Заметки об Украине. На Говерлу и обратно

    Рано  утром  1.07.2016  минибусом  выехали  из  Хмельницкого.  Глава  группы – не  Игорь  Байдак,  а  его  жена  Людмила;  значит,  меня  никто  не  знает.  В  основном,  группа – молодёжь,  я  рекордно  старый – полных  69  лет.
    Завтрак  под  Волочиском;  под  Львовом  миновали  кладбище  дивизии  «Галичина»;  содержат  в  порядке.  От  стадиона  «Львов-Арена»  свернули  к  югу,  взяв  на  борт  женщину-экскурсовода.

   Проехали  школу,  где  якобы  учил  Иван  Франко,  нырнули  под  газопровод  на  Ужгород.  На  сопке  справа – массовое  гнездовье  каких-то  уникальных аистов.
    Путь – в  горы.  Вот  живописные  ворота  с  надписью  «Скеля»  и  турбаза.  Здесь – большой  отдых,  обед.  Желающим – катание  верхом  на  белой  лошади.  Вот  столб-указатель,  утыканный стрелками,  как  ёлка:  «Київ – 650»,  «Львїв – 110»,  «Ворохта – 159»,  «Буковель – 166»,  «Синевир – 131»,  и  т. п.

    Далее  пошли  пешком.  Горный  лес  Карпат  отдалённо  похож  на  лес  Приморья.  Вскоре  мы  увидели  скалы-останцы  высотой  метров  60-80.  Щель  между  двумя  останцами  называют  «Чистилище»,  пройти  её  немного  трудно.  Как  бывший  скалолаз,  тряхнул  стариной.

    И  вот – лагерь  Довбуша.  В  останцах  вырезаны  правильные  комнаты:  атаманская,  спальня,  столовая.  Вверх – деревянная  лестница.  Влезли;  вид  сверху – изумительный!    Во  «двор»  въехали  два  всадника – лемки.  Экзотика.  История  Олексы  Довбуша – карпатского  Робина  Гуда,  просится  на  экран.

    Наконец,  мы  тронулись  вниз  вдоль  реки   Сукиль (?).  Река  порожистая,  очень  живописная.  Остановились  на  купание,  неподалёку  от  остатков  старого  моста  австрийцев;  по  нему  когда-то  вывозили  ценный  лес.
Снова  в  путь;  выехав  на  трассу,  высадили  женщину-экскурсовода  на  остановке  автобуса  и  двинулись  дальше.

    Уже  под  вечер  проехали  Ивано-Франковск;  от  него  25  км  на  запад  есть  село  Старый  Угринов – родина  Степана  Бандеры,  но  никто  о  том  не  вспомнил.
  Мы  рванули  на  восток,  потом  свернули  вправо.  Остановка  у  магазина  «Яблуницкий»  в  карпатском  стиле.    Наконец,  от  трассы  поднялись  пешком  круто  в  горку  и – нам  показали  Говерлу,  красавицу  в  панораме  гор.  Фото - на  моей  странице  в  фейсбуке.    Очень  красочная  гостиничка – шале.

     Ужин  уже  ждал  нас,  как  в  ресторане.  И  за  ним  молодёжь  потребовала,  чтобы  я,  наконец,  представился.  Русский,  гражданин  России,  из  Владивостока,  не  владеющий  мовою,  без  малого  70  лет – это  трошки  озадачило  всех.  Ведь  уже  третий  год  как  был  захвачен  Крым,  шла  война  на  Донбассе.  Впрочем,  неприязнь  я  уловил  только  от  одного  парня,  впервые  за  всё  время  жизни  в  Украине.  От  знакомства  он  уклонился;  назовём  его  Сноб.  Может  быть,  его  брата  убили  русские?

    Утром  2.07  выехали  до  Говерлы.  Остановка  в  Ворохте;  заметил  рекламу:  «Баня  Офуро.  Гарячий  чан  та  ліжка».  Японизация  добралась  до  Карпат?    Турбаза  и  всякий  сервис  у  начала  маршрута:  реклама:  «Холодный  квас»,  «Бочкове  пиво»,  «Морозиво»,  «Кава»,  «Чай»,  «Хот-дог».  И  даже  «Глинтвейн».   Наши  взяли  напрокат  по  лыжной  палке,  у  меня  была  своя.

    Вокруг  ёлки-смереки.  Борзо  идём  вверх.  Первый  привал  у  скамеек;  отсюда  уже  виден  купол?  Нет,  лишь  подходы  к  нему.  Через  час  подъёма  виден  вдали  снежный  язык  в  истоках  реки  Прут.  Это  в  июле-то!

    Дошли  до  памятной  доски из  серого  металла;  жаль,  не  сделал  фото.  А  примерный  текст:  «На  этом  месте  умер…  ветеран  ВОВ,  общественный  деятель».    Я  достал  запас  фиников  и  стал  предлагать  всем.  Взяли  все,  кроме  Сноба.    Появились  первые  отказчики  от  подъёма,  мне  идти  трудно  в  темпе  студентов.

    Начала  портиться  погода,  явно  к  дождю.  Привалы  молодых  для  меня  слишком  коротки.  Вышли  на  купол,  присели.  Когда  остаток  группы  поднялся,  я  остался  сидеть:  «Больше  не  могу».  Поднимают  дух:  «Да  здесь  совсем  близко!»  - «Не  могу,  посижу…».   Я  думал  отдыхать  ещё  минут  десять,  а  потом  догнать  группу.  Но  они…  начали  оставлять  мне  свои  сумки,  рюкзачки  и  лыжные  палки!  Пошли  налегке,  а  я – влип  в  сторожа…

    Погода  резко  помрачнела:  шквалы,  холодный  дождь.  Я  промок  до  нитки,  замёрз.   Минут  через   двадцать  дождь  прекратился.   И  тут  ко  мне  стали  цепляться  восходители:  думали,  что  я  продаю  лыжные палки,  воду,  еду  и  ещё  чего-то.  Отбивался  от  них.

    Наконец,  вернулись  наши.  Вниз  шли  без  отдыха,  я  еле  выдержал.  И  сразу – в  автобус.  По  серпантину  меня  укачало.  Успел  остановить  бус  и  выскочить  на  берег  Прута,  а  там…    Дальше  без  приключений  прибыли  в  шале.  Я  сразу  повалился  на  кровать.

    Под  вечер пришли  два  хлопца,  звали  на  «бенкет»  по  случаю восхождения.  Я  отказался:  «Не  дошёл…».  Убеждали:  «Да  там  300  метров,  ну,  400  по  вершине,  оставалось!  Дошёл!»  Я  не  соглашался;  они  ушли.  Через  пару  минут  пришла  Люда  Байдак  с  кем-то  и  заявила:  «Без  Вас  не  начнём!»  Пришлось  идти.

    Банкет  был  без  горилки,  но  с  вином.  Хозяин  шале  выдал  фирменное  блюдо,  мясное.  Вообще  закуска  высокого  качества.   Атмосфера  побратимства.  Сделали фото,  где  меня  обнимают  Сашко  и  Дмитро.  Им  лет  по  20.  Говорили,  что  я  всех  удивил  упорством,  всем  помог.  Одна  из  фоток – на  моей  странице  в  фейсбуке.

    Утром  простились  с  хозяином  и  поехали  на  Манявский  скит.  Это  примерно  35  км  на  юго-запад  от  Ивано-Франковска.  Но  по  пути  заехали  в  Яремче,  гуцульскую  экзотику  смотреть.  Можно  было  сфотаться  в  гуцульском  наряде,  купить  его  или  хотя  бы  шляпу.  Рынок  сувениров,  одежды,  обуви,  еды – рай  для  туристов.  Знаменитый  мост  через  Прут.  Часа  два  отдыха,  не  меньше;  и  поехали  дальше.

    Кажись,  в  Маняве  мы  оставили  свой  бус  и  расселись  на  досках-скамейках  в  кузове  ЗИЛ-157.  Он  быстро  домчал  нас  до  ущелья,  а  дальше  вдоль  речушки-ручья  мы   пробирались  пешком,  по  камням.
    Манявский  водопад – зрелище  выразительное.  Кто-то  под  струи  полез;  я  в  одиночку  пошёл  по  живописным  окрестностям.  Местность  сильно  пересечённая,  я  даже  чуть  не  заблудился.

    Начался  мелкий  дождик.  Мы  поспешили  обратно  в  Маняву,  но  дождь  быстро  набрал  силу,  стал  холодным  ливнем.
     Грузовик  наш  выжал  скорость,  но  от  встречного  ветра  с  ливнем  все  околели.  В  такую  же  ситуацию  я  попал  на  горе  Облачной  в  мае  2013-ого  с  группой  из  четырёх  старшеклассников;  бывало  и  раньше.  Поэтому  знал,  что  делать:   громко  запел  «Розпрягайтэ,  хлопцы,  конэй…».
  Подхватили  Сашко  и  Дмитро.   А  через  минуту  ревела   вся  группа:  «Р-раз,  два,  три,  калына,  чорнявая  дивчина…».  Орали  во  всю  силу,  и  дождь  и  холод  были  нипочём.

  Я  даже  набросил  свою  куртку  полковничьего  камуфляжа  на  плечи  Людмилы  Байдак.  Дальше  орали  «Ихалы  козаки  из  Дону  додому…»,  «Гуцулка  Ксеня»,  «Ой,  на  гори  та  женцы  жнуть…».  Пролетели  какое-то  село  длинное  вдоль  трассы,  горланя:  «Ой,  смереко!  Розкажи  мэни,  смереко…».  Редкие  селяне  таращили  на  нас  глаза.

  Закончился  мой  запас  буйных  украинских  песен.  Однако  группа  «реве  та  стогне»  и  без  меня.  Впрочем,  дождь  кончился,  но  я  выдал-таки  свою  коронную  «Ой,  наступае  та  чорна  хмара…».  Никто  в  группе  её  не  знал,  но  пытались  подпевать  повторы  строк.

    Доехали  до  Манявы,  переоделись  в  сухое,  у  кого  было.  Устроили  обед  на  веранде  магазина.  Байдак  даже  купила  две  бутылки  водки  «для  сугрева».  Хлопцы  осоловели,  особенно  Сашко.  Поэтому  когда  Люда  позвала  сходить  в  Манявский  скит,  пошёл  с  ней  лишь  я  да  девочка  лет  двенадцати.

    На  входе  этого  минимонастыря – кавярня.  Молодой  монах  угостил  нас  хорошим  кофе,  бесплатно.  Монастырь  потряс   чистотой  и  уютом.  Рассказали,  что  в  нём  скрывался   от  Хмельницкого  его  соперник  Иван  Выговский.  Он,  помимо  прочего,  был  ярым  противником  союза  с  Россией,  не  верил  ей,  и  был прав.  Где-то  здесь  Выговский  похоронен  тайно,  чтоб  люди  Богдана  Х.  не  надругались  над  могилой.  Я  сделал  несколько  снимков.

    Едва  мы вернулись,  автобус  наш  «Мерседес»  рванул  домой!   В  объезд  Ивано-Франковска  и  Тернополя,  на  Волочиск.  Поужинали  мы  в  ресторанчике  у  трассы  Львов – Хмельницкий.   И  уже  ночью  прибыли  на  Лыбедь-плазу.   Молодёжь  тепло  простилась  со  мной;  про  Сноба  я  забыл.  Жить  в Украине  можно.