Библия

      Дедушка Фёдор, у Василия Фёдоровича отец, я его не видела. Баушка Марфа сказывала: Писание - Библию - читал, читал, зачитался. Его по фамилии и не звал никто. Осиялы прозвище. Почему-то все на прозвищах были. Смелись: как она его заманила - Библия, завлёкся - дурачком его признали, рехнулся, с ума сошёл буйно. На цепи сидел, не знаю долго нет, привязывали его, на цепи его держали - его нельзя было отпускать. Верёвки рвал, тряпки рвал, перекусывал. Так и помер - на цепи.
      Всё "Сионские горы" пел. Сначала всем читал и слушали его, потом слушать не стали. Чтобы в печку бросить, чтобы не читал, да видно нельзя было. Марии Сафоновны, не было её уже живой. У дедушки Василия мать, Марья Гришиха звали - крикливая была. Начнёт - кричит - ох и шибко! - на всё Щучье кричала! Шибко далёко слышно, на том краю звонят звон - так в Чумляке слыхать, а они покричат. Дед скажет: "Вся как Марья Сафоновна!" И дедушка шибко тоже горячий был. Не давали ему - у него выхватывают - он в погреб залезет, читает - чтобы его не нашли. Так в неё врезался в эту Библию...
      Шибко страшно Библию читать. Не каждый должен читать. Молитвослов ещё ладно. Старые люди говорили: "Кто Библию читает - все с ума сходят". Я читаю иногда Евангелие. Почитаю и давление поднимается. А шибко люблю читать. Я почитаю - так не сойду с ума - я без соображения читаю. А он с соображением читал, по-учёному. Он грамотный был.
      Не каждый может!