Профессиональная корректура

  Есть такое мнение, что необходим полный запрет на упоминание в текстах
  трех аспектов русской действительности: прошлого, будущего и настоящего...
 

— Алёна Викторовна, я к вам как к опытному редактору. Задумала любовный роман: богатый красавец, историк, едет в Венецию, встречает там трех сестер, соотечественниц… Интриги, сплетни, много юмора.
— Дело хорошее, пиши! У нас же суверенная демократия, никакой цензуры.
— Совсем никакой?
— Совсем. Но расслабляться, милочка, не советую. Определённые темы лучше не трогать.
— Какие?
— Ну, скажем, слова на букву «В».
— Боже упаси!
— И на «М» не надо — ты не Толстой, а ситуация сейчас, сама знаешь, зыбкая. Про новый закон, надеюсь, слышала? Про тех тварей, что живут вне традиций?
— У меня всё традиционно: один мужчина, три женщины...
— Ох, с женщинами осторожнее. Припишут тебе отклонения либо на букву «Ф», либо на букву «Л».
— В смысле?
— Ну, понимаешь, дорогая, бабы обычно много чепухи несут — редактору головная боль. Да и три бабы в одной комнате… это уже намёк на «то самое». Вычеркни их.
— Они же сестры, как у Чехова... Ладно, сосредоточусь на герое. Он историк…
— Историю сейчас вообще не трогай! Вдруг исказишь или, не дай бог, сравнишь что-то с чем-то? Прошлое столетие забудь как страшный сон.
— Так я же нциклопедию цитирую.
— В интернете сейчас такие энциклопедии — сразу на шесть статей УК наревешься. Не в ту струю попадёшь — пиши пропало.
— Хорошо, пусть будет автомеханик.
— Нельзя! Запчасти, санкции… зачем тебе этот геморрой?
— Тогда маляр. В наши дни.
— Сойдёт. Но ты говорила, там много юмора?
— Да, а что?
— Соображаешь? Либо «фейк» сочинишь, либо сочтут «дискредитацией». Сатира сегодня — это подстава. Шутки и сплетни сотри. О вирусе и власти — ни слова. Оставь это телевизору.
— О чём же писать? Фэнтези, что ли?
— Можно, но без западной чепухи. Без вампиров и колдунов. Запомни: слово «сказочный» сейчас хуже мата.
— А как же путешествия?
— Сколько угодно! Только пусть недружественные страны стороной обходят. И те, что в ООН против нас голосовали.
— А какие же остались?
— Пусть на родине путешествует. Так спокойнее. Но только не на юг!
— Понимаю.
— В Сибирь пусть едет. И не один, а то подозрительно — шпион или, не приведи господь, агент. Пусть едет в здоровой компании таких же маляров.
— Сибирь, маляры, рыбалка, баня…
— Баня?! Соображаешь? Там мужики голые одни сидят! С ума сошла?
— Ладно. Остаётся рыбалка. Культурная, без мата и критики властей. Америку хоть можно хотя бы дерьмом полить?
— Можно, но без употребления лишних терминов. Пусть лучше восторгаются. Не Америкой, а отечеством. Только без фамильярности. И религию не трогай, верующие нынче обидчивые.
— Записываю: компания маляров путешествует по светлой Сибири будущего. В комбинезонах ловят рыбу. Без баб и бань. Сдержанно, без мата и смеха, хвалят страну.
— И чтобы все русские были, а то национальный вопрос встанет… И возраст — под семьдесят. Чтобы не возникало мыслей, почему они не на сборах...
— А бухать-то им можно?
— Можно. Только без импортных лимонадов. Водка, квас и квашенная капуста.
— А как они туда добрались?
— Только не самолётом. С авиацией слышала, что творится? Лучше в слух не произносить. Пиши: поездом, потом на УАЗе.
— Алёна Викторовна, но я же хотела весёлый роман про Венецию!
— Какая Венеция? Это страна НАТО! Родину пусть любят. И времена совка пусть хвалят без фанатизма. Можно подумать, что раньше им лучше жилось.
— Может, хоть одну женщину оставим?
— Ну, разве что пожилую. И чтобы молчала.
— Немую, что ли? Старуху?
— Если молодая, у нее обязательно айфон, любовники, мессенджеры, зверюшки в картинках и прочее дерьмо. Поняла? Знаешь, как мы сделаем? Давай лучше это будет собака. Животных все любят.
— Подвожу итоги: престарелые маляры на рыбалке в Сибири будущего с собакой. Сухими фразами хвалят достижения страны. Но какие? Нефть трогать нельзя, про космос писать грустно…
— Давай так: радуются успехами в полярном судоходстве! Не прогадаешь.
— Спасибо, Алёна Викторовна! С меня коньяк.
— Твори спокойно, милочка! У нас же суверенная демократия.