Северное сияние - глава 24

  Москва встретила прибывших мелкой порошей. Снега почти не было и ветер гонял по голому асфальту колючую, как песок снежную пыль.
Оставив самолет, Алексей и Надя, вместе со всеми пассажирами, сели в автобус, чтобы подъехать к аэропорту, и обменявшись взглядами, улыбнулись.
  -Вот мы уже и на материке! - сказал Алексей, обнимая Надю.
  Еще пять часов назад, они сожалели, что так легко оделись, а теперь задыхались от жары. Сбросив с себя шубы, они несли их под мышками, А москвичи удивленно смотрели на них и еще больше кутались в свои одежды.
  -Надь, ты здесь посиди - отдохни, пока я все разведаю, - усаживая свою жену в кресло, приказал Алексей и куда-то исчез. Но скоро вернулся с бутербродами и с радостью доложил;
  - В восемь – уже будем в Луганске, билеты я купил!
На какое-то мгновение Надины глаза вспыхнули радостным огнем, но сразу же погасли. Заметив это, подавая ей бутерброды, Алексей спросил;
  - Золотко, что с тобой как ты себя чувствуешь?
  - Хреновато, но терпимо,- на северном жаргоне ответила та и принялась жевать. 
  - А как там наш Туман? На него тоже по-видимому подействовала переоклиматизация, что-то он совсем затих?
  Дожевывая бутерброд, Надежда едва не поперхнулась, бросившись к сумке.         
  - А вдруг сдох? Как же это я о нем забыла? – родненький мой, хороший… Открыв молнию на сумке, они оба с тревогою заглянули во внутрь. Тот лежал на дне и высунув словно собака язык, тяжело дышал. Раньше пушистый, а теперь зализанный, он жалостно смотрел на них потускневшими глазами. Помятая шерсть на нем висела беспорядочными  клочьями.
  - Бедненький, замучили мы тебя, - вытягивая его из сумки, едва не прослезилась Надежда. Она положила кота к себе на колени и предложила ему кусок колбасы. Туман понюхал ее и отвернулся. Зато на воду набросился с такой жадностью и пил ее так долго, что Алексей не выдержал;
  - Но хватит тебе уже лакать, а то, лопнешь! – смеялся он – вот так запалился!
  -Ничего, отойдет, нам тоже сейчас не сладко, - приговаривала Надежда, поглаживая своего любимца. Но Алексей, вытерев носовым платком пот со лба, опять посадил кота в сумку.
  -Пусть сидит там, а то еще и прогуляться захочет. Попробуй тогда его здесь поймать. Дожевывая свой бутерброд, Алексей опять сорвался с места.
  - Пока отдыхайте, а я сдам вещи в камеру хранения, и мы немного походим по Москве -время у нас есть. В Мавзолей мы, конечно не попадем, потому что там большие очереди, а вот в ГУМ или в ЦУМ сходим, хотя бы посмотреть, а может, что-то и купим. И приблизительно где-то через пол часа, рассекая порошу, заказное такси мчало их в центр большой столицы. По дороге, разглядывая московские улицы, Надежда ни чему не удивлялась. Все это она уже многократно видела, когда столько дней кряду оббивала пороги Министерства. И только магазины, не столько товарами, сколько своими бесконечными лабиринтами, удивляли ее.
  - Разве это магазины, это же целые улицы под куполом! – говорила она, - это же что-то на пример того, о чем мечтают ученые – проектировщики сделать со Снежногорском! Помнишь, мы с тобой читали – «Город под куполом», – рассуждая вслух, обратилась Надежда к своему мужу.
  - Да, - согласился тот, - и все же это всего на всего огромные магазины, а не город под куполом! - Жалко, что у нас так мало времени и мы не можем посетить хоть какой ни будь музей. – В начале сожалела Надя, но находившись в волю по магазинам, она ничего уже больше не хотела. Время подгоняло. И чувствуя невероятную усталость, молодые люди вернулись в аэропорт.               
  Мечтая о скорой встрече с родными, они без всякого сожаления, распростились с Москвой. В восемь вечера, как и должно было быть, они уже приземлились в Луганске. А оттуда, пропуская все остановки, к самому дому, их домчало такси.
  О том, что Надя ожидает ребенка, и о том, что могут приехать, родителям они не писали. Поэтому, конечно же, в настоящий момент их здесь никто не ждал. Шарик, встретив прибывших, пару раз тявкнул и стыдливо опустив голову, дружелюбно завилял хвостом. Предусмотрительный Алексей, дал ему кусок ливерной колбасы, купленной специально для него, и пес, схватив ее спрятался в будку.               
  Выгрузивши стиральную и швейную машинки, забрав чемоданы Алексей занес их во двор.
  Во дворе стояла мертвая тишина. Из окон, сквозь занавески, струился голубой свет от экрана телевизора. Алексей тихонько открыл дверь, и оставив чемоданы в коридоре, вошел в дом, пропуская Надю вперед.
  Родители, ничего, не ведая, смотрели телевизор. Едва уловимый звук в прихожей, насторожил Анну Сергеевну. Она поднялась с дивана и включив свет, растерянно воскликнула,
  - О, Боже, не чудиться ли это мне? Павел, скорее, глянь, кто к нам приехал! И бросилась к дочери с объятиями.
  - Мам, осторожно, - отгородившись на уровне живота, Надежда прижалась к ней, счастливо улыбаясь.               
  - Что же вы телеграмму не дали? – обнимая зятя и пожимая ему руку, с упреками выговаривал им отец. Мы бы вас встретили как надо, а так...  и он посмотрел на мать, но не заметив на ее лице и тени волнения по этому поводу, тоже успокоился. От Алексея бросился к Наде и осторожно обнимая, спросил;
  - Как ты себя чувствуешь, доченька?
  - Папа, все хорошо, не волнуйся.
Пока отец с дочерью разговаривали, Анна Сергеевна подошла к Алексею и обняв его поцеловала;
  - Спасибо тебе сынок, за Надежду!
Не привыкший к такому, тот сконфуженно сжался, но противиться не стал, потому, что тоже считал, что своим счастьем он обязан этой женщине. Он был очень благодарен этим людям, за то, что они приняли его с такой любовью. Если бы не Анна Сергеевна, может они бы с Надей сейчас и не были вместе.
«Странная она женщина», - думал Алексей, - другая бы ни за что не отпустила свою дочку так далеко. А вот она не побоялась, поверила в меня, и отбросив стыдливость, он тоже обнял ее.
  - И вам тоже, спасибо за вашу дочь!
  - Ой, Божечко, что же это мы вас прямо с порога затискали, опомнилась мать, проходите.. раздевайтесь.  Я сейчас... И она побежала в кладовку. А отец уже раскочегарив печку, пододвинул на средину какие-то кастрюли.
Раздеваясь, Надя вспомнила о Тумане. А тот почувствовав домашнюю обстановку, и сам уже пробовал выбраться наружу. Из щели между молнией и краем сумки торчала его зажатая голова. Надя рассмеялась.
  - Сейчас, мой дорогой, я тебя выпущу! Уже закончились твои муки! - Вы что с самого севера его привезли? – удивился отец.
  - Конечно же, а где бы мы его взяли? Это свой, не могли же мы его бросить!
  - Это ж надо – кот путешественник! – смеялась Анна Сергеевна, - я еще в самолете не летала, а он и в самолете летал и в такси ездил, повезло ему!
  - Красивый котяра, - согласился отец, - но тянуть его с собой так далеко, я бы не решился. А Туман, не обращая ни на кого внимания, начал бегать по дому и обнюхивать все углы.   
  Теперь, когда можно было уже расслабиться, Надя разделась до гола, прикрыв свое тело, легким ситцевым халатиком. Глянув на колени, которые все время напоминали о себе, она убедилась, что не ошиблась в своих предположениях. Они были красные, распухшие и покрытые волдырями, как после ожога. Некоторые волдыри уже полопались и сочились прозрачной влагой.
  - А колени то свои, я все-таки приморозила, - показала она Алексею. Мать увидев раны, заголосила;
  - Ой, беда! – она откуда-то принесла сок из бузины и хорошо смазала обмороженные места.
  - Ну ты у меня и терпеливая! – обнимая Надю, удивлялся Алексей, - это же надо, умудриться выдержать такую боль, так, что я даже и не заметил... болван!
Чтобы отвлечь всех от охов и ахов, по поводу своих болячек, она спросила; - А где это мои братья, что-то я их не вижу?
  - А я тебе разве не писала? Забыла значит - Сашу в конце ноября забрали в Армию, а Сергей в училище,- по субботам приезжает, - ответила мать.
  - Вообще, у нас все в порядке, «Живем, хлеб жуем!» – смеясь присоединился к разговору отец.
И так, как прибывшие не переносили жару, качегарить печь он больше не стал. Стол был быстро накрыт и хозяева взялись угощать дорогих гостей. Мужчины, как и подобает, выпили по рюмке за встречу и за удачу, а Надежда и без водки не замолкала, Она с увлечением рассказывала о севере, о своих приключениях, о том как они добирались домой... Выкладывала из чемоданов все вещи те, которые привезли на подарки, и угодив родителям, радовалась вместе со всеми.
  -Доченька, а когда же тебе рожать? – спросила Анна Сергеевна.
  - По моему расчету, где-то одиннадцатого марта, - ответил за Надю Алексей, - и очень обидно то, что я уже должен буду улететь, и не смогу забрать ее с роддома, а еще более обидно, что я не увижу своего сынулю!
  - Так уже и сынулю!... А может дочка будет? – удивленно посмотрела на него теща.
  - Нет, у меня будет сын. – серьезно, 100% с уверенностью, заявил Алексей.
  - Не важно кто будет, - примирил их отец, главное, чтобы все обошлось благополучно. Все с ним согласились. Даже Алексей в этот раз промолчал.
  Первые дни по приезду, Надя никуда не ходила, пока колени не взялись коркой. А когда вдруг изъявила желание походить по магазинам и купить все необходимое для малыша, мать ее отговорила.
  - Доченька, люди говорят, что раньше, чем родится ребенок покупать ничего нельзя. Купим все после родов, ты же не сама. В магазинах все есть, доверься мне. Я все нужное приготовлю, если хочешь, даже под твоим руководством. Мы вдвоем с Алексеем быстро справимся, не волнуйся. Надя согласилась, но по магазинам они все же прошлись. Взяли все что нужно для ремонта и Алексей с тещей принялись за работу. Нади тоже позволили принимать участие. Она пошила новые занавески и повесила их на окно. Приготовив комнату, молодые успокоились и теперь не знали чем им заняться еще. На дворе была зима и делать особо было ничего.