Али-Баба и 40 разбойников. Ранняя версия. 2. Оконч

Из великого, мудрого, старого, восточного сборника сказок, под названием "Тысяча и одна ночь".

"Рассказ про Али-Баба и сорок разбойников, и невольницу Марджану, полностью, и до конца" (рассказ и перевод взяты из "Библиотеки всемирной литературы. Серия первая. Том 19". "Тысяча и одна ночь". Санович В. - Москва: "Художественная литература", 1975, 479 страниц).

Часть 2.

Работа пишется под шум дождя и грозы - программу для сна, учёбы, релаксации, медитации...


Латвия, Рига, наши дни. Апрель, 2023-й год. В одной престижной гостинице, в номере класса "Люкс"...

"Уже половина ночи прошла, мой господин. Не устал ли ты?".
"Нет, Шахерезада. Не устал. И то, что мы проветрили - добавило больше свежести в помещение. А душ, салат и фрукты - сделали своё дело. Я не чувствую ни слабости, ни вялости, ни боли в теле, пояснице, там, спине... Можем смело продолжать нашу с тобой встречу".
"Хорошо. Ты говорил, что редко устраиваешь подобные вечера и я вижу, что хочешь за одну ночь успеть всё. Но ты ведь не бездушная машина, мой господин. Ласка-сказка, сказка-ласка... Я пойму, если решишься сказать: "Стоп" и поспать немного".
"Спасибо за заботу, милая, восточная гостья. Я дам тебе знать, когда устану. Но пока считай это не моим капризом, а двойным комплиментом тебе. Ведь ты не только красивая, высокая, стройная, привлекательная и сексапильная женщина, обладающая особым шармом, обаянием, грацией, подачей... Ты ещё и хранительница сказок, легенд Ближнего Востока, умеющая интересно и увлекательно рассказывать их, создавая образы и, театрально изображая, как главных героев, так и второстепенных персонажей. За что тебе отдельная моя благодарность, как любителя кино".
"О, мой господин... Ты не перестаёшь меня поражать своим красноречием, глубиной слов и познанием мира... Признаюсь тебе, что не такой я представляла себе нашу встречу. Думала, что всё будет обыденно, банально и быстро. А вышло...".
"А вышло?".
"А вышло так, что теперь я не дам тебе заснуть, пока ты сам меня об этом не попросишь".
"Хо-хо! Ну, и горячая же ты - дива Востока! (Парень хотел сказать либо "штучка", либо "баба", но вовремя спохватился - примечание автора).
"Да, мы такие. И с людьми ведём себя так, как они того заслуживают... Что ж, мой добрый господин, продолжим нашу сказку... Только прежде, скажи, как ты относишься к ужасам?".
"Да я к ним не отношусь. Хо-хо! Ну, а если серьёзно, то... Это не тот жанр, который мне нужен. Ничего против не имею (люди же смотрят), но я после подобных фильмов или литературы плохо сплю. А проснувшись, представляю себе всякое, что бррр! Нет, это не моё. А что?".
"Да нет, ничего. Просто... продолжение с Касимом/Касымом придётся пропустить, только и всего".
"Касимом/Касымом? Да ведь его разбойники разрубили на четыре части и повесили внутри тайной пещеры, как знак тем, кто захочет войти сюда, и украсть золото. Мол, берегитесь, с вами будет то же самое! Вскоре за своим старшим братом придёт Али-Баба и... Э-э, да это не страшно! В некоторых сказках бывали вещи и похуже".
"Правда? Но Ближний Восток не такой, как другие края".
"Всё в порядке. Я готов".
"Хорошо. Но знай, что я тебя предупредила. И с твоего позволения, продолжу...

Целый день ждала богатая жена возвращение своего мужа Касима/Касыма с сокровищами из заветной пещеры разбойников. Не раз представляла она себе, как будет "купаться" в золоте и серебре. Как начнёт весело подбрасывать монеты в воздух. Как на рынке все будут кланяться ей, как какой-нибудь дочери самого султана. Да что там рынок! Весь городок, весь восточный край Хорасан будет лежать у её ног! И все умрут от зависти... Ах, мечты... Поскорее бы только вернулся супруг. А его всё нет и нет... Вот уже и вечер настал, стемнело, а Касима/Касыма всё не видать. Где же он?..".
"Известно где. В пещере висит".
"Понемногу её начало охватывать беспокойство. Вскоре встревоженная жена побежала к Али-Бабе".
"Извини, вновь перебью... Вот! Вот тебе надменные, высокомерные богатые люди. Годами в твой дом не захаживают, считая бедными и недостойными их внимания, а как мужу указали дорогу к сокровищам и тот не вернулся, так сразу Али-Баба, друг, что делать. Бабки нужны, чтобы вас превзойти во сто крат и забыть, как звать по имени, а бабок нету. Али-Баба, спаси. Если бы Касим/Касым в эту минуту показался со своими 10 мулами за поворотом, с 20-ю сундуками набитыми динарами, дирхемами, изумрудами, алмазами, то на все 100% уверен она бы сказала: "А всё, забудь. И не вздумай к нам в гости ходить. Мы тебя не знаем! Касимушка/Касымушка, мой родной, любимый, богатый муж!".
"А-ха-ха-ха-ха! Тебе точно пора писать книги. Можешь смело оставлять работу в пекарне".
"И лишиться стабильности, ежемесячной зарплаты, оплаченного больничного, отпуска, страховки, стажа к пенсии, да? Нет уж, спасибо. Я же не нашёл ещё такую пещеру, как у разбойников. Значит, рано лавочку сворачивать... А писать можно и на выходных. Но за комплимент - спасибо!".
"Всё для тебя, мой господин, всё для тебя... Али-Баба также, как и жена Касима/Касыма был не на шутку встревожен. Еле выждав ночь, наутро он взял своих ослов, топор и отправился в горы, к заветной пещере. Подошёл к ней, убедился, что разбойников поблизости нет и не видно, не слышно, сказал нужные слова ("Сим-сим/Сезам, открой свою дверь!"), увидел брата, и в ужасе воскликнул..."

"Нет мощи и силы, кроме как у Аллаха, высокого, великого! Поистине, мы принадлежим Аллаху и к нему возвращаемся! От того, что написано, никуда не убежишь, и что суждено человеку в сокровенном, то обязательно испытает он сполна!"

Но потом Али-Баба подумал, что от плача и скорби в такое время нет ни пользы, ни проку, и что самое лучшее и необходимое - призвать на помощь все своё хитроумие и руководиться правильным мнением и разумным суждением. Он вспомнил, что завернуть брата в саван и похоронить - это его обязанность и одна из заповедей ислама, и взял куски разрубленного трупа Касима, и положил их на ослов, и прикрыл тканями, добавив сверх того драгоценностей из клада, которые ему понравились, тех, что весят немного, а ценятся высоко. Он дополнил ношу ослов дровами, а потом подождал порядочно времени, пока не наступила ночь, и, когда мир покрылся мраком, направился в город" (здесь и далее будут вставки из "Рассказа про Али-Баба и сорок разбойников, и невольницу Марджану, полностью, и до конца", "Библиотеки всемирной литературы. Серия первая. Том 19". "Тысяча и одна ночь". Санович. В. - Москва: "Художественная литература", 1975, 479 страниц. А чтобы не спутать с моим вдохновением и бурной фантазией, обозначим их так - РВ, то есть, Ранняя Версия - примечание автора).

"Вот негодяй! То, что брата забрал, понимаю и принимаю - долг семьи, родственника. Но зачем он разбойников ещё раз ограбил, если же дома - несколько мешков золотых динаров в земле закопаны?!! Я смотрю этот Али-Баба не такой уж и простак, как кажется. После увиденного, про золото я бы и не вспомнил. Находился бы в печали, в шоке. А он по второму заходу пошёл. И не побоялся той же участи, что и Касим/Касым. Ловкач, Али-Баба, однако. Азартный малый и ловкач".
"Такой он, мой господин, такой"...

"И Али-Баба вступил в город, будучи в худшем состоянии, нежели мать, потерявшая ребенка, и не знал он, что ему предпринять и как поступить с убитым. Он гнал своих ослов, утопал в море мыслей, пока не остановился у дома брата, и тогда он постучался в ворота, и ему открыла чёрная абиссинская невольница, находившаяся у Касима для услуг, и была это одна из прекраснейших невольниц, с красивым лицом и изящным станом, юная годами, ясноликая и черноглазая, совершенная по качествам, и, что ещё лучше, она обладала здравым рассудком, острым умом, возвышенными помыслами и великим благородством в минуту нужды. Хитростью и изобретательностью она превосходила опытного, проницательного мужа, и домашние дела лежали на ней одной, и ей поручалось исполнение всех нужд.

И Али-Баба вошёл во двор и сказал:

"Пришло твоё время, о Марджана, и нам нужна твоя хитрость в важном деле! Я открою его тебе в присутствии твоей госпожи; пойдем же со мной, послушай, что я скажу ей" (РВ).

"Так на сцене появилась Марджана, которая указана в названии сказки. Понятно".
"Когда Али-Баба всё им рассказал, жена поняла, что все её мечты о новой славе и несметном богатстве рухнули и разбились, как простой глиняный кувшин, случайно упавший со стола".
"Ах, ты, бедняжка... И что же она теперь будет делать?".
"Понимаю твой сарказм, но это Древний Ближний Восток. И здесь не всё так просто и легко, как кажется... Чтобы всё выглядело естественно, решили они трое тайно провернуть одно опасное дело. Для чего устроили в районе небольшой "спектакль" с болезнью старшего брата. А рабыню Марджану сделали главной исполнительницей своего плана. Посылали её за лекарствами, просили придумать достойное объяснение болезни".
"И снова. Вот! Перевесили всю проблему на рабыню, а сами "умыли" руки. И жене своей Али-Баба ничего не сказал, так как решил отомстить ей за то, что это именно она его не послушалась и довела до большой беды. То о чём я и говорил пару часов назад".
"Я знаю, господин, знаю. Но попробуй набраться терпения. Хотя, вижу, что это почти невозможно... Когда стало ясно, что лекарства не помогут, то привела хитрая Марджана старого сапожника по имени Мустафа и сказала ему... Ты готов, мой добрый господин? Сейчас будут ужасы, о которых я и говорила".
"Готов! Конечно, готов! Хотя... Подожди! Нет, не готов. Не надо! Не говори. Э-э, сам догадаюсь... Она не ботинки пригласила его новые мастерить, а... Штопать самого Касима/Касыма!".
"Браво! Ты проницательный! Понял, что, к чему".
"Понять-то понял, но, всё же, не обижайся, но в русской народной сказке "Морья-Моревна" подобное лучше описывалось. Мол, отобрал Кащей-Бессмертный у Ивана-Царевича любимую женщину. Тот захотел вернуть её обратно. Забрал тайно. Кащей поскакал за ними в погоню на своём верном, волшебном коне. Догнал и изрубил царевича на мелкие кусочки. Затем положил эти кусочки в бочку, засмолил её и бросил в синее море. Друзья царевича вытащили бочку на берег, разбили, вынули кусочки, сбрызнули мёртвой водой - тело срослось, соединилось, потом капнули живую воду - Иван-царевич вздрогнул и встал на ноги. А тут Мустафа штопает кусочки. Не то...".
"Каждому краю своя история, мой господин. Я поняла, что этот момент лучше пропустить и предупредила тебя об этом заранее. Но ты меня заверил, что всё в порядке. А раз так, то слушай... Итак, рабыня пригласила в дом сапожника, но с условием, что по дороге завяжет тому глаза, чтобы он не знал, куда его ведут".
"Ага. А потом сняла повязку и бедного сапожника стошнило. Он же не врач! (Алекс хотел было сказать, что, мол, вам до "Марьи-Моревны", как от Риги до Китая пешком, но вовремя спохватился. Ни к чему было лишать себя остатка ночи с красивой восточной женщиной из-за ненужной ссоры и разногласий. Ни к чему. А по сему, быстро исправил ситуацию - примечание автора). Извини, но не могла бы ты пропустить момент его работы? Я переоценил свои силы. Прости, пожалуйста. К твоему умению рассказывать это не имеет никакого отношения" (последнее предложение очень понравилось Шахерезаде, да так, что она сменила возрастающий гнев на милость и мило улыбнулась. К тому же, ей льстило, что парень признаёт свою неправоту. Но, видать, она не знала, кто такой Джеймс Бонд. Ибо Алекс лучше будет сначала Бондом, а потом скажет правду в лицо. Ведь как там было в "Живи и дай умереть" с Роджером Муром? "Джеймс! Ты хочешь меня допросить и убить после того, что между нами было?" "Милочка, я бы не стал этого делать до. Но после - с большим удовольствием. И рука моя не дрогнет. Запомни: дело - прежде всего" - примечание автора)".
"Хорошо, мой господин. Спасибо, что признал это. Я ценю и понимаю твои слова... Итак Мустафа сделал то, о чём его попросили и то, за что заплатили несколько золотых динаров. А потом также, как и прежде, завязали глаза и проводили до своей лавки".
   
"Дойдя до лавки, Марджана сняла с глаз башмачника повязку и сказала ему:

"Скрывай это дело и остерегайся о нём говорить и рассказывать, что ты видел, не болтай много о том, что тебя не касается, - тебе может достаться то, что тебе не понравится".

Потом она дала ему четвертый динар и оставила его на улице, а вернувшись домой, принесла горячей воды и мыла, и обмывала тело своего господина до тех пор, пока не очистила его от крови. Затем она одела убитого в одежды и положила на его ложе, а покончив с этим, послала за Али-Баба и его женой, и когда те явились, рассказала им, что она сделала, и сказала:

"Объявите теперь о смерти моего господина Касима и расскажите о ней людям" (РВ).

"Знаешь, эта версия сильно отличается от тех, где Али-Баба просто говорит народу, что его старшего брата загрызли в горах дикие звери. Они привычнее на слух, чем это. Я не ожидал ничего подобного".
"Понимаю. Но так мне рассказывала моя бабушка. А она была мастером своего дела и любила сказки... Между прочим, умение рассказывать истории она передала мне, своей не единственной, но очень особенной внучке. И я продолжаю её старые, добрые традиции. Так что"...
"Так что, спасибо бабушке. Она помогла раскрыть твой небесный дар. Продолжай, пожалуйста, Шахерезада".
"С удовольствием, мой господин. Рада, что ты всё прекрасно понимаешь" ("особенно, когда свидания в моей жизни так редки", подумал Алекс и мило улыбнулся - примечание автора). Итак, старший брат умер и все узнали об этом...".

"И Касиму вырыли могилу, и похоронили его, - милость Аллаха над ним! - и потом люди вернулись, и разбрелись, и ушли своей дорогой, и убийство Касима осталось таким образом скрытым. Никто не понял истинной сути дела, и люди думали, что Касим умер своей смертью.

Когда миновал законный срок, Али-Баба женился на жене своего брата, написал её брачный договор и вступил с ней в сожительство, и люди одобряли его поступок, и приписывали его крайней любви Али-Баба к брату. Потом Али-Баба перенёс к ней в дом свои пожитки и зажил там вместе со своей первой женой, и туда же он перенёс богатства, которые взял из сокровищницы" (РВ).
 
"Ха-ха! Ха-ха! Извини, но тут не перебить тебя просто не могу! Это выше меня! Ха-ха! Али-Баба ещё тот ловкач! Две жены, богатый дом, сокровища из пещеры. Крут, бывший лесоруб! Крут!".
"Это же Древний Ближний Восток, мой господин. Чему тут удивляться? Али-Баба не мог оставить бедную вдову на произвол судьбы, ну, и позаботился о ней".
"Позаботился таким образом, что теперь проводит половину недели - с одной женой, а  другую - со второй. Молодец! Нам бы, европейцам, так. И разнообразие, и не скучно - по характеру же разные дамы, хо-хо!".
"Я так чувствую, что ты созрел для очередного раза, мой ненасытный господин".
"Почему бы и нет, милая ШахереЗАДА. Времени после предыдущего прошло достаточно, так что, ы-ы-ы".
"Я поняла. Сделаем на сказку очередную паузу".
"Ага. И потом поедим. Силы-то нужны".
"Как скажешь, мой господин. Как скажешь".



"Хороший виноград. Бывало раньше по пять сортов за раз пробовала. Но и три тоже неплохо. Закормил ты меня совсем... Продолжим нашу сказку... Если жизнь у Али-Баба наладилась, то вот разбойникам было не до ласк двух жён и покоя. Раз тело покойного врага из пещеры унесли, значит, знают их секрет. А это позор и месть. Тогда атаман встал и сказал...". 

"О богатыри и рыцари, доблестные в бою и в сражении, пришло для вас время возмездия и мщения. Мы думали, что сокровищницу открыл кто-нибудь один, а их, оказывается, много, и мы не знаем, сколько их человек, и нам неизвестно их местожительство. Мы не жалеем своей души и подвергаем себя опасности, гибели, собирая эти богатства, а кто-то другой пользуется ими, не трудясь и не утомляясь. Это зло великое, и мы не можем его терпеть! Нам непременно нужно придумать хитрость, чтобы добраться до нашего врага, и если уж он нам попадётся, я отомщу ему самой страшной местью и убью вот этим мечом, хотя бы моя душа погибла. Теперь пришло время действовать и проявить смелость, мужество и отвагу. Разойдитесь по деревням и селениям, и кружите по городам и землям, и распытывайте и спрашивайте, не разбогател ли какой-нибудь бедняк и не похоронили ли недавно убитого; быть может, вы так выследите нашего врага, и Аллах сведет вас с ним. А особенно нам необходим теперь человек хитроумный и ловкий на обман, отважный, как подобает мужу; пусть отделится от нас и ищет здесь, в городе, ибо наш враг обитает в нём, наверное и без сомнения. Пусть перерядится он в одежду купцов и украдкой проникнет в город; он должен разведывать новости и расспрашивать о случившихся там делах и событиях: кто умер или убит в недавнее время, где дом и семья умершего и как пришла к нему смерть, и, быть может, он найдет того, кого ищет, - ведь дело убитого не остается сокрытым, и рассказ о нём распространяется в городе, и знает эту историю старый и малый. И если захватит он нашего врага или расскажет, где он находится, мы будем ему обязаны великою милостью, и я повышу его сан и чин и назначу его своим преемником. Если же он не выполнит требуемого, не исполнит того, что обещал, и обманет наши надежды, мы будем знать, что это жалкий дурак со слабым умом, неспособный на хитрость и лишенный сноровки; мы накажем его тогда за плохую работу и недостаток усердия и убьём его постыднейшим образом, ибо не нужен нам человек с малым мужеством и нет пользы оставлять жить лишённого прозорливости; ведь искусным вором будет только человек ловкий, знающий всякого рода хитрости. Что вы скажете на это, о смельчаки, и кто из вас возьмётся за столь трудное и губительное дело?" (РВ).

"И тогда вызвался один из разбойников, и пошёл он рано утром в город. И нашёл там башмачника Мустафу, так как тот был одним из первых на рынке. И стал его расспрашивать. И давать золотые динары. И тот открыл свою тайну. Ведь он гордился тем, что сделал! Такое искусство, как зашивание мертвецов не каждому сапожнику под стать! Но добавил, что не знает, где дом этого человека, так как завязывали ему глаза, чтобы сапожник не мог найти дорогу. И тогда хитрый переодетый разбойник решает повторить "фокус", завязав старому человеку глаза. И тот доводит его до дома Касима/Касыма.

("Бред, не верю! Почему у разбойника нету имени? Он Ахмед-"Сорви-Голова"! И почему он просто болтал, а не назвался братом убитого? И как без проводника Мустафа смог найти нужный дом? Бред сивой кобылы! Недаром во всех остальных версиях от этого отказались! И всё было переделано!" подумал про себя Алекс, но вида не подал. Лучше, уж потерпеть подобное одну ночь до конца и провести её, как положено, чем испортить сейчас всё и потерять лицо. Однако в эту секунду парень понял одно: когда будет следующий раз, то он будет мстить за эту версию сказки. Например, сзади. Пусть знают, что он против, хо-хо! - примечание автора)...
 


Дальше Алекс слушал сказку, лишь изображая к ней интерес. А сам же понял, что такая версия не понравится ему ни за что на свете и он всегда будет придерживаться лишь той, которую сочтёт нужным. И какую любил с детства. Ту, где у жены Касима/Касыма было имя Фатима, у жены Али-Баба - Зейнаб, старшему брату просто отрубили голову, а Мустафа - всего лишь навсего башмачник-болтун, простак и никого не зашивал!
 
На этом фантазию закончим, так как, естественно, она "испарилась". И, якобы, эротическое видение, сменилось неудовольствием литературным...

Разбойник поставил большой крестик, Марджана нарисовала такой же на всех остальных домах. Разбойника за то, что его провели, убили. Вызвался второй. Нашёл сапожника, дал динары, завял тому глаза. Мустафа привёл его к нужному дому. Поставил тогда разбойник маленький красный крестик, подумав, что враг не сможет найти его (красный цвет). Но Марджана увидела и его тоже, и нарисовала красным на всех остальных домах. Не белым. Второго разбойника убил атаман за невыполнение задания. Сам решился идти. Нашёл на базаре сапожника, разговорил его, дал золотых монет, завязал глаза и тот отвёл его к нужному дому. Атаман отсчитал дом и радостный ушёл. И вроде бы, тут всё, как я слышал и читал ранее, но, всё равно осадок остаётся не из приятных. Не так это должно быть! Ох, не так...

Дальше - "лучше". 40 бурдюков с "маслом" (не кувшины, ок, пусть, в 38 из них сидят разбойники), 20 мулов и атаман, изображающий купца, который остановился на ночь у Али-Бабы. Марждана топит масло и убивает 38 разбойников. Но! Атаману удаётся бежать!

"Он испугался, что его самого тоже схватят, и вознамерился ускользнуть и убежать, прежде чем перед ним закроют дороги, и с этой целью открыл калитку в сад, взобрался на стену, спрыгнул на улицу и пустился в бегство, ища спасения и стремясь укрыться в своем логовище, и был он печален и удручен заботой, и поразила его сердце тысяча горестей" (РВ).

"...он опрометью убежал из дома Али-Баба, и вернулся в чащу, и вошёл в сокровищницу, будучи в наихудшем состоянии. Он плакал, горюя о своём одиночестве и сиротстве, и сидел, скорбя и печалясь, ибо надежды его пошли прахом, и козни его обратились против него самого, и он лишился своих людей. Жизнь показалась ему отвратительной, и он пожелал умереть и воскликнул:

"Увы мне без вас, о богатыри нашего времени, о мастера грабежа и боя, о рыцари в поединке на поле брани! О, если бы пришла к вам кончина среди битв и сражений и вы бы приняли смерть или погибли от меча в стычке! Ведь умереть своей смертью для вас позор, и это я, злополучный, повинен в гибели тех, кого я выкупил бы собственной душой. Лучше бы мне испить чашу гибели, прежде чем увидеть такое бедствие! Но владыка, велик он и славен, лишь для того сохранил меня в живых, чтобы я отомстил и снял с себя позор. Я воздам своему врагу злейшей местью и заставлю его вкусить мучительные страдания и пытки. Меня хватит на то, чтобы это сделать, даже если я остался один, и то, что я не исполнил, имея много людей, я, если захочет Аллах, сделаю теперь в одиночку" (РВ).

Ага, как же. И затем он вновь вернулся в город, чтобы отомстить. Да бред же! От начала и до конца. Бред. Даже читать дальше не хочется... Лучше я воздержусь от этого и не буду больше тратить драгоценное время. Ранняя версия - не для меня. Только КЛАССИКА...

"...Али-Баба увидел, что гость сыт, и захотел повеселить его. Он крикнул Марджане:
"Эй, Марджана, спляши для нашего гостя лучшую из твоих плясок".
"Слушаю и повинуюсь, господин", ответила Марджана с поклоном. "Позволь мне только пойти и взять покрывало, потому что я буду плясать с покрывалом".
"Иди и возвращайся", сказал Али-Баба.

Марджана убежала к себе в комнату, завернулась в вышитое покрывало и спрятала под ним острый кинжал.
А потом она возвратилась и стала плясать.
Али-Баба и атаман разбойников смотрели на нее и качали головами от удовольствия.
И вот Марджана посреди танца стала все ближе и ближе подходить к атаману. И вдруг она, как кошка, прыгнула на него и, взмахнув кинжалом, вонзила его в сердце разбойника. Разбойник громко вскрикнул и умер.
Али-Баба остолбенел от ужаса. Он подумал, что Марджана сошла с ума.
"Горе мне!" закричал он. - Что ты наделала, безумная? В моём доме убит чужеземец! Стыд и позор на мою голову!".

Марджана опустилась на колени и сказала:
"Выслушай меня, господин, а потом делай со мной, что захочешь. Если я виновата - убей меня, как я убила его".

И она рассказала Али-Бабе, как она узнала о разбойниках и как погубила их всех. Али-Баба сразу понял, что это те самые разбойники, которые приезжали к пещере и которые убили Касима.

Он поднял Марджану с колен и громко закричал:
"Вставай, Зейнаб, и разбуди Фатиму! Нам грозила страшная смерть, а эта смелая и умная девушка спасла всех нас!".

Зейнаб и Фатима сейчас же прибежали и крепко обняли Марджану, а Али-Баба сказал:
"Ты не будешь больше служанкой, Марджана. С этого дня ты будешь жить вместе с нами, как наша родная сестра".

И с этих пор они жили спокойно и счастливо" ("Али-Баба и 40 разбойников", отрывок). 

Вот, ёкарный бабай! Только так и никак иначе! Где можно заявить свой протест? Меня даже эротической фантазии лишили с восточной красавицей, "накормив" всяким бредом, в который я не верю! Н-да... Не хочу знать, что там было дальше в той ранней версии. Лучше вычеркну её из памяти навсегда и перечитаю общепринятую КЛАССИКУ...
 
"О дядюшка, почему это ты такой печальный? Работы, что ли, мало?".
"Работы у меня уже давно нет", ответил башмачник. "Я бы, наверное, умер с голоду, если бы судьба не послала мне помощь. Позавчера, рано утром пришёл ко мне один щедрый человек и рассказал, что он ищет родных своего брата. А я знал, где дом его брата, и показал ему дорогу, и чужеземец подарил мне целых два динара. Вчера ко мне пришёл другой чужеземец и опять спросил меня, не знаю ли я его брата, который недавно умер, и я привёл его к тому же самому дому и опять получил два динара. А сегодня - вот уже полдень, но никто ко мне не пришёл. Видно, у покойника нет больше братьев".

Услышав слова Мустафы, атаман горько заплакал и сказал:
"Какое счастье, что я встретил тебя! Я третий брат этого убитого. Я пришёл с Дальнего Запада и только вчера узнал, что моего дорогого брата убили. Нас было четверо братьев, и мы все жили в разных странах, и вот теперь мы сошлись в вашем городе, но только для того, чтобы найти нашего брата мёртвым. Отведи же меня к его дому, и я дам тебе столько же, сколько дали мои братья".
"Хорошо", радостно сказал старик. "А больше у него нет братьев?".
"Нет", ответил атаман, тяжело вздыхая. "Нас было четверо, а теперь стало только трое".
"Жалко, что вас так мало", сказал старый Мустафа и тоже вздохнул. "Идём".

Он привел атамана к дому Касима, получил свою плату и ушёл. А атаман сосчитал и хорошо запомнил, сколько ворот от угла улицы до ворот дома, так что ему не нужно было отмечать ворота..." ("Али-Баба и 40 разбойников").
 
Ах, теперь мне лучше... Что ж. Впредь будет мне наукой. Больше не буду искать редкие версии. Ведь толку от них никакого... Только одно расстройство.

Ну, и что, что "Красная Шапочка" в оригинале - это трагическая история. Я за Шарля Перро. И Смерть с косой нам тут не нужна.

И раз версию "Али-Бабы" переделали и доработали после таких подробностей, что я сегодня узнал, то, значит, на то была веская причина. Кому нужно зашивание трупа? Никому!.. Кому нужно завязывать глаза и искать дорогу на ощупь? Никому! Кому надо удлинять историю, делая из сказки сериал? НИКОМУ!!!.. А раз никому, то нам этого также не надобно...
   
"Али-Баба устроил Касиму пышные похороны, но никому не сказал, как погиб его брат. Фатима говорила всем, кто провожал Касима на кладбище, что её мужа растерзали в лесу дикие звери" ("Али-Баба и 40 разбойников"). 

Всё! Коротко, чётко, ПРАВИЛЬНО! Точка...
 
Уф... Довели, расстроили, обидели. А ещё я проголодался. Надо пойти и поесть с горя, хо-хо! А потом взяться за изучение иностранных языков. Уж они-то меня не подводят. Верно, английский, испанский, французский?..

Благодарю за внимание!

С вами был Алекс Джей Лайт.


P.S. Читайте, ищите, что хотите. Мне греет душу и сердце КЛАССИКА. Она же радует своими красочными рисунками...

P.S. 2. А фантазию жалко. Так всё хорошо всё начиналось, а дошло до...

"И откуда ты только такую версию взяла? Не могла классический вариант рассказать? Да тебя за это не в постели ласкать и угощать фруктами надо, а гнать метлой из номера в три шеи! Подумать только! В коем-то веке решил девушку на ночное свидание пригласить, а она? Уж лучше я сам найду и прочитаю эту нетленную КЛАССИКУ! А потом посплю, как нормальный человек. Ишь, чего удумала! К ней, как принцессе с дарами, а она... Пошла отсюда к такой-то матери! И версию свою восточную не забудь! Без неё как-нибудь обойдусь! Адью, мадам!".

Хо-хо! Даже в фантазии всё так чётко и реалистично, что даже смешно... И это старому, одинокому холостяку... Да-а-а... Ну, ладно. Пора на учебное занятие...

P.S. 3. Раз такое большое количество текста решили переделать, то многое посчитали лишним, глупым, ненужным. Я с трудом прочитал большую половину. А оставшуюся - просто проглядел. Поэтому оценку поставить не могу, но классике - 10 из 10!.. А эта же, ранняя версия... Там будет фигурировать и сын Али-Бабы. А разве миру нужен был такой длинный сериал? Нет. 40 кувшинов, 38 разбойников, два ночных "выпада" от рабыни и всё! Враги повержены. Самой девушке - почёт и свободу. И это красиво, это правильно, это то, что надо! А эти же "грамотеи"... Таково понапридумывали, что стало неинтересно читать! И стало быть, не хотелось узнать, чем же дело кончится. Не хотелось... А ведь это минус... Занавес...