Порочный круг

Все герои и сами действия в работе являются вымышленными. Любые совпадения случайны.
Искусственно созданный сюжет разворачивается  на фоне реальных исторических событий.   
               
                НОЯБРЬ 1982 года

     В кабинет зашли люди и заняли предложенные места вокруг вытянутого дубового стола. Через несколько минут в тот же кабинет зашла секретарь с подносом, на котором, ударяясь друг о дружку, звенели маленькие фарфоровые чашки.

     Задание, которое поставил руководитель перед гостями, было не из простых. И невыполнение его могло весьма плачевно закончится для огромного списка людей. Все эти товарищи прекрасно понимали, с чего начнёт преемник Леонида Ильича свою работу на новом посту.

     То, что предлагалось сделать ради спасения собственной же шкуры, вызывало и страх, и недоумение одновременно.

     Сидящим за столом был понятен ход мыслей руководителя и без особых объяснений. Та дыра в бюджете, которая образовалась за время нахождения товарища Н. на ответственном посту, никаким другим образом не могла быть устранена. 

— Нужен объект социальной сферы, но такой, потеряв который, город не поднимется и с вилами не пойдёт на городские власти. От нехватки данного объекта жители не должны особо пострадать. Говорю сразу: школы, садики не подходят. Учреждения образования и так переполненные. Да и люди там есть любопытные и задающие кучу вопросов.

     Хозяин кабинета подводил сидящих за столом товарищей к тому, чтобы они сами догадались назвать нужный объект. Поскольку ему очень не хотелось, чтобы ЭТО где-либо зафиксировалось в качестве его личной инициативы.

— Так может городской театр? — подал, наконец-то, некто правильную идею шёпотом. — Люди там работают творческие, ни о чём кроме сцены не помышляющие. Они даже не поймут, что случилось, пока сами где-то парили в облаках.
— Хороший вариант! — произнёс хозяин кабинета. — Думаю, на нём и остановимся.

     Когда все разошлись, руководитель соединился с секретарём и дал распоряжение убрать портрет вчерашнего генсека со стены.
               
                ***

     Худрука театра Глеба Яковлевича Захлевина с утра после получения новостей о пожаре со всеми признаками сердечного приступа увезла скорая.

     К вечеру мужчину уже немного привели в чувства, и в палате позволили находиться жене какое-то время. На тумбочке стоял телевизор, который ещё днём привез зять.

— Тоня, включи новости! — осипшим голосом попросил Захлевин. — И сделай погромче, пожалуйста.

Женщина послушно выполнила то, о чём её попросил супруг.

     Корреспондент бойко и задорно, словно о победе СССР в Гонке вооружений, вещала о ночном происшествии:

“Пожар в Кочерюпинском драматическом театре стал самой резонансной новостью в городе. Напомним, в минувшую пятницу пьесу “Ты да я, да мы с тобой” так и не помотрели ценители театрального искусства. Причиной стал пожар в самом богемном месте города. В три часа ночи в пожарную охрану поступило сообщение о возгорании подмостков сцены. Когда спасатели прибыли на место, ими же было обнаружено сильное задымление, и огонь уже был почти на всех этажах здания. Была вызвана дополнительная помощь, всего работало свыше пятнадцати единиц спецтехники. Этот пожар, к счастью, обошёлся без жертв”.

     Когда блок новостей, касавшийся происшествий за сутки подошёл к завершению, Антонина глянула на лицо супруга: оно сравнялось по цвету с серо-белым потолком.

— Тонька, не верь! Там всё нормально было с проводкой. Здесь что-то другое. Не пойму, кому понадобилось …
 
     Через неделю инфаркт догнал Глеба Яковлевича Захлевина.
               
                ЯНВАРЬ 2008 года

     Двухнедельный отдых на Кубе подошёл к концу. Впервые в жизни семья бизнесмена Зайцева отважилась встретить Новый год под пальмами за пределами Москвы. Через пару часов они вылетят из Международного аэропорта Гаваны, носящего имя кубинского поэта Хосе Марти.

     Пока супруг с детьми лакомились фруктовым салатом и мороженым  в кафе, Наталья Зайцева отправилась в зону буккроссинга. Запустив руку в огромный стеклянный куб, женщина выхватила первую подвернувшуюся книгу и направилась к своей семье. До объявления посадки времени оставалось немного.

— «Крах 1929», — вслух прочла женщина то, что было написано на мягкой, довольно потрёпанной обложке. — Надо же было вытащить такую муть! Да и имя автора ни о чём не говорит. Что-то я никогда не слышала о писательнице Глории Дэвис. Зябличек, а ты такого автора знаешь? — обратилась Наталья к мужу с вопросом.

— Нет, не слышал! — ответил супруг, увлечённый выуживанием остатков ананаса из креманки.

— Ладно, ничего не поделаешь: всё-таки двенадцать часов лететь. Придётся читать.

                ***               

     Наталья удобно примостилась возле окошка и погрузилась в чтение автобиографической повести. Первые несколько страниц вызывали у женщины откровенную зевоту. Далее события неожиданно начали разворачиваться более динамично.

 “КРАХ 1929”,  Глория Дэвис (1949)
               
                СЕНТЯБРЬ 1929 года
 
     Глория подошла к супругу, крепко поцеловала его и принялась завязывать на нём галстук.

— Дорогой, забыла тебе сказать: вчера я получила письмо от родителей. Отец считает, что нам лучше переехать в Мексику к ним на ранчо.
— Интересно, чем же они данное предложение мотивировали? У меня прекрасная работа, перспективы карьерного роста, дом, в конце концов, — попытался возразить супруг.
— Отцу не нравится то, что сейчас творится в Штатах. Ты же знаешь, что он лучший фермер в регионе —  у него чуйка на экономические пертурбации.
— Милая, не выдумывай. Моя фирма процветает: наши галантерейные товары пользуются неимоверным спросом. После Нового года мне обещали повысить жалованье. А на ранчо я вынужден буду заниматься чисткой скотного двора. Ты этого хочешь? — улыбаясь и не веря в серьёзность слов второй половины, поинтересовался Оливер.

— Неужели ты не видишь дальше собственного носа? Предприятия уже давным-давно массово занялись перепроизводством. У людей скоро не будет чего класть в те кошельки, которые производит твоё предприятие. Их перестанут покупать, и тогда нам придётся есть портмоне на завтрак, а ремень — на ужин! — закипала обычно спокойная Глория.
— О, боги! А с каких это пор моя любимая домохозяйка начала вникать в вопросы экономики?
— Дорогой мой Оливер, позволь тебе напомнить, что до замужества я успела окончить не только акробатическую школу, но и колледж в Мехико. Я постоянно читаю экономические газеты. А ты полагаешь, что меня интересуют одни лишь комиксы. Мы скоро можем столкнуться с нехваткой денежной массы и отсутствием возможности покупать всё то, что вы так стремитесь произвести. Купюры привязаны к золоту, количество которого ограничено. За дефицитом денег последует дефицит платёжеспособного спроса на товары и услуги.
— И что ты хочешь этим сказать? Что мы должны сегодня же уехать на ранчо? А туда дефицит не доберётся?
— Доберётся, но не сразу. Мы сумеем, как следует, подготовиться. Оставаясь же здесь, мы столкнёмся сначала с падением цен на товары, затем обанкротится твоё предприятие, потом здравствуй безработица и всё остальное!
— Любимая, не выдумывай, пожалуйста! Напиши родителям, что у нас всё отлично, тем самым успокой их. Весь Нью-Йорк жизни радуется, а ты решила солнце раскрасить чёрным цветом. Вспомни, что президент Гувер сказал ещё полгода назад! Сегодня мы ближе всего к победе над бедностью, чем когда-либо за всю историю страны. И к этому вопросу можно не возвращаться.
— Мне очень жаль, Оливер, что ты меня не услышал. Господь с тобой, дорогой! Я лучше потороплюсь, а то не успею вовремя доставить детей в школу.
— Ты как никогда права, милая!

     Через неделю произошло первое падение цен на фондовом рынке. Цены на акции резко опустились, но также быстро сумели и восстановиться. И это было лишь началом.

                ОКТЯБРЬ 1929 года
 
     Ещё в 1925 году глава  британского казначейства Уинстон Черчилль решает вернуть Британию к довоенному золотому стандарту со старым курсом 4,86 доллара за фунт стерлингов.

     Политика «доступных денег» становится ответным ударом на данное решение.
Высокий курс британской валюты резко ограничивает экспорт из Великобритании и увеличивает импорт.

     Управляющий ФРБ Нью-Йорка Бенджамин Стронг, используя низкий курс доллара, решает «переместить» золото из Лондона в Нью-Йорк.
Оправдывая свои действия, он заявляет, что, таким образом, возможно стабилизировать международную финансовую систему, которая всё никак не может оправиться от Первой мировой войны.

     Значительная часть денег, предоставляемых банками для покупки акций, идёт не напрямую на фондовый рынок, а проходит через брокеров. За этим следует нескончаемый поток спекулятивных операций на данном рынке, что, в конце концов, приводит к коллапсу самого рынка ценных бумаг.

     Первая масштабная ликвидация позиций наступает 23 октября 1929 года. Капитализация рынка падает на несколько миллиардов долларов во многом за счёт путаницы с ценами. Они передаются из Нью-Йорка по всей стране через телеграф, который работает с отставанием на пару часов.

     Затем наступает «Чёрный четверг» 24 октября с колоссальными потерями от проданных акций.

     Ну и наконец, «Чёрный вторник» 29 октября становится началом практически непрерывного двухнедельного падения цен, что приводит к снижению капитализации примерно на треть от стоимости акций в сентябре.

     Из-за падения фондового рынка около 20-25 миллионов человек в США несут убытки.
 
     С этого начинается продолжительный экономический кризис в Соединенных Штатах, а затем и в других странах мира, который плавно спустя десять лет перейдёт во Вторую мировую войну.

     Кризис позже назовут Великой Депрессией (именно по отношению к США) из-за эмоционального состояния, в котором будет пребывать общество. Люди погрузятся в состояние длительного депрессивного оцепенения.

     Оливер Дэвис, потеряв работу и не зная, как прокормить семью, покончит жизнь самоубийством, сделав это весьма обычным способом для того времени: за последние гроши он снимет номер в отеле, где выпустит пулю себе в висок.

     Перед Глорией, матерью двоих детей, встанет задача, как выжить в это чудовищное  время. Женщина, чтобы не оказаться на улице с протянутой рукой вместе с детьми, с первых же дней отправится на поиски работы. Вместе с другими безработными она будет безуспешно штурмовать Центр занятости. Глория Дэвис без устали будет стучаться почти в каждую дверь, попадающуюся на её пути, пока, наконец, случайно не забредёт в небольшую частную киностудию.

     Киноиндустрия и игорный бизнес станут едва ли не единственными отраслями, сумевшими не просто устоять, но и разбогатеть в период мирового экономического кризиса. 

     Молодой женщине со спортивной подготовкой предложат работу каскадёром, за которую она ухватится без особых раздумий. Рискуя почти каждый день собственной жизнью, а следовательно и жизнью детей, Глория Дэвис будет хвататься за трюки любой сложности. Ей останется только молиться за собственную жизнь, перепрыгивая через обрывы, гоняя на диких лошадях, бросаясь в горящие помещения…

                ***

    Глория понимала, что не имеет права что-то выполнить плохо, не заработать денег и не накормить детей, даже не представляющих, какой ценой приходится их матери добывать кусок хлеба. Риск был слегка оправданным: платили хорошо. Помимо этого женщина была застрахована на огромную сумму, что позволило бы в случае её гибели детям протянуть какое-то время.

     Когда профессия каскадёра была освоена более чем прилично, Глории Дэвис поступило предложение из Голливуда.

     Дэвис не стала менять коней на переправе и отказалась от заманчивого предложения. Вплоть до окончания Второй мировой войны женщина проработала каскадёром и дублёром в той же небольшой киностудии.

     В сорок шестом году женщина ушла из киноиндустрии, поскольку несколько полученных травм явились серьёзным препятствием для продолжения данной деятельности.

     В сорок седьмом году на небосклоне американской литературы зажглась ещё одна звезда — звезда Глории Дэвис. Упомянутый автор всю свою литературную жизнь проработала под  настоящим именем.

     Пересматривая фильмы с собственным участием в качестве дублёра уже после войны, Глория не раз зажмурится от собственного безумия и бесстрашия. Она так и не сможет понять ту силу, которая толкала её так рисковать собственной жизнью.

                ЯНВАРЬ 2008 года

     Лететь оставалось не более часа. Наталья, дочитав книгу, отложила её в сторону.

— Ну что, дети, наша мама снова с нами! — не удержался от лёгкого сарказма глава семейства.
Потом, немного подумав, Виталий обратился к жене:
— Ты же жаловалась, что муть попалась, а не книга! А сейчас сидишь такая вся задумчивая...

     Наталья, посмотрев на мужа, задала тому вопрос:

— Вот скажи мне, Honey, если бы твой бизнес прогорел, и мы остались нищими на одних бобах, как бы ты себя повёл? Анкета открытая, вариантов ответа нет. А?

— Послушай, солнце моё… Моему бизнесу немало лет. Он давно уже пустил корни так, что ничего ему угрожать не может. И по твоим словам: у нас же есть ещё бобы! Будем ими питаться!  — весело балагурил супруг. — А чего это ты так разволновалась? Боишься, что придётся идти работать? Не бойся, милая, место моей женщины на кухне и в спальне, а не в офисе!

— Очень смешно, Виталий Александрович! Твоему бизнесу всего лишь девять лет, а это — мало. Кризисов ты ещё не нюхал в своей жизни. В 1998 году ты сладенько посапывал на маминой перине, пока некоторые товарищи  последствия дефолта разгребали. И потом, на дедушкины денежки очень легко было открыть бизнес! Тебе даже кредитоваться тогда не пришлось. Ладно, проехали!

— Дети, что это с нашей мамой? Больше книжек ей в руки не давать! Влад, иди и выбрось эту гадость! — обратился к сыну Виталий.
— Только попробуйте! Положите на место! — сердито возмутилась Наталья.

                ***

     Наташа Малаховская ещё в детстве на вопросы взрослых относительно будущей профессии бойко отвечала:

— Я не хочу работать на работе.

     Взрослые с недоумением глядели на девочку и подбрасывали очередной вопрос:

— А что же ты, Наташенька, будешь делать? Все люди ходят на работу, чтобы денежки зарабатывать. Так нужно, понимаешь?
— Понимаю, — уверенно отвечал ребёнок. — Я хочу быть хозяйкой. Буду дома работать: растить детей, готовить обед, поливать цветы, может быть собачку выгуливать…  А работать на работе будет мой муж.

     Взрослые слушали девочку и были уверены, что ребёнок просто пока что не знает, кем хочет стать.

     В десятом классе на вопрос учителей Наталья отвечала то же самое:

— Работать не планирую. Буду домохозяйкой.

Классный руководитель, улыбаясь, отвечала:

— Тогда тебе, Наталья, нужен муж-миллионер. Не всякий захочет содержать бездельницу дома.

     К шестнадцати годам Наталья уже точно знала, как ответить так, чтобы от неё отстали.

— Лидия Дмитриевна, мне жаль, что вам не повезло с мужем, и он вас отправил вкалывать за копейки в этот вертеп! Супруга нужно выбирать с умом!

Лидия Дмитриевна стала пунцовой от такой наглости и  самоуверенности. Женщина бросила в сердцах:

— Вот ты сначала выбери с умом мужа, а потом лет через пятнадцать на встрече с одноклассниками мы на тебя посмотрим. Без образования ты станешь неинтересной клушей у плиты, не забывай об этом!

— А с чего это вы взяли, что я буду без образования? Я после школы поступаю на мехмат и получу диплом. Так что вы не волнуйтесь! Я буду образованной домохозяйкой, а не клушей! — отбила подачу Наташа. — Или вы сомневаетесь, что я поступлю?
— Да нет, Наташенька, не сомневаюсь! Но зачем же занимать чьё-то место в университете, если потом работать не собираешься по выбранной специальности? — сердито произнесла Лидия Дмитриевна.
— Затем, что мозги мне нужны здоровые и развитые. Это нужно хотя бы для того, чтобы домашнее задание у собственных детей проверить. И учиться я буду платно, чтобы потом не распределили в такую же дыру, где вы убиваете лучшие годы жизни.
— Ладно, Наталья, пусть сбудутся твои мечты. Но не забывай, что цыплят по осени считают. А если твой миллионер прогорит или умрёт, то что будешь тогда делать без опыта работы? Куда подашься?
— Лидия Дмитриевна, я буду решать проблемы по мере их поступления.

     И Наталья на зависть подружкам и соседям осуществила свою мечту: вышла удачно замуж и стала домохозяйкой при обеспеченном супруге. Женщина занималась детьми, хозяйством, собой и второй половиной. В доме всегда было чисто и наготовлено. Дети находились под бдительным присмотром и успевали посетить двести кружков и секций, благо мама очень быстро передвигалась по городу на подаренном супругом джипе. А ещё вокруг дома рос прекрасный сад, который без помощи садовника превратился в рай на земле. Диплом инженера-математика спокойно себе пылился где-то в стопке документов и школьных фотографий.

     Наталья, к тому времени уже ставшая Зайцевой, неоднократно слышала краем уха в свой адрес:

— Счастливая Наташка! И за что ей это счастье бабское?! Живёт, как сыр в масле, на всем готовом! Ни дня не пришлось горбатиться, как нам, на заводе! Вот уж где несправедливость житейская: одним — всё, а другим — кукиш с маком! Везучая баба — ничего не скажешь!

                ***

     Уже через месяц после отдыха на Кубе как-то вечером Наталья бросилась к мужу с вопросом:

— Виталик, за двое суток мне раз пять позвонили из коммерческих банков и предлагали взять кредит на каких-то ну о-очень выгодных условиях! А также предлагали положить деньги на депозит. И желательно на большой срок: так выгоднее! С чего бы это?

— Малыш, работа у них такая собачья! Что натопают, то и полопают! Вот и обзванивают, чтобы свои копейки в конце месяца получить на карту. Они же на процентах, небось, сидят! — поглощая с явным удовольствием ужин, Виталий пытался объяснить причину поступления звонков.

— Но я у них никогда ничего не брала! Откуда у них мои данные?  И почему до сих пор подобного не было? Никогда мне не звонили, а на днях прямо так навязчиво… Я их чуть не послала по общеизвестному адресу! — возмущалась обычно спокойная Наталья.

— Натусь, ты хотела выбрать новую мебель для гостиной, вот и займись завтра делом! Да и шубу ты собиралась на следующий год в конце этой зимы покупать! — успокаивал Виталий супругу.

— Нет, Виталик, мы ничего не будем покупать: ни мебель, ни шубу! Мне неспокойно как-то! Я знаю, чем займусь завтра. А ты ешь на здоровье и не отвлекайся!

     На следующий день после того, как муж убыл по месту работы, а дети благополучно были доставлены в школу, Наталья позвонила подруге:

— Жанна, привет! Ты как-то говорила, что если я соберусь продавать свою квартиру старую, чтобы первым делом тебе позвонила. Вот звоню. Квартира после дорогого ремонта, поэтому скидок делать не буду.

                ***

“За 2008-2009 годы в качестве наиболее сдерживающих факторов развития строительного комплекса стали неопределённость экономической ситуации, высокий процент кредитных ресурсов и снижение спроса на строительную продукцию и услуги”.
               
                ВЫДЕРЖКИ ИЗ НОВОСТНОГО БЛОКА
               
     Учредитель и генеральный директор строительной компании  ООО “Монолит”  Виталий Александрович Зайцев впервые столкнётся лицом к лицу с ощутимыми экономическими проблемами летом 2008 года.

     В абсолютных величинах отметится снижение инвестиций как из привлечённых, так и из собственных средств. Незаметно увеличится процент за пользование коммерческими кредитами. Достраиваться будут в основном здания высокой степени готовности. Новые объекты практически не будут закладываться. Общая площадь возведённых зданий на протяжении 2008-2009 годов возымеет отрицательную динамику.

     Негативное влияние финансового кризиса станет очевидным  и при анализе такого показателя как объём работ, выполненных в отрасли.

     В “Монолите” под влиянием экономического кризиса сократятся объёмы строительства, уменьшится количество договоров строительного подряда и прочих контрактов. Резко сократится общая покупательная способность потребителей недвижимости. Для улучшения реализации построенных объектов компания “Монолит” начнёт снижать цены.

     В результате сокращения объёмов строительства снизится и деловая активность строительной организации. В следствие  этого резко падёт численность работников, задействованных на объектах, и среднемесячная номинальная заработная плата на предприятии. Интенсивный рост зарплат сменится их стабилизацией и дальнейшим снижением.

     Системный финансовый кризис отразится не только на снижении деловой активности, но и на рентабельности самой строительной организации. ООО “Монолит” постепенно станет приближаться к черте убыточности и остальным вытекающим из этого последствиям.

     Рост кредиторской задолженности, которая к концу 2008 года станет расти более высокими темпами чем дебиторская, выбьет окончательно почву из-под ног у собственника Виталия Зайцева. Сюда же следует добавить и износ основных производственных фондов, вложения в обновление которых резко сократятся.

     Таким образом, к концу 2008 года в связи с системным экономическим кризисом нехватка оборотных средств выйдет на первый план.

                ***

     Первое время супруг до ночи задерживался в “Монолите”. Затем всё чаще Виталий начал появляться только под утро. Наталья понимала, что причиной утренних приходов явились не женщины, а банальное пьянство в собственном рабочем кабинете.

     Однажды, получив конкретную взбучку от жены, Виталий Александрович сутки не выходил из комнаты. Жена приносила всё необходимое супругу, оставляла возле дивана  и закрывала дверь.

     Через пару дней ей позвонил заместитель и правая рука Виталия Александровича.

— Наташка, привет! Как там наш биг босс?
— Нормально, Гриша. А что в компании сейчас творится? — с ходу поинтересовалась Наталья.
— Долго объяснять. В общем, чего  звоню… Я ухожу на государственную службу. Наелся я этого коммерческого хлеба по самые гланды. Нужно будет доверенность, наверное, на тебя оформить…  Но это ты с юристом нашим побеседуй, пока она ещё не ушуршала. Виталик очухается, пусть наберёт меня. Всё, пока.
— В смысле пока? Гриша, постой! — только и успела выкрикнуть Наталья, но собеседник уже отсоединился.

     Приглашённый на дом доктор констатировал наличие у супруга депрессии. В связи с чем рекомендовано было вторую половину отправить на какой-нибудь хутор подальше от цивилизации, но при должном уходе. Под Кочерюпинском у Виталика в статусе вдовца проживал дед. 

     Носов Михаил Сергеевич достиг уже глубокого пенсионного возраста. Но при этом стариком он был крепким и от помощи своей дочери, Виталиной матери, отказался. Хотя та предлагала перебраться к ней в Москву.

     Наталья связалась с Михаилом Сергеевичем и рассказала, в какой терапии нуждается его внук. Также поинтересовалась, можно ли найти какую-нибудь сиделку для ухода за двумя мужчинами.

— Конечно, Наталья, вези Виталика ко мне. Мои нубийские козы его мигом поднимут на ноги. С удочкой посидим у канавы, глядишь и оклемается. Никакой нам сиделки не надо.

                ***

     Наталья Ивановна Зайцева осталась один на один с кризисом.  В течение недели она решала вопросы с отправкой на реабилитацию к деду своего супруга.

     Что касается Виталия Александровича, было бесполезно что-либо с ним обсуждать. Мужчина даже какое-то время мыться и бриться перестал.

     Поэтому сейчас ей самой нужно было что-то делать с разваливающейся на куски компанией. Юрист «Монолита», в отличие от Григория, не сбежала, а полностью просветила будущую хозяйку касательно дел фирмы и оформила все документы надлежащим образом.

     Деньги, полученные в результате продажи унаследованной квартиры, помогли решить вопросы с кредиторской задолженностью. Продав квартиру хотя бы на месяц позже, Наталья потеряла бы огромный кусок от суммы. Благодаря собственной интуиции, удалось избежать дополнительных потерь. Большая часть помещений фирмы были сданы в аренду. Для работы были оставлены несколько кабинетов, без которых было бы невозможно вести дела. Часть персонала была уволена в связи с неустойчивым финансовым положением компании.

     Для частичной занятости были приглашены несколько студентов с резвыми ногами, нуждающихся в подработке. Для ведения бухгалтерского учёта Наталья Ивановна пригласила двух ещё активных, незанятых пенсионерок.

     Также, сохранив все необходимые контактные данные, Зайцева попрощалась с рабочими. Распродав часть основных средств, Наталья Ивановна ни одного человека не оставила без выходного пособия. Женщина сохранила лишь одну бригаду толковых и надёжных отделочников, для которых удалось буквально выгрызть зубами тендер на проведение ремонтов в государственном секторе.

     Помимо этого, пришлось извлечь из кладовки некогда полученный диплом, смахнуть с него пыль и пойти преподавать основы высшей математики в государственный колледж связи.

     Виталий Александрович постепенно начал приходить в себя. 
Уже перед самым отъездом Виталика с Наташей в город дед попросил детей присесть на дорожку. На глазах старика появились слёзы.

— Дед ты чего? Успокойся! — начал утешать Михаила Сергеевича внук. — Давай к нам вместе с козами!
— Конечно с козами! Ваш внук их будет мыть, доить, расчёсывать! Он сам сказал, что всё это уже умеет делать! — добавила с иронией в голосе Наталья.

— Детки, хочу повиниться перед вами, — продолжил старик. — Помнишь, Виталик, сколько денег я на твой стартап вывалил? Думаю, помнишь! И кем работал твой дед, тоже знаешь! Я заправлял такой кормушкой, что вам и не снилось. А сколько у этой кормушки было прикормлено жирных гусей! Всем хватало, пока один известный комитетчик к власти не пришёл. Когда его на должность назначили, вот тут все пернатые и задрожали. Докатились до того, что пришлось поджечь театр, чтобы спрятать растраты в госбюджете.
Вот я своему внуку «сундучок с золотыми монетами» зарыл, а внуку худрука Кочерюпинского драматического театра уже некому было помочь. Твой бизнес, Виталик, был открыт на нечестно заработанные деньги. Ты сейчас расплатился за дедовские грехи, можно сказать.

— Ладно, дед! Следующий раз грешить можешь только с соседкой Акулиной. За другие грехи я уже не готов расплачиваться! — пошутил внук и обнял деда на прощание.

                ***

     В 2010 году со строительным бизнесом было полностью покончено. Деда в скором времени не стало. Нубийских коз забрал внук со своей супругой. С них, собственно, и начался новый этап в жизни Зайцевых.

     У семьи появилась агроусадьба “Зайкина лужайка”, пользующаяся огромным спросом у отдыхающих и приносящая хорошую прибыль. Может быть это связано с тем, что создана она была уже на деньги иного происхождения.