Безмужняя Одним файлом

Первое чувство нагрянуло к Лиде в то время, когда она заканчивала школу. Предмет её любви - одноклассник, бесшабашный и весёлый Генка говорил, что тоже влюбился не по-детски.

Раньше всех о беременности девушки узнала физрук Вера Борисовна, которая, несмотря на то, что та утягивалась при помощи корсета, обратила внимание на характерное изменение фигуры ученицы, её неловкость и недомогание.

После наводящих вопросов та призналась, что подозрения небеспочвенны, и испугалась.

– Только маме не говорите! – умоляла она, – Она у меня строгая, ей и так с нами тяжело, у меня ведь ещё брат младший есть.

– Ты что, не понимаешь, что это не скроешь? – удивилась Вера Борисовна, – Скоро не только я, но и все окружающие заметят твою беременность. А тебе надо как можно скорее показаться врачу.

– Я не знаю, что мне теперь делать! – рыдала Лида, – Я не пойду домой!

– Хочешь, мы пойдём с тобой вместе? – предложила учительница, – Я сама поговорю с твоей мамой, всё объясню.

Елена Васильевна, конечно, сильно расстроилась, но нашла в себе силы поддержать дочь и на следующий день пошла с ней в женскую консультацию становиться на учёт.

Выведав имя отца будущего ребёнка, женщина наведалась к его родителям, которые пришли в ужас от услышанного и заявили, что их сыну жениться рано.

– Знать ничего не хотим! – заявили они в один голос, – Сами разбирайтесь со своей непутёвой дочерью, а нас сюда не впутывайте.

Генка, услышав новости, растерялся.

– И что теперь? Мы ведь даже школу не закончили.

– Что, струсил? – обиделась Лида, – Эх, ты! А говорил, что любишь!

– Да не струсил я. Просто неожиданно всё, рано. Я ведь дальше хотел учиться, потом профессию получить надо, карьеру какую-то сделать.

– Ну и получай свою профессию! Обойдусь без тебя.

– Лид, я ведь не против, – смутился Генка, – Только давай потом детей заводить, не время сейчас.

– А этого ребёнка куда? Он ведь не может уже ждать, когда у тебя время на него появится. Ты что предлагаешь с ним сделать? Ну, чего ты глаза прячешь?

– Я не знаю. Может, ты сама как-то, это ведь ваши женские дела. Ну, я пойду пока, ладно?!

– Ну и иди! Иди и не возвращайся! – закричала Лида вслед съёжившейся удаляющейся фигуре.

В школе к сложившейся ситуации отнеслись с пониманием, шума не поднимали. Лида перешла на домашнее обучение, некоторые учителя даже приходили к ней, чтобы помочь усвоить сложный материал.

Генку родители перевели в другую школу. Он приходил иногда в гости, там его не гнали, но и не привечали особенно, помня о сказанных им словах. Юноша заверял Лиду, что будет помогать ей и ребёнку, но как-то неуверенно, словно сам сомневался в своей правдивости.

Экзамены девушка сдала досрочно, потом подошло время родов. Появившуюся на свет девочку назвали Юлечкой. Молодую маму с конвертом на руках встречали из роддома всем классом.

Генки при этом не было. Строго-настрого его родители запретили появляться там в этот момент, чтобы не подтвердить своим появлением факт его отцовства и не пробуждать в роженице напрасные надежды на какой-то иной исход.

Правда, он приходил потом тайком несколько раз, подгадывая время, когда Лида выходила на прогулку. Он расспрашивал о здоровье малышки, о том, как им живётся, даже помогал ей, катая дочку в коляске.


Родители Генки узнали о его встречах с Лидой. Чтобы раз и навсегда разрешить эту проблему, было решено в срочном порядке продать жильё и переехать всей семьёй в другой город. После этого нерадивый отец больше не появился.

А молодая мама ушла с головой в заботу о малышке. Предательство любимого не сломало её, рождение ребёнка словно придало сил и энергии. Подросшую Юленьку определили в ясли, а Лида пошла учиться на курсы медсестёр.

Она поставила себе цель - поскорее начать работать, чтобы помочь маме материально, а потом получить высшее образование. Елена Васильевна помогала ей осуществить задуманное.

Она взяла на себя часть забот и всё свободное время проводила с внучкой. Боря, брат Лиды, тоже принимал участие в воспитании Юли. Он так вошёл в роль няньки, что поговаривал о том, будто открыл в себе педагогический талант.

Девочка подрастала. Лида училась в медицинском университете, а по ночам дежурила в больнице. Это трудное время она переносила стойко благодаря поддержке родных.

Только корила себя за то, что проводит мало времени с дочкой, поэтому все часы, что оставались от работы и учёбы, посвящала только ей и маме. Знаки внимания со стороны мужчин пресекала на корню, просто было не до них.

Кроме того, подсознательно девушка всё ещё ждала Генку, так сильна была её ранняя любовь, что вынуть занозу из сердца по-прежнему не удавалось.

Если бы тот вернулся, она, наверное, простила бы его, как ни терзала душу обида. Втайне мечталось, что однажды предатель осознает, какую ужасную ошибку он совершил, и ощутит невозможность своего существования без них.

Раскаяние, стремление загладить свою вину, и ещё то, что он родной отец Юли, были бы смягчающими обстоятельствами в Лидином приговоре ему. Ей очень хотелось, чтобы дочь не знала, что такое безотцовщина.

Когда случайно повстречавшийся бывший одноклассник рассказал, что Генка женился, Лида повторно ощутила себя обманутой. Ждать его больше не было смысла.

– Радуйся, что не связала свою жизнь с таким бессовестным человеком! – утешала её мама, – Разве была бы ты счастлива без любви?! Если он так обошёлся с тобой, значит, и не любил никогда.

– Я понимаю, мама, я всё понимаю. Только это очень больно. Он даже ничего не сказал мне тогда, просто исчез. Пусть он не любит меня, но нельзя же не любить своего ребёнка!

– Это нам с тобой кажется, что нельзя, а его семья считает, что так и должно быть. Ну что уж тут поделаешь, доченька?! Не печалься, Бог им судья!

***

В то ночное дежурство, оставшись на посту одна, Лида опять воскресила в памяти прошедшие события и тихонько заплакала. Это были первые слёзы за всё время после того, как закончилось счастливое детство.

Тогда она словно заледенела, ведь у неё была цель и теплилась в душе надежда. Сейчас внутри всё оттаяло, и из умытого слезами сознания каплями разлетались детские мечты, уступая место взрослой рассудочности.

– Сестричка, кто тебя обидел? – раздался участливый голос из-за спины.

– Да это я так просто, – поспешно отозвалась девушка, – Соринка в глаз попала.

– Меня не обманешь! – мужчина вынес из соседней палаты стул, поставил рядом, сел и вгляделся в неё , – До утра ещё далеко, нам обоим не спится, так почему бы не излить друг другу душу?


Лида проговорила с Глебом (так звали её ночного собеседника) до утра. В основном говорили о ней, мужчина мало что рассказал о себе. Зато он выслушал исповедь, не перебивая, а вставлял только изредка свои замечания.

А потом высказал ей свою точку зрения. И, по его словам, выходило, что во время всей этой истории Генка ещё не был взрослым, потому и оказался таким податливым и послушным.

– И вообще, на мой взгляд, маловато в нём мужских качеств, – припечатал его Глеб, – Как маленький, спрятался за спины родителей, испугался ответственности, да и просто объясниться побоялся.

И стоит ли из-за такого человека убиваться?! Недостоин он оказался твоей любви, и дочери недостоин. Пусть живёт теперь, как может. Своё счастье он уже потерял, найдёт ли новое, не знаю, сильно сомневаюсь в этом.

***

Лида была под таким сильным впечатлением от беседы с новым знакомым, что это заметила Елена Васильевна и вызвала дочь на откровенность.

– Мама, если бы ты знала, какой это хороший человек! – изливала та душу – Он такой тонкий, деликатный, как он меня понимает! И он так поговорил со мной, что я совсем успокоилась и, надеюсь, больше не буду страдать понапрасну.

– Он тебе понравился? Я имею в виду, как мужчина.

– Ну, да, наверное, – зарделась Лида, – Я таких, как он, не встречала никогда, и, когда сравнила его с Генкой, поняла, что ошиблась, когда влюбилась в это ничтожество.

На следующее дежурство девушка собиралась, как на свидание. Она накрасилась, уложила волосы, принарядилась, хоть и понимала, что всё равно придётся переодеться в белый халат.

Приступив к своим обязанностям, Лида с замиранием сердца невольно прислушивалась всё время к звукам, доносящимся из палаты Глеба, потом, не выдержав, нашла повод для того, чтобы туда войти.

Она обвела глазами помещение, не видя знакомого лица, потом спросила у больных, где он, в ответ услышала, что мужчину выписали.

– Может, и я на что сгожусь? – подскочил вертлявый парень, видя, как она переменилась в лице, – Ты не стесняйся, если что помочь надо, так это я мигом!

– Нет-нет, – только и смогла ответить растерянная Лида, – Ничего не надо, отдыхайте!

Она занялась неотложными делами, но действовала автоматически, было такое ощущение, словно она потеряла безвозвратно что-то ценное, и эта потеря ужасно мучила её.

Утром девушка вышла на крыльцо уставшая и поникшая, и первое, что она увидела - приближающегося Глеба с огромным букетом в руках.

– Я соскучился! – объяснил он удивлённой Лиде, – А это компенсация за невольный сюрприз. Я сказал, что никуда не уйду из больницы, а они всё равно выгнали меня после обследования взашей с криками, что я здоров, как бык.

– Как я рада, что ты нашёлся! – на лице девушки расцвела счастливая улыбка, – Не пропадай больше, ладно?


Елене Васильевне избранник дочери понравился, с Юлей он тоже нашёл общий язык. Лида светилась от счастья, она проводила много времени с Глебом.

Выяснилось. что у них полное родство душ, что они просто созданы друг для друга, потому как можно скорее должны соединиться. Вот только мужчина не заговаривал об этом ни разу, хоть и прошло достаточно времени.

И однажды, когда тот в очередной раз пришёл к ним, Елена Васильевна в присутствии дочери спросила его об этом напрямик.

– Я давно хотел сказать вам, – замялся Глеб, – Но думал, всё у меня скоро разрешится, тогда и сообщу. Я пока женат, но скоро разведусь.

– А что так, – насторожилась Елена Васильевна, – Не сошлись характером? Может, ты нам голову морочишь, и собираешься разводиться ещё лет двадцать?

– Что вы, нет, конечно! Я очень люблю Лиду и постараюсь стать свободным как можно быстрее. Видите ли, жена, как оказалось, изменяла мне с моим другом.

Когда всё выяснилось, Кристина заявила, что рада от меня избавиться, и что скоро выйдет замуж, теперь уже за любимого. Я подал на развод, и она не была против, но потом передумала и стала просить отсрочки.

Детей у нас нет, имущественных споров тоже, не должно было быть никаких препятствий к разводу, только судья почему-то прониклась к ней сочувствием и раз за разом отправляет меня ещё подумать.

Но я всё равно добьюсь своего, даже если это займет больше времени,чем положено. Лидочка, поверь, мы обязательно будем вместе, ведь то, что мы встретились, неспроста.

Это мама уговорила меня лечь в вашу больницу для обследования, когда у меня скакнуло давление. Она хотела, чтобы я таким образом отвлёкся от неприятной ситуации.

Я и перестал сразу переживать, увидев тебя плачущей. А когда утешал, вдруг понял, что ничего страшного не случилось, просто Кристина не мой человек.

Я даже признателен ей, и маме, конечно, за то, что они устроили мою судьбу, подтолкнув навстречу счастью. Мы с тобой оба пострадавшие, только ты тогда горевала из-за этого, а я сразу понял, как мне повезло.

***

Лида доверяла Глебу, поэтому успокоила маму, попросила её проявить терпение и не торопить события. Только однажды ей преградила дорогу яркая эффектная девушка, которая представилась женой Глеба.

– Насколько я знаю, вы разводитесь?! – удивилась Лида.

– Если ты не будешь встревать в наши отношения и оставишь моего мужа в покое, мы помиримся. У нас семья, а ты разрушаешь её.

– Она ведь уже разрушена, и в этом не моя вина. И потом, кажется, вы собирались замуж за друга Глеба.

– Я собиралась, – плаксиво скривила лицо Кристина, – Только он уже передумал и теперь не хочет на мне жениться. Говорит, таких, как ты, вагон и маленькая тележка, а друг у меня один.

Глеб, говорит, меня простит, я его знаю, а ты найдёшь себе другого дурака. И что я теперь должна делать?!

– То, что вам посоветовали, – улыбнулась через силу Лида, – Найти другого. А Глеба я не удерживаю, пусть сам решит, с кем у него будет семья.


Глеб рассказал Лиде, что и его Кристина преследует, требует прощения и восстановления счастливой семьи.

– Я ей сказал, что люблю другую, – возмущался он, – Да и о какой счастливой семье теперь можно говорить после всего того, что было? Но она такая упёртая, ничего слушать не хочет.

Ведь прёт напролом, как бульдозер, думает, что под её напором я не устою, и, как раньше, уступлю, лишь бы отстала. Только ничего у неё не выйдет, зря старается. На этот раз в суде уж нас точно разведут.

Ни о чём не беспокойся, всё наладится, дай срок! Я к родителям в Астрахань собираюсь, поедешь со мной? Мне бы хотелось познакомить тебя с ними.

– Нет, – решительно отказалась она, – Извини, но, пока ты женат, я не поеду. Мне кажется, это будет очень неловкая ситуация и для меня, и для твоих родителей, и вдруг они как-то неправильно поймут, решат, что это я виновата в разводе.

Глеб уехал один. А на следующий день явилась Кристина.

– Ты ведь хотела Глеба? – возмущённо подступила к Лиде она, – Вот и получай теперь, сама с ним возись!

– Что случилось?

– Разбился он, в аварию попал! Не нужна ему была, а теперь, значит, выхаживай, жена! Из больницы какой-то захолустной звонили, велели приезжать.

– Я сама поеду! – ответила, не раздумывая, Лида, – Только скажи, куда.

Когда она добралась, узнала, что у Глеба были множественные переломы, но после проведённой операции он в стабильном состоянии, находится в реанимации, и уже пришёл в себя.

Лида организовала перевозку в городскую больницу, где он пошёл на поправку, только очень сокрушался, что не сможет попасть на суд, и развод опять откладывается.

Кристина начала навещать его на правах жены и снова неоднократно пыталась помириться, только безуспешно. Возмущённая женщина срывалась на крик, скандалила, рыдала, пытаясь пронять зачерствевшее сердце, ничего не помогало.

А потом у Глеба случился инсульт, он впал в кому. Врачи только разводили руками, не обещая ничего хорошего. Говорили, что это, скорей всего, последствия аварии.

Кристина, воспользовавшись ситуацией, потребовала, чтобы, кроме неё, к мужу не допускали никого. Лида могла теперь только в справочной узнавать о состоянии мужчины.

И в один недобрый день там ответили, что его больше нет. На похоронах Лида познакомилась с родителями Глеба. Его мама рассказала, что Кристина, не посоветовавшись с ними, дала согласие на отключение больного от аппаратов, поддерживающих в нём жизнь.

– Мы ведь даже не знали ничего. Да разве бы допустили до такого! Ещё, кто знает, как было бы всё. А может, Бог дал бы, и выжил наш Глебушка. Стали ей говорить, так ответила, что он всё равно уже овощ, и не было смысла держать его в таком состоянии.

– Мне она тоже ничего не сказала, – убито проговорила Лида, – Ещё распорядилась, чтобы меня туда даже близко не подпустили. Ну, если сама не захотела, я бы ухаживала столько, сколько надо. Зачем она так сделала, куда спешила, не понимаю!

– Да бесстыдница жадная потому что! Если бы Глеб развёлся, ей бы досталась половина имущества, а теперь всё целиком получила. И как только таких бессердечных земля носит!

Сама загуляла, потом сама решила, что всё должно опять быть, как прежде, про семью вспомнила, столько нервов попортила ему. Нянечка рассказала мне, какие концерты она тут устраивала сыну, не дала покоя даже больному. Переживал он сильно, оттого, видно, и случилась с ним такая беда.

А про тебя Глеб сказывал, обещал познакомить. Очень он тебя любил, говорил, мол, хорошая, добрая, другой такой больше во всём мире не найти. Вот и познакомились мы теперь, как он хотел, да только он уже этого не узнает.


Лида пригласила родителей Глеба к себе, так как они не хотели останавливаться у Кристины.

– Побудете пока у нас, мама и Юля будут рады вам. А завтра поедем в юридическую консультацию и посоветуемся по поводу имущества Глеба, вы обязательно должны получить свою долю, это будет справедливо.

– Спасибо, Лидочка! – прослезились мама Глеба Зоя Филипповна, – Правду говорил сын, ты очень добрая, жалко, что не довелось нам с тобой породниться.

В последующие дни все необходимые бумаги были оформлены, и скоро гости засобирались домой, обещая вернуться, когда настанет время вступить в наследство, и наказали семье, приютившей их, обязательно к ним приезжать.

Лида спасалась от горестных переживаний учёбой и работой, всё свободное от дел время посвящала маме и дочери. Она закончила со временем медицинский университет, потом интернатуру и ординатуру, получила специальность врача - косметолога и начала работать в клинике.

Жизнь теперь текла размеренно и спокойно. Работа ей нравилась, зарплата была приличной, Юля уже училась в школе, мама здорова и бодра, всё благополучно, кроме неустроенной личной жизни.

Пока училась, женщина запретила себе думать на эту тему, кроме того, ещё не отболела душа по Глебу. Но с годами острота переживаний поутихла, и она начала задумываться о замужестве.

Ей мечталось о крепком мужском плече рядом, надёжности и покое, чтобы кто-то заменил Юле отсутствующего отца, да и просто хотелось человеческого тепла, любви и заботы.

Лида огляделась по сторонам и не обнаружила никого, кто бы мог стать кандидатом в её мужья. Кто-то ей не нравился, другие уже оказывались женаты.

А это было теперь для неё табу: может быть, она оказалась слишком мнительной или просто напридумывала зря, но с годами ей стало казаться, что, не будь её, и Глеб остался бы жить.

Это просто в её будущем он никак не мог быть, как говорится, не судьба, потому и произошла беда. Может быть, не окажись её рядом, череда событий пошла бы по-другому.

И тогда, пусть не с ней, а с какой-нибудь другой женщиной, её любимый создал бы семью и был счастливым с женой и детьми всю оставшуюся жизнь.

Лида даже почувствовала после этого осознания вину за невольную роковую роль в судьбе Глеба, и укоряла себя до тех пор, пока не сняла с её души тяжесть Зоя Филипповна.

– Даже не думай об этом, дочка! – так звала её теперь несбывшаяся свекровь, – Не зря в народе говорят: чему быть, того не миновать. Нет твоей вины ни в чём, такая, видно, судьбинушка нашему Глебушке выпала, что уж тут попишешь!

Вы все нам как родные стали, наверное, сынок радуется, глядя с небес на то, что не остались мы одинокими без него. Спасибо за твоё доброе сердечко! Не кори себя и не терзай, живым выпало жить, значит, надо продолжать жить и за себя, и за тех, кого уже нет с нами.

Замуж тебе надо, не дело это ходить в вековухах. Ты не думай ни о чём, если вдруг кто приглянется, мы только рады будем твоему счастью, ты его заслужила.

Шли годы. В жизни Лиды так ничего и не изменилось. Ей не везло с мужчинами, ни один из них не выдерживал сравнения с Глебом. Отчаявшись найти человека по душе, она целиком погрузилась в работу.

Юля закончила школу и уже училась в медицинском колледже. Как-то она попросила маму выручить её, для этого надо было сходить вместе в одно место.

– Понимаешь, мне нравится один парень со старшего курса. Никита очень классный, ещё хорошо рисует. А его старший брат вообще художник. Я случайно узнала о том, что он организует выставку и даже достала приглашение на открытие.

Никита обязательно будет там, и он должен меня заметить, понимаешь?! Нам надо произвести впечатление. Ты же у меня такая красивая, на тебя все обращают внимание. Ну вот, а потом ты меня познакомишь поближе с Никитой.

– Хорошо, я помогу тебе, конечно, – улыбнулась Лида, – только с красивой это уже перебор.

– Да ты что, в зеркало не смотришься? – возмутилась дочь, – Ты когда себя в последний раз видела? Да если бы ты ещё красилась и одевалась получше, вообще бы проходу не давали все, у кого глаза имеются.

– Ну, с макияжем понятно, а чем тебя моя одежда не устраивает?

– Да всем! Вот скажи, мамуль, почему ты так одеваешься?

– Как?

– Ну, не как старая, конечно, а как сильно взрослая. Вот, например, есть у нас преподаватель английского Жанночка, постарше тебя будет, так она одетой как мы приходит на уроки, говорит, что так ей легче нас понять.

Она вообще прикольная. Прическа знаешь какая? Две косички, а на затылке они скручены в две такие баранки. А ещё она носит мини юбки, только верх старается соблюдать более-менее классическим, говорит, так положено, всё-таки учитель.

Мы, когда вместе выходим после занятий, ещё долго с ней общаемся. Она нам стихи читает, всякие интересные случаи рассказывает про знаменитостей.

Так её прохожие за нашу однокурсницу принимают, а всё дело в стиле, в одежде. Тебе давно пора имидж сменить, и сегодня мы с тобой этим займёмся! – решительно закончила Юля.

***

Появление мамы с дочкой было очень эффектным. Две красавицы, которых можно было принять за сестёр, приковали к себе всеобщее внимание.

Виновник торжества устремился к ним и осыпал комплиментами. Тут подоспел и его брат, который узнал Юлю, вызвался лично показать ей картины, и, подхватив под локоток, увёл куда-то.

Очарованный художник заявил Лиде, что обязательно должен написать с неё портрет, и попросил помощи.

– Видите ли, прекрасная незнакомка, это моя первая персональная выставка. Я очень волнуюсь и нуждаюсь в поддержке. Не составите ли вы мне компанию, чтобы достойно встретить всех гостей и пообщаться с каждым?

– Даже не знаю, – смутилась женщина, – у меня нет опыта в проведении таких мероприятий.

– Так и у меня нет! Но вдвоём нам не будет так страшно. А раз так, давайте знакомиться. Я, как вы уже, наверное, поняли, и есть тот самый Мирон, имя которого написано на вашем пригласительном билете.

– Я Лидия. Хорошо, я постараюсь помочь вам.

К ним присоединились Никита с Юлей. Помощники сопровождали посетителей, общались с ними и раздавали визитки, тем, кто заинтересовался какой-либо картиной, Мирон рассказывал о ней подробнее.

Был ещё фуршет, который пришёлся очень кстати, ведь все четверо изрядно утомились и были не прочь подкрепиться, так же, как и гости выставки.

Картины понравились публике, некоторые из них были куплены в тот же вечер. По окончании мероприятия художник пригласил помощников в ресторан, чтобы отметить свой успех.


Лида не ожидала столь быстрого развития событий. Они с Мироном чудесным образом так хорошо подошли друг к другу, словно детальки в часовом механизме.

Пара сразу стала единым целым, их сблизили общие интересы, любимые книги, совпадающие взгляды на жизнь. Женщине всегда казалось, что так не бывает, невозможно раствориться в человеке и ощущать всё то же, что и он.

Но в данном случае была именно такая ситуация. Встретившись в тот день, они больше не расставались. Лида переехала к Мирону и поначалу переживала, что мама и Юля остались без неё, но дочка её успокоила.

– Ты что, маленькой меня считаешь, думаешь, не проживу без твоей опеки? А бабуля тем более взрослая, не пропадёт. Так что не беспокойся, выпорхнула из гнезда, так лети в не оглядывайся! Но и нас, конечно, не забывай, будь всегда на связи.

Мирон стал модным художником, он говорил, что это Лида принесла удачу, и творил с ещё большим вдохновением. Его начали приглашать для участия в выставках в другие города и страны.

Лида с удовольствием сопровождала мужчину, благо у неё накопилось много дней отпуска за те годы, что она посвятила работе без отдыха. Вернувшись в этот раз после продолжительного отсутствия, женщина поспешила к родным.

– Я к вам с новостями, мои дорогие! – вся светясь от счастья, сообщила она, – Мы с Мироном подали заявление в загс, так что начинаем готовиться к свадьбе. И ещё, скоро у тебя, мама, будет уже двое внуков.

– Это что, я стану старшей сестрой? – воскликнула Юля, – Мамуля, какая ты у меня молодая, красивая, успешная, самая лучшая! Надо Никите позвонить, он, наверное ещё не знает.

– А как ваши с Никитой дела? – поинтересовалась Лида, – Похоже, тоже пошли на лад?!

– Мам, ты что! – возразила та, – Мы же просто друзья, и потом, мне ещё выучиться надо. Я, как ты, не хочу отвлекаться на всякие глупости вроде влюблённости, пока не стану хорошим специалистом.

– Как же так! – опешила Лида, – Ты же сама мне говорила, что он тебе нравится, просила помощи.

– Ну, я слукавила немножко, – потупилась дочь, – Мы с Никитой уже тогда дружили, вот и придумали познакомить тебя с его сводным братом. Мирон - сын от первого брака отца Никиты, поэтому и разница в возрасте между ними большая.

Он творческий человек, весь в своём искусстве и картинах, жил, как отшельник, ещё и мало общался с отцом, потому что обижен на него.

Мы и решили, что, даже если вдруг вы не понравитесь друг другу, то хотя бы какая-то ниточка появится между ним, тобой, мной, Никитой, которая поможет его отцу найти общий язык с сыном.

Хотя я точно поняла, что это твой человек, вы так подходите друг другу по характеру, темпераменту, отношению к своему делу. И видишь, я не ошиблась! Не зря же я хочу стать психологом. Я считаю, что это мой первый успех.

– Ну и хитрющая ты, доченька! – удивилась Лида, – Но ты права, это успех. И, несмотря на то, что ты устроила против нас заговор, я тебе благодарна за это знакомство.

Обещаю поговорить с Мироном и убедить его помириться с отцом, тем более, что предстоит свадьба. К этому дню у всех должны быть хорошие отношения, чтобы не омрачать праздник гостям, а радоваться за нас и веселиться до упаду.