Голос из далёкого детства. Тётя Маша

   Детство моё и юность прошли в столице Грузии, тёплом, солнечном Тбилиси, где было столько счастливых дней! Да, что там дней! Самые яркие, самые светлые воспоминания у меня связаны с этим городом. Здесь меня, маленькую, отвозили в детские ясли, детский сад. Тбилиси - это 11 лет учёбы в лучшей русской школе города, 5 незабываемых студенческих. Тбилиси - это чистая, светлая первая любовь. В Тбилиси я стала женой лучшего из мужчин и родила ему замечательных дочурок.

   Спустя несколько лет, мужа моего пригласили на работу в Армению, и мы, скрепя сердце, переехали в город Ереван. Трудно было оставлять родителей, друзей, любимый город. Конечно, мы скучали: перезванивались, переписывались, все праздники проводили в Тбилиси.

   В один из приездов судьба подарила мне короткую, случайную встречу, которую не могу забыть, хотя прошло много - много лет. Дело было летом. Приехали мы в Тбилиси, чтобы удалить гланды младшей дочери - второкласснице. Сделать это хотели у известного в городе врача, Зурабишвили, который в своё время удалил гланды и мне, и моему мужу.

   Пришли, договорились о дне операции и стоим с Викой на остановке в ожидании автобуса. Обращаю внимание на седую, аккуратно одетую пожилую женщину в очках, которая с доброй улыбкой смотрит в нашу сторону. Вика, беленькая, пухленькая, с пышным бантом, всегда обращала на себя внимание.
   Тут, смотрю, женщина направляется к нам, продолжая улыбаться. Подошла и обратилась ко мне:
 - Простите, вы Ната?
 - Да, - отвечаю я, ничего не понимая. - Но ...
 - Я узнала вас по вашей дочке, - не дав мне договорить, продолжила женщина.
   Стало понятно, что меня она знает. Но откуда, и почему я её не знаю? Мне хотелось спросить, но женщина снова заговорила:
 - Как мама, работает, здорова?
 - Да, спасибо, всё хорошо.

   Подошёл автобус, женщина засуетилась, извинилась и пошла к автобусу, сказав на ходу:
 - Маме привет передайте, скажите - от Марии Петровны.
   Автобус ушёл, а я стояла и жалела, что не успела ни о чём спросить.
   Приехали домой, мама велела мыть руки и садиться обедать. Сели и я говорю:
 - Мама, тебе провет от Марии Петровны.
 - А кто такая Мария Петровна?
   Рассказала я маме всё, она и говорит:
 - Боже мой... Мария Петровна... тётя Маша... Подожди, Наточка, подожди...
   Достаёт мама альбом и показывает фотографию, сделанную в детских яслях, в далёкие военные годы, на которой я сижу на коленях тёти Маши...
   Мама что - то говорит о том, какая добрая, ласковая и заботливая была тётя Маша, как любила детишек, а я сижу и думаю: какое должно быть у человека большое сердце, чтобы по прошествии стольких лет помнить имя и лицо ребёнка! А ведь шла война, и тёте Маше, как и всем, приходилось - ой, как нелегко! И скольких детишек она накормила, убаюкивала, обласкала...
   Как замечательно, что есть такие тёти Маши в нашей жизни.

  P.S. Та самая фотография: тётя Маша во втором ряду слева, в белой косынке, со
       мной на коленях.