Чтобы просто жить

После нескольких прохладных, пасмурных дней - солнце! И как-то сразу листьями-зонтиками укрылись ветки каштанов и во дворе словно облако повисло со всеми оттенками зелёного.
Бурное, торопливое обновление природы…
А под этим трепещущим, алкающим жизни благолением, каждый день, опираясь на два костыля, подолгу расхаживается пожилой мужчина.
Над каштанами ветер в порывах-потоках полощет длинные ветви ивы, а когда улетает, они успокоено повисают нежными, шафранно-желтыми гирляндами.
А он смотрит только под ноги, с опаской приостанавливаясь над каждой выщерблиной тротуара.
Тонкая берёзка, верхушкой кроны вырвавшись из тесноты двора в небо, клонится то в одну, то в другую сторону, игриво поблёскивая серебром тыльной стороны листочков.
А он, уставший, иногда присаживается и, опершись на костыль, опять смотрит лишь под ноги. Ощущает ли эту весеннюю благодать?   
Тихие, едва уловимые писки птах, гортанное карканье галок, зазывное воркованье голубя, озорные голоса ребятишек, долетающие из соседнего двора, беззлобное тявканье дворняжки, в очередной раз погнавшейся за проезжающей машиной, - сплетение живых звуков, причудливое, неповторяемое каприччо двора.
Но слышит ли эту музыку он, снова сосредоточенный только на очередном своём шаге?
Зеленое облако оживших каштанов, нежно-золотистые ветви ивы, березка, лепечущая молодыми листками, незатейливые звуки двора… и во всём лейтмотив: жить, жить!
Ах, если бы кто-то мог ответить: ну почему в гены всего живого заложено такое долговечное и цепкое стремление к продолжению жизни, и кому оно нужно? Но не дано услышать ответа на этот вопрос, а значит…
Следующей весной всеми переливами малахита опять засветятся каштаны, крона березки еще выше поднимется к облакам, удлинятся гирлянды ивы, а кто-то вот так же, как этот мужчина, будет с надеждой единоборствовать с постигшим его недугом, чтобы…   
Чтобы просто жить.