друзья, а может, вернется наше время? -  растерянно вопрошал Картофель.
- Нет, не надо, - сказал мудрый Хлеб, не зря он всему голова, - пусть едят свои роллы, только пусть будет Мир. А мы должны знать и помнить, что мы не в загоне, друзья,  мы как солдаты всегда в запасе.