Скажи мне, Господи, путь, в онь же пойду

"Мы безумны Христа ради,
а вы мудры во Христе" (1 Кор. 4, 10)

1. Правды на земле нет. Праведного человека нет ни одного. К такому выводу я пришел к окончанию школы. Смысла жизни нет, если не жить Богом. Есть только одна дорога - идти путем Евангелия. Более того, я увидел, что и внутри храма редко можно встретить человека праведного. Это я не проговаривал и не прокручивал в мыслях. Скорее это было моим внутренним убеждением. Это сейчас я могу ословесить.

2. Когда в 2016 году произошли потрясения моей жизни, я ни на секунду не задумался не продолжать. Точнее сказать - все годы моего служения при храме с 2008 по 2016 меня всегда поклевывали. И это нормально. Как дойти до Неба, если не будет того, кто шлифанет тебя? Как иметь острый карандаш, не имея точилки? Конечно, и тот, кто точит, проходит свое испытание. И ты, и он, и они. Все как-то ползут к Небу.

3. Меня поклевывали с детства. Сами родители. Меня поклевывали и в храме. Представьте себе, один священник до меня добрался даже в детском саду! Было это так. Однажды на Пасху воспитатели решили пригласить батюшку в группу. Когда он пришел, они, долго не думая, сказали ему, что я плохо себя веду. А он взял и отвел меня в сторону и что-то сказал мне. Надолго я это запомнил и долго обдумывал.

4. В семинарии я не мог просто что-то пропустить. "Что за отметина на мне?" - думал я иногда про себя. Меня все время замечают. "Надо быть чуть менее ярким" - наивно я иногда думал. Но лишь со временем я понял. Что это все была забота обо мне Бога. Бог постепенно готовил меня. Все шло по нарастающей. Временами я думал: "Неужели продыху не будет?" Так тяжело было иногда. Паузы были недолгими.

5. Конечно, праведных много. Я их просто не видел. Но у меня было твердое убеждение, что они есть. Именно поэтому спустя время главной книгой для меня станет "Старец Силуан" отца Софрония. И я получу через них спасение в буквальном смысле этого слова. Потому что именно рассказ о человеке, который однажды сказал Богу "Ты неумолим" перевернет меня, студента-третьекурсника-семинариста.

6. Когда меня выкинет из храмовой среды, я ни на секунду не подумаю пойти искать утешения от людей светских. Хотя были и такие, которые приходили и жали руки, приговаривая: "Наказали - значит, ты хорош". Я буду чувствовать яд похвалы. Внешне я буду улыбаться. Но внутри не приму ни одно из таких признаний в любви. Все это гниль, которая за секунду сотрет и уничтожит окончательно меня. Я это знаю с детства.

7. В семинарию я поеду, рубя хвосты и сжигая мосты. Дороги в мир не будет. Я по-настоящему закопаю свой аттестат медалиста. Меня, и правда, не будет привлекать там ничего. Поэтому имея несколько высших, после всех потрясений, я все равно не пойду строить светскую карьеру. Я не буду использовать свою историю как историю успеха. Чтобы не потерять Благодать Креста, мне нужно будет молчать и тихо идти дальше.

8. Кто однажды вкусил хотя бы Каплю Этого Небесного Напитка - Божественной Благодати, тот меня поймет. Кто хотя бы однажды благословил свои страдания как данные Отцом из заботы о нас, грешных и гордых, тот знает вкус этого Прекрасного Зелья. А если ты побыл в этом хотя бы 3 дня, ты никогда не променяешь этого ни на что иное. Впрочем, всякое бывает. И сильные ломаются. Это все же борьба.

9. С одной стороны, мне трудно сказать, почему я так себя начал вести. То есть ни дня не давал себе отсидеться. Откуда-то было понимание, что если хоть на час, хоть на день уступлю, то погибну. Я говорю "мне трудно сказать, почему я так себя начал вести" не для красного словца. Я абсолютно уверен, что это Господь. Не я. Сейчас я оборачиваюсь и понимаю, что, говоря простым языком, я бы просто спекся.

10. Многие моменты были пройдены именно так. Точка кипения всегда достигала максимума - и Господь приходил. Однако каждый раз мерка становилась все больше. Иногда было очень непросто. Конечно, подходят мысли, что хочется уже отдохнуть. Но я шучу на этот счет так: "Ровно через 15 минут после того, как ты совсем не можешь, приходит Господь, поэтому чтобы не было обидно, просто потерпи".

11. Конечно, иногда чуть-чуть побольше. Но когда ты плавишься, время уже течет иначе. Ты его воспринимаешь по-другому. Конечно, эти 15 мин - метафора. Но даже если и больше, спустя время, особенно если это года, ты спросишь себя строго: "И что? Ты хочешь сказать, что не мог потерпеть?" Вот и весь вопрос. "Претерпевший до конца спасется". Эту фразу Мама часто говорила. И это помогало и помогает.

12. Как теперь выясняется, у меня было всего лишь 8 лет. С осени 2008 до осени 2016. Кто бы знал! А я часто вспоминаю, как одни священнослужители мне говорили, что надо потерпеть 10 лет, и все можно будет делать спокойно, без ножей в спину. А другие говорили даже про 25. И вот Господь отвел мне лишь 8 лет. А я часто думал тогда "Я так устал. Отдохнуть бы". А теперь я, наоборот, рад и нисколько не жалею.

13. А я как-то от этого и отталкивался. Что если нет сопротивления. Если нет реакции. Если нет гнева и раздражения. Значит, я делаю просто лайфстайл. Делаю просто хорошие вещи. Не в полную силу. Как говорится, на расслабоне. Конечно, кто-то может подумать, что это клиника. Так все выворачивать и видеть. Но неужели мы можем отменять Евангелие? В этом выборе я однозначно стою на четких позициях.

14. Да, я понимаю, что сложно. Современному изнеженному человеку очень сложно без похвал. Без признания. Без хотя бы маленького спасиба. И тем труднее этот труд. Но дороже Бог и его подход. Можно немного нежности добавлять. Но превращать узкий путь в лакшери-турне смысла нет. Это просто не правда. Ты и сам выгоришь от фальши. И другие это очень быстро поймут. Дух остывает очень быстро. Очень.

15. Вот почему так быстро пустеют Храмы. А мы не замечаем. Мы пытаемся сделать все очень удобно. А люди редеют. В чем же сложность? И мы не можем узреть. Потому что за желанием все сделать приятно и удобно прячется желание сделать себе приятно. Быть довольным собой. Что вот так вот мы все хорошо делаем. А люди и не замечают того. В Храм становится ходить просто удобно. Но удобнее не ходить в итоге вообще.

16. И вот в какое время я начинал свое служение. За каждую произнесенную проповедь я получал если не выговор, то критику за спиной. Кажется: "Да что такого! Пусть говорит! Так ведь и правильно!" Но нет. Реакция была именно раздражительной. Я пишу это ни в коем случае, чтобы кого-то осудить. Если бы не было тех, кто реагировал, как бы я понял, что делаю для Бога? Что получаю "награду свою"?

17. Еще раз повторюсь. Хорошо, что так воспитали. Хорошо, что Господь готовил. Я не думаю, что я бы выдержал. На каждое не так произнесенное слово. На каждый немягкий взгляд. Я бы реагировал болезненно. Супруга вот многого не знала. Это не выходило далее моего сердца. Важно было запереть это внутри и перемолоть. Каждому своя порция. У всех она есть. Тот, кто молол меня, тоже бывал перемолот, я уверен.

18. В самом начале у меня было твердое ощущение, что начинать надо с самого начала. Простите за тавтологию. Нельзя начать с середины. Нельзя сесть в отъехавший поезд. Нельзя запрыгнуть во взлетевший самолет. Вот тебя рукоположили. Вот ты начал служить. Начинай и проповедовать. Начинай и сострадать кающимся. Начинай и поддерживать унывающих. Начинай и подрезать крылья возносящимся.

19. Конечно, временами хотелось отдохнуть. Но откуда-то во мне начала звучать очень хорошая фраза: "А дальше что?" Например. Вот посмотришь ты фильм, другой, третий, а дальше что? Вот прочтешь ты очередную книгу вместо внимания человеку, а дальше что? Вот съездишь ты хорошо отдохнуть, а дальше что? И ответ всегда был почти одинаковым. "А дальше ты развратишься окончательно и будет тебя не поймать".

20. Хотелось периодически житейского. Но как-то быстро проходили эти хотения. И однажды стало понятно, что все можно пересидеть. Немного потерпел - и проходит. А еще спустя время становится понятно, что, и правда, не надо человеку много. Достаточно малого. И правда, крошечкой всего можно насытиться. И нужно стараться приучать себя к этому. Иногда нужно передохнуть. Но чтобы соскучиться по голоду.

21.

Помолитесь обо мне, чтобы были силы писать все потихоньку.