Ясени мои, ясени

Эпиграф:
Все сердцу любо, все ласкает взор.
Я на простор хочу, я выхожу во двор.
Вот, воробей чирикнул, сколько в нем сноровки!
Из пародии на Щипачева.

             Уже более года как переехал я с женой в нашу новую квартиру в  городке Уилинг- Колесница близь Чикаго. Мой «черный ход» глядит на зеленую лужайку почти на Восток. Глубина ее шагов 100. Дальше тянется в обе стороны зеленое ограждение из кустарника, белых дубков и  высоких вязов.
              Как сквозь мелкую рыбачью сеть краснеет многоэтажка. Она дает мне возможность в безоблачную погоду наблюдать последний луч заката и постепенное падение темноты. Через ту же изгородь порой виден проезжающий автомобиль, не дающий мне чувствовать себя одиноким.
               Слева лужайку венчают две тощие высоченные сосны. Справа она простирается до самой нашей парковки. За ней несколько гаражей для жильцов-счастливчиков. Таковые и мы.
               Вдоль всей лужайки высятся четыре ясеня. Слева, как раз напротив окна моей спальни самый большой и могучий. Следующий, v-образный, чуть поменьше, его охраняет гипсовая сова. Третий вяз уступает старшим братьям, но и сам велик. Его стерегут белый гусь в синей жилетке, серый кролик и поросенок. Сторожей  овевают два разноцветных вентилятора-флюгера.  Там же три крохотных уличных фонаря. У самой парковки последний вяз еще меньше. У его корней маленькая древнегреческая амфора. Вязы постоянно запускают свои дрончики.
              За вторым вязом расположен рукотворный гротик с псевдо древнегреческими ступенями.  Под ним микроозерцо, обрамленное большими и маленькими валунами.  Я могу часами просиживать у водопада, глядеть на зеркало вод под ним и думать думу свою, гладя босыми ногами зеленую травку. Жаль, что рыбок не развели, но их бы кто-нибудь да и слопал. Залетает редкая стрекоза.По ступеням часто скачут серые воробушки. Растут ярко фиолетовые и белоснежные цветы. На солнце нежится бронзовая черепаха в натуральную величину. На ветру плещет наш звездно-полосатый.  А еще вокруг по всему пространству островки настоящей прерии ( исконной иллинойской земли, шикарные чикагские  леса - рукотворные). Там растет высокая трава Бородач Жерара.
             По ветвям снуют белочки, но они  могут и прыгать по кошеной траве. Вот одна остановилась прямо передо мной и чего-то там нашла. Замелькали челюсти, как пропеллер самолетика. Утки тоже здесь хозяева. Вот чинно переваливается семейка: впереди семеро желтеньких утят, за ними следует мамаша, завершают два папаши. Мамаша весьма строгая, чуть что дает детю затрещины. А вот идут два селезня. Они явно ведут беседу, так как крякают поочередно. О чем беседа? Конечно об утках. Порой совершают променад утка с селезнем. Гостят у нас и серые гуси. На днях прошли гусиным шагом четыре гусенка и мама с папой. Вдали скачет птичка Красный Кардинал, символ моего штата Иллинойс. По кромке  нашей выходной площадки пару раз прошмыгивал бурундучок - недокрашенный тигр. Порой и зайчик пробегает здесь. А сегодня в густой стриженной травке упорно пробирался большой черней муравьишек, совсем как Рембо.
            Вспомнилось, что, когда я жил во Флориде, с моего второго этажа без опаски наблюдал за крупным аллигатором, загорающим на берегу нашего водоема. А по ночам бегали крупные еноты.
            Вокруг нашей площадки жена разбила красочный крошечный садик. Есть и куст сирени - от горшка три вешка. Авось, доживу до его попоясной высоты.
            Нынче прибирали с женой наш садик. Около 4 по полудни я вынес ветки, листья, сбитые ясеневые дрончики и прочий садовый мусор. По пути домой присел у водопада, который ниспадал сегодня. В озерцо плюхнулись два селезня и стали непрерывно бороздить его воды.
            Прилетел синеголовый  селезень красавец со своей скромной уточкой. Полагаю, что детки уже их покинули, но семейные отношения они сохранили. Он прохаживался вблизи, а она вдруг заснула. Через полчаса ее неподвижности я начал беспокоиться о ее здоровьи и помахал ей ручкой. Она с явным неудовольствие встрепенулась, аккуратно проверила свое одеяние, склевала что-то из перьев  и расправила крылья. Сама она была одета в пестренькое отлива кофе с молоком. Крылья украшены темно-синими параллелограммами. Они поискали съестного и
улетели прочь.
    На иллюстрации справа видны мои скамейка и чветник.