Благодаря Богу, вопреки фактам

ГЛАВА 1.ДНЕВНИК, ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
1
Жёлтый дом на перекрёстке было видно издалека. Его вымыло дождём, и он был чистенький и свеженький, как лимон с куста.
Кое-где его стены были утыканы аккуратненькими коричневыми балкончиками. Эту симметрию и идиллию разбивали лишь висевшие на фасаде разнокалиберные рекламные вывески.
Я шёл к этому дому. В предчувствии чего-то. Делать мне там и возле него было нечего. В данный момент- нечего. Но я шёл....
Километрах в четырёх от меня в тёмном головном котле варилось удивительное блюдо. Это не была месть, и готовилось оно по другой технологии - месть нужно подавать холодной и шлёпать на вражью тарелку решительно, целиком и сразу, как студень, как желе.
А это блюдо подаётся капельно. Капельки- горячие-прегорячие. Как зловредные кусачие комары. Как пчёлы.
Блюдо это именуется козни. Но , несмотря на этимологическое родство названий ингредиентов, варится отнюдь не из безобидных козьих копыт, как может показаться. Копыта на месть идут. На холодную, эластичную и тяжёлую. Как студень. Чтобы сразу миской в рожу залепить.
Козни- блюдо всегда дорогое. Капелек много нужно набрызгать. А на каждую капельку чистый яд идёт. Змеиный. У кого-то - у ведьм, у ворожей- драконья моча. Или экстракт огневыделяющих желёз сих милейших земноводных, которые на такие дела истребляются беспощадно- куда только зелёные смотрят?! У ведьм мужского пола на такие дела собственный яд идёт, но иной природы- струя скунсья или хорьковая. А колдуньи-любительницы- те змеиным ядом наделены щедро. Незачем им тех дракош убивать. Своего яду хватает.
Так вот, варились козни...
И повариха всё же была ведьмой-любительницей. Она сварила их из собственного отборного змеиного яда.
Козни эти вот-вот должны были пролиться на наши бедные головушки...
Зная это, ведьма блаженно ухмылялась своей крупнозубой улыбкой, выдававшая в ней скорее девушку- цветик лилейный, умницу-красавицу-скромницу, нежели коварную и хитрую мастерицу подпольных интриг.
В улыбке туей- яд-парализатор. При каждой улыбке в воздух выделяется. Она так своих жертв ловит. Живьём съедает с костями...
А всем известно, что от яда- парализатора только ещё более страшным ядом можно избавиться- у ведьмы-то иммунитета нет от собственного яду. Поэтому её организм знай себе выделяет рефлекторно ботулотоксин. Чтобы козни "рассердить", как квас, ядрёными сделать, как ром ямайский, лучшего средства в целом мире не найти.
Козни клокотали и пенились, и дразнящий запах распространялся на всю округу. Даже до моего аллергического носа дошло- за четыре-то километра, представьте только себе...
Только помните, читатель, козни варить- для здоровья дело весьма опасное. У козней капелька, как атомное ядро, на две части распадается. И одна к хозяину, к повару летит...А магнетическая железа, отталкивающая её, не вечна. Прилетит рано или поздно.
А зачем вам оно, спрашивается, надо?...
2
Как же ведьма добывала змеиный яд? Будьте покойны, он у неё, как я уже говорил, был в достатке. Все железы её организма обладали способностью выделять яд, будь то потовые, слюнные или иные. Но в наилучшей, с позволения сказать, лекарственной форме он находился...где бы вы думали, милые мои? В слёзных железах...В лучшем виде, в лучшей питательной среде вызревал он там. И в наиопаснейшей своей форме вдобавок к этому. В нерасторжимой химической связи с вышеупомянутым ботулотоксином. Ботулотоксин, как вспомогательное вещество в лекарстве, великолепно дополнял и усиливал действие змеиного яда. Как клавулановая кислота в антибиотике.
Ладно, с этим разобрались. Это полбеды. Но ведь яд нужно добыть из слёзных желёз!
Об этом, опять же, не беспокойтесь. Ведьма великолепно умела распускать сопли. По поводу и без. Наилучший же эффект выходил, когда она рыдала злобно. Гремучая смесь ещё более убийственной выходила. В неё адреналин примешивался при этом. Страшный яд, без дураков. Психику крушит, как гидропресс расплавленный металл. Дуреет человек, голову теряет. Сбеситься может. И прописаться в психиатричке. До скончания века. Могут, правда, и вылечить. Иногда. Могут просто поправить состояние. Тихий такой, безопасный дебил выйдет...Непрерывно-прогредиентный психоз, что вы хотите...Психика под горочку катится. Без конца. И таблетки не помогают.
Чтобы пуще распалить себя, ведьма смотрела на...я тогда ещё этого не знал- мою фотографию. Ведьма выла и рыдала в бессильной злобе, ибо найти меня не могла. И вудуизм не работал. Крёстная сила не пускала нечистую. Ведьма захлёбывалась своими смертоносными слезами, которые ливнем струились в бурлящий котёл, бок которого сделался красным от чудовищного жара.Потоки слёз, словно реактивная струя, поднимали её над котлом, не давали огненным брызгам выжечь ей глаза. Одновременно с этим она чудовищно выла. Можно было бы сказать, что ею овладел нечистый, но он и так ею уже владел всецело. Вой производил в котле возмущения, и ингредиенты перемешивались, сливаясь в смертельную молекулу.Зубы ляскали друг о друга с такой силой, что откалывались крупинки ядовитой ведьминой зубной эмали, которые тоже падали в клокочущий ад котла и растворялись в нём. Ведьма билась, будто у неё началась падучая. Как это часто бывает у настоящих эпилептиков, она прикусила себе язык. Её чёрная, вязкая, как смола, тяжёлая, как ртуть, ядовитая, как синильная кислота кровь также закапала в котёл. По пути она сворачивалась, расползаясь на нити, скручиваясь в шарики и растворяясь в небытии...
Наконец котёл вдруг сам собой перестал кипеть. Жижа дошла до кондиции. Ведьма преспокойно, как торговка на самаркандском базаре, поставила котёл себе на голову и взмыла в окрасившееся в грозовой цвет индиго небо...
Летя, она периодически яростно стригла воздух своими непрерывно дёргающимися в припадке одержимости ногами. Послала луч- поисковик, дико сверкнув глазами и выпустив из них сиреневую электрическую дугу. Дуга дёргалась и несмело взорвалась в середине приметной тучи, напоминавшей загоравшую на пляже женщину.
Ведьма взвыла в злобной радости и устремилась к месту взрыва. Над ним она сняла с головы котёл, взяла его в вытянутую руку и принялась бешено крутиться, разбрызгивая, как сегнерово колесо, спиральные потоки зелья. Зелье мельчайшими брызгами проваливалось в одеяло туч. Бухали молнии. Гремел гром.
Закончив чёрное дело, ведьма торжествующе сощурила свои ужасные глаза и умчалась куда-то в нети...
Оставим же её пока, читатель.
3
С неба что-то упало.
О нет, это не был врезавшийся на огромной скорости оплавленный космический булыжник, это не была тлеющая и пахнущая технической гарью ступень ракеты. Не ухнула и не разверзлась мать-сыра земля, не запылали ближние деревья. Не завыли даже нервные, удивительно чуткие к подобным вещам противоугонные сигнализации обильно стоящих вокруг автомобилей. Даже не крикнул какой-нибудь малыш, как в детской сказке: "Мама, мне на нос с неба упала капелька!"
Но в то же время что-то явственно упало. Чиркнуло по воздуху. Такой маленький, робкий толчок.
Я поднял глаза к небу. Ничего не было. Тучи не разродились вновь дождём. В сплошном одеяле туч- небольшая дырочка. Прокол, в который струится несмелый,блёклый солнечный свет. Карандаш - и то не поместится, если с земли глядеть, конечно
Лишь одну необычную черту я разглядел у этой дырочки. От неё всё же расходились какие-то линии, как будто трещины от пулевого отверстия в стекле. Самое странное, что линии составляли геометрически правильную спираль- никаких признаков присущей тучам аморфности. И дело явно не шло к тому, чтобы линии сию же минуту искривились и провалились в глубины туч, как это бывает с фигурами в облаках- всякими там львами, воздушными замками...
"ПРОСТРЕЛ"...-внезапно ударило мне в голову это слово. Именно так, "капсом", как сейчас говорят, то бишь в верхнем регистре шрифта.
ПРОСТРЕЛ... Так для меня- с ТЕХ ещё времён- это слово и писалось всегда. Перед мысленным взором. Как в советских газетах СТАЛИН был СТАЛИНЫМ, и никак иначе. В его эпоху-всегда.
Всё же у меня - я вдруг резко ощутил тогда- не было времени заниматься мистикой. Я пошёл домой. Надо было готовиться к экзаменам.
Но слово это набатным колоколом гудело в моём истерзанном мозгу: ПРОСТРЕЛ...ПРОСТРЕЛ...ПРОСТРЕЛ...
Так, наверное, гудело когда-то сквозь непроглядную толщь телеграфных лент на столах новостных агентств, пронизывая эту толщь, пробивая её: УБИТ НАСЛЕДНИК АВСТРИЙСКОГО ПРЕСТОЛА...Или, позже -ВОЙСКА ГИТЛЕРА ВОШЛИ В ПОЛЬШУ... Или: В СОВЕТСКОМ СОЮЗЕ НА ЧЕРНОБЫЛЬСКОЙ АЭС ПРОИЗОШЁЛ ВЗРЫВ...Стрекотали аппараты, выплёвывая бесконечное число лент, на них- море разношёрстных новостей, но, если вглядеться, все- об одном, об одном, об одном...Так же гудел и мой мозг- как обезумевший телетайп.
Дело ведь в том, что лично я к этому времени уже достаточно знал, что такое ПРОСТРЕЛ и как он может на определённом этапе соотнестись с моей судьбой...
И вдруг ПРОСТРЕЛ сверкнул яркой малиновой вспышкой и тут же исчез.
ГЛАВА 2. В ту осень я больше ни разу не жил...