На Березовой Гриве

Мы сидим на веранде, медленно, вкусно пьем чай, провожая августовский день. Ожидание скорого сна совсем нас разморило, и разговор становится вялым, прерывающимся. Лень все плотнее окутывает нас в свои мягкие и все-таки душные объятия, и уже не хочется не просто говорить, но и даже думать о чем-то...
– А поехали завтра за шиповником !– вдруг нарушает затянувшееся молчание муж.
– В степи шиповник. Не смеши меня,– сонным голосом отвечаю я.
– В степи! Шиповник! Завтра увидишь...
   Утром я и не вспомнила бы вчерашнее предложение мужа, если бы...если бы он не повторил свою просьбу...
   И вот мы в машине. Едем.
– Кстати, а куда мы едем?– запоздало интересуюсь я у мужа.
– На Березовую Гриву.
– Это что? Или кто? Это где вообще?
   Муж улыбается, но не спешит мне отвечать. Понимая, что вразумительного ответа  от него не дождусь, я смотрю на степь. Степи в августе уже не так живописны, как в середине лета. Пропадает сочная зелень трав, они блекнут, выцветают от беспощадного солнца, ведь нет ни единой возможности укрыться от его лучей. Но если приглядеться, еще можно увидеть и скромные степные цветы, и красиво завивающиеся неизвестные мне лианы, крепко обхватывающие стебли подсохшей, доживающей свое недолгий век травы. Изредка попадается одинокий ильм, широко и властно раскинувший свои ветви-руки.
   Кто думает, что заблудиться можно только в лесу, тот никогда не был в степях. Здесь можно запросто заблудиться, именно из-за неменяющегося пейзажа. Но муж–местный житель, и я надеюсь, он знает, куда мы едем.      Примерно через полчаса мы были у подножия холма. Обычный холм, мало чем отличающийся от своих соседей. Мы едем по едва заметной дороге, и вдруг перед нами предстает невиданная картина: ровно по центру холма густо, зелено, весело стоят березки, игриво шелестя листьями. Нет, не может быть. Я оборачиваюсь– вот она степь! А откуда здесь березняк? Выхожу из машины и почти проваливаюсь в мягкую влажную землю. Настоящая лесная земля. Посреди степи! Ну не может так быть! Три шага назад– и ты стоишь на твердой, иссушенной солнцем и ветром, степной земле, три шага вперед– и под ногами влажная лесная почва. Так не бывает! Но вот же, вот ! Муж наблюдает за моими исследованиями:
– Удивительно? Все удивляются, когда приезжают сюда. Как посреди степи, на холме появился этот березовый лесок? Словно волшебник взмахнул палочкой и сотворил этакое чудо. Говорят, даже из Москвы приезжали сюда ученые, брали какие-то пробы, но объяснить так ничего и не смогли.
– Удивительно,–соглашаюсь я. Хожу между березами. Да тут  и грибы есть! И, конечно, шиповник. Листья на нем посерели, стали тонкими, слабыми, и на их фоне красные плоды смотрятся особенно живописно.
– Есть еще одна странность у этого березняка,– продолжает муж.– Часто весной, когда горят степи, этот березовый лес полностью сгорает. Но на следующий год после пожара восстанавливается. Волшебный он что ли, неубиваемый.
  Мы долго ходим по лесу, вдыхаем ароматы, почти незнакомые степному жителю,  и от этого кажущиеся особенными и  очень приятными. Уезжать не хочется, но не оставаться же здесь ночевать?!
   Уже в степи я оборачиваюсь, чтобы еще раз посмотреть на березовый лесок. Только сейчас понимаю, почему называют это место Березовой Гривой: лес проходит по вершине холма, практически не спускаясь к его подножию, как грива у коня. А ветер, раскачивая березы, усиливает впечатление развевающейся гривы. Красиво.
   Что вы мне ни говорите, но только нерукотворная красота оставляет неизгладимые впечатления на всю жизнь.