Азбука жизни Глава 4 Часть 199 Монолит!

Глава 4.199. Монолит!

— А ты сегодня не будешь принимать участия в концерте? — Диана разлила чай по тонким фарфоровым чашкам, звук был почти музыкальным. — Улетаешь в Москву с Ромашовыми?

— Сегодня будет Брамс, — ответила я, глядя в окно на тяжёлые, набухшие дождём тучи. — Насладиться им вы сможете и без меня.

— Я и сегодня ещё под впечатлением от вчерашнего. И от твоего выхода. Твой подарок меня тоже впечатлил, — добавила она, и в её голосе прозвучала тёплая, немножко гордая нотка. — Прекрасный костюм создала. Я не могла подвести гениального дизайнера.

Я усмехнулась. Подвести её было действительно невозможно — она шила не просто одежду, а вторую кожу, которая становилась частью меня на сцене.

— Насколько же ты была права, — продолжила Диана, уже серьёзнея. — Относительно сегодняшних событий. Снова, пока мы с Вероникой и Владом наслаждались природой на веранде, ты смотрела ночное шоу из Москвы?

— Но и ты его, Виктория, никогда не пропускаешь, — парировала она, поймав мой взгляд.

— Вчера была усталость после концерта. Уложив деток, решила поработать на природе. Но Влад с Вероникой… не дали такой возможности.

Диана улыбнулась, доставая телефон.
— Я слышала ваш вчерашний разговор. Даже записала. Насколько же вы понимаете друг друга, что через юмор и отдельные реплики можете выдать суть, которую на политических ток-шоу часами пытаются разжевать десятки блистательных политологов. Ваша троица… вы монолит.

— Те, кто способен видеть суть, мыслят сегодня одинаково, Диана. Это не наша заслуга. Это — диагноз эпохи.

Наша бывшая «американочка» тактично оставила мне запись. С надеждой, что я дополню её и опубликую. Хотелось бы. Но я подожду.

Я слушала наши вчерашние голоса, смех, обрывистые фразы, за которыми стояло всё — отчаяние, ярость, непоколебимая уверенность. И поняла странную вещь. О причинах сегодняшних событий я, сама того не подозревая, написала уже в семнадцать лет. Поэтому-то и удивляла всех редакторов в издательствах, куда заходила с толстой папкой. Да, смелая была девочка. Наивная. И, как выяснилось, — правильная.

И когда по совету одного такого, поседевшего в делах редактора, я попала в Союз писателей, то услышала от того, кто отвечал за прозу, уверенно сказанное: «У вас большое литературное будущее».

А я всегда знала, что у меня — только настоящее. Острое, как бритва, тяжелое, как этот вечерний воздух перед грозой, и единственно возможное. Будущее — это для тех, кто верит в сказки. Мы же, монолит, живём в бытии. И дышим им.