Глава 3 Черная вдова

    Я вернулась из небольшого отпуска отдохнувшей и даже немного загорелой. И не торопилась пойти в офис. Поэтому, когда появилась у дверей кабинета Фрэда, в полуоткрытую дверь заметила красивую женщину, неопределенного возраста, сидящую на посетительском диванчике в небрежной позе. Та была в дорогом костюме и туфлях на каблуках. Сумочка из итальянской кожи висела на подлокотнике. Я прошла к себе и поняла, что посетительница пришла совсем недавно, так как магнитофон не был включен. Через коридор доносился голос посетительницы : «Я увидела вашу рекламу случайно, но поспешила приехать. Видите ли, с моего счета в банке пропала приличная сумма денег. Я не сразу заметила, потому что была в Италии. Служба безопасности провела свое расследование и предоставила отчет, из которого ясно, что деньги взял мой супруг».« Минуточку, как Вас зовут?» - Фрэд попытался прервать речь клиентки.

– Светлана Владимировна Беляева. Мы с мужем не расписаны, но у него было право распоряжения счетом. А сейчас он находится в коме, после инсульта. Вы сообщали в рекламе, что можете спросить, узнать или что-то такое. Короче, меня интересует, где деньги. У Вас там было условие - какая-то ювелирная вещь, принадлежащая объекту. Так вот его печатка.

- Еще минуточку, давайте заполним бланк заявки и договор.

Пока Фрэд углубился в составление документов, я еще раз заглянула в щель незакрытой двери. И остолбенела. Светка Беляева, та самая. Теперь-то я ее узнала, несмотря на прошедшее время с нашей последней встречи. Она что,меня преследует? Потом я вернулась в свое кресло и стала ждать. Вскоре появился Фрэд с заявкой и кольцом в руках: «Вот посмотри, что можно сделать». Я кивнула головой, прикрыла дверь и тихим голосом сказала : « Я бы тебе рекомендовала не смотреть этой клиентке в глаза, не пить с ней чай, кофе и другие напитки. Несмотря на ее привлекательность, она очень опасна для таких, как ты».

- Таких, как я? Каких это?

- Успешных, симпатичных и воспитанных. Я знаю ее. Сначала ты пьешь с ней вино, потом ты оказываешься с ней в постели, а потом она оказывается в твоей голове, твоем доме и твоей жизни. Это она разрушила мой второй брак. Мой бывший муж в коме. Объект - так она сказала? Наверное, высосала из него все, что могла. Я не хочу ей помогать.

- Аня, мы не можем ей так просто сейчас отказать. Мы уже подписали договор. Надо, хотя бы, что-то сделать.

- Хорошо, я попробую связаться с Алексеем. А ведь эту печатку я ему подарила, понимаешь?

Фрэд развел руками и вышел из кабинета. А я еще посидела, вспоминая, как я выбирала это кольцо на выставке камней, заехавшей в наш город. Выбирала долго, боялась ошибиться с размером, хотела сделать сюрприз. Сюрприз, я помню, удался, печатка села, как влитая. Даже не смог мне ее вернуть потом.

Я глубоко вздохнула и надела кольцо с белым агатом и тиару. Свет моргнул, и наступили сумерки. В сером мерцающем свете еле - еле разглядела силуэт мужчины, который сидел очень прямо, не смотря на мягкие подушки кресла за спиной. Руки лежали на коленях. Он, как будто, прислушивался. «Алексей, ты слышишь меня?» - начала я.

- Аня? Вот не ожидал услышать тебя так скоро.Но, все равно, очень рад.

- Так скоро? Ты что, ждал меня?

- Конечно. Я давно ждал тебя. Мне надо много тебе сказать, объяснить, и просить прощения. Подожди, не перебивай меня. А то я не успею. Когда все это случилось, я чувствовал себя очень плохо, как будто у меня отняли что-то без причины. Но потом, правда, все прошло. Вроде - отняли, а, вроде, взамен – дали, просто какой-то сказочный подарок. Светлана – она казалась мне богиней, доброй, щедрой, загадочной и очень сексуальной. Мне, почему то, начало думаться, что она и есть та женщина, которую я давно искал. Искал, а не замечал прямо под носом. Мы ведь из одного двора, если ты не знаешь. Про всех остальных, про тебя, про свою первую жену и дочку я даже не помнил, что вы были в моей жизни и что-то значили в ней. Как и не было вас. Я не помнил, как ты приходила кормить меня, когда я сидел под арестом у парней Михал Ивановича. Не помнил, что, когда с меня сняли все деньги и отняли машину, ты разрешила мне жить у себя и кормила меня. Что покупала мне одежду, потому что у меня не было ничего на смену. Я даже не помнил, как подал заявление на развод. Только, когда ты в суде начала что-то говорить и отказываться разводиться, у меня немного забрезжило в голове. Но все утухло после бутылки водки. Так потом и повелось. Водка решала проблемы с совестью. Выпил – и ни в чем не виноват, и даже начинаешь жалеть себя, почему то. Потом ты сказала, что уезжаешь к родителям. И снова что-то мелькнуло у меня в мозгу. Я даже, помнишь, после того, как ты собрала вещи и отправила их , привез тебе одеяло, потому что у тебя не было, чем укрыться в декабре, и ты спала под шубой. Как будто это совесть моя просыпалась после каких-то толчков, а потом снова, благополучно, засыпала. И когда ты уезжала, помнишь, я привел тебе перед поездом, он у тебя был поздно ночью, домой к родителям. Мне хотелось о тебе заботиться, но я не понимал почему. В голове были мысли, что я просто очень благородный, помогаю тебе, забочусь о тебе, как о хорошем человеке, дальней родственнице. А ты, наверное, воспринимала все это, как надежду? Да? Прости. Я, к тому времени, уже плотно завязался с ее отцом. Он был влиятельный человек в городе, очень обеспеченный. И, только по просьбе Светланы, сильно посодействовал развитию моего бизнеса. Пути назад у меня не было. Да я о нем и не думал. Я же – бизнесмен, сильный мужик. Ты уехала – и совесть тихо сидела или лежала, не знаю, в самом потаенном углу моей души. Но ты не сдавалась, приехала снова, продавать квартиру. Передала мне свои стихи. Помнишь?

«Я за собой сожгла мосты,

Наверно, для того , чтоб ты

Не смог вернуться.

Хочу очнуться,

Хочу взойти на мост другой,

Прости меня, мой дорогой,

Что наш то – углем кончился…

Любви так хочется!»

Я их перечитывал часто, и даже, признаюсь, плакал, пока Светлана не нашла и не сожгла твои листочки. Но я уже знал их наизусть. Ведь мне никто, кроме тебя, не посвящал стихов. Затем, твоя надежда разбилась в дребезги, и ты уехала окончательно. Потом, со временем, во мне что-то оборвалось. Ты, наверное, слышала, что у меня начались проблемы с глазами. Дальше - хуже. Сначала - глаза, потом давление. Стала жутко болеть голова. Это все нарастало, как снежный ком. А мне, всего-то, тридцать восемь. Бизнес потихоньку перешел к Светлане. Сначала она была просто замом, руководила, когда я лечился или лежал в больнице. А затем стала его полноправным владельцем и генеральным директором. Детей мы не завели. Почему-то не получалось, или кто-то не хотел. Зато ее дочь с мужем были пристроены на руководящих постах в бизнесе, теперь в ее бизнесе. А мою дочку, Яночку, ну ты ее знаешь, не разрешила устроить, даже бумаги выписывать на складе. Банковский счет стал полностью ее, я, лишь, только имел краткосрочную доверенность. Моих родителей она на дух не переносила. В гости не ходила, а мне устраивала истерики, каждый раз , как только я собирался к ним. Я всегда думал – почему, почему? Потом понял, не хотела, чтобы что-то вдруг пробуждало во мне воспоминания. Ведь родители то, не смотря ни на что, нашу с тобой свадебную фотографию не выбросили. Так и стояла она у них на комоде. Сначала, правда, убрали, но потом выставили демонстративно. То же, мне, мстители нашлись. Яночка вышла замуж и уехала из города. Мне нельзя было и с ней общаться. Отец заболел и умер. Так попрощаться и похоронить толком не дала. Денег с трудом выпросил. И это с моего-то бизнеса, который приносит неплохой доход. А я молчал и ничего не мог возразить. Как будто у меня ни силы, ни воли, ни силы воли, ничего нет. Потом - инсульт. И я, скорее всего, умру в ближайшее время. Потому что, не желаю обратно - к ней. Устал.

«Но хочу тебе перед своим бесславным концом - Алексей горько усмехнулся - сказать еще одну вещь. Эта тайна только для тебя. Я снял деньги с нашего счета и положил их на книжки на предъявителя. Для тебя и для мамы. Ведь ей теперь тоже некому помочь. Книжки эти находятся в сборнике рубаи Омара Хайяма, с желтой обложкой. Помнишь такой стоял у тебя в книжном шкафу. Я отправил его на свой домашний адрес курьером, чтобы никто не смог отследить мои перемещения. Пойди к нам домой и возьми свою. И прости меня, если сможешь. Светлане ничего не говори. Не надо». Внезапно, руки мужчины повисли, и он откинулся на спинку кресла.

Я молча сняла тиару и, глотая слезы, глядела в окно какое-то время. Потом позвонила по внутреннему телефону и сказала : «Скажите клиентке, что ничего не получилось. Ее муж только что умер».

На следующий день я уехала на похороны бывшего мужа. Было много народу на дорогих машинах. Вдова, в черном костюме, черной шляпе с вуалью и черных очках, стояла, поддерживаемая своей дочерью и ее мужем. Было такое ощущение, что в Италию она ездила как раз за траурным нарядом, который увидела на страницах модного журнала. Ни дать, ни взять, все проходит по сценарию похорон члена Коза-Ностры. Но это их дело. Пусть хоронят, как хотят. У богатых – свои причуды. После погребения, подошла к матери Алексея, и, взяв ее под руку, пошла рядом. Бывшая свекровь утирала слезы белым платочком. « Марина Васильевна, Вы пойдете на поминки? Говорят они будут в Парк-Отеле. Вон все, пришедшие пешком, собираются у автобуса. Или, может, мы с Вами помянем Алешу вдвоем?» - тихо спросила я. Та, глядя на меня покрасневшими глазами, проговорила: «Да, Анечка, пойдем. У меня и щи есть, и водочка. Не хочу я с ними. Пока сыночек жив был, так Света и сама не ходила к нам, и Лешу не пускала. Пусть теперь без меня и поминки проводит. А мы с тобой». В квартире родителей Алексея мы накрыли нехитрый стол, молча, выпили за упокой души и тихо поговорили. Марина Васильевна принесла упакованный в серую почтовую бумагу сверток.

- Вот, возьми. Леша позвонил незадолго до смерти, попросил, чтобы я тебе отдала, если придешь. А что там?

Я вскрыла бумагу.

- Омар Хайям, Марина Васильевна, и записка: « Уж лучше голодай, чем, что попало есть, и лучше будь один, чем вместе с кем попало».

Марина Васильевна кивнула головой и снова заплакала.

- Ну, ну, не плачьте. Вот вам подарок от сына, содержание на старости лет. И мой Вам совет, перепишите квартиру на Яну, она ведь ваша единственная внучка. А то Светлана Ваша много чего может испортить в Вашей жизни. А уж у внучки то, в другом городе… Куда Яна уехала, в Казань? До Казани, я думаю, ее руки не дотянутся. Давайте еще по рюмочке, и я пойду. У меня поезд скоро. Спасибо за все.

Позвонив с вокзала сыну в Севастополь, продиктовала ему инструкции. Улаживая свои дела, я снова не торопилась в офис. Но когда пришла, опять застала там Светку Беляеву. Та присела на краешек стола так, что юбка поднялась, открыв стройные загорелые ноги, и медленно говорила: « Я так понимаю, вы меня обманули в моих ожиданиях. И я требую хоть какой-то компенсации. Мне она полагается, я так думаю. Я привезла настоящее грузинское «Саперави» и хочу, чтобы мы его с вами выпили». Фрэд сидел в зеркальных очках и вежливо отвечал : « Нет, нет, Светлана Владимировна, устав нашего предприятия запрещает нам личные контакты с клиентами». Да что же это такое! Не успела эта гадина похоронить одного мужчину, как уже руки тянет к другому. Великий и могучий нецензурный язык родил во мне большое количество сочетаний. Решение пришло спонтанно. Я вошла в кабинет и, даже настраиваться не пришлось!!!, пальцем правой руки направила световую дорожку прямо на лакированную кожу итальянской сумочки. Кожа сначала потемнела, появился горелый запах и на клапане проявился небольшой кружок. Светка смотрела на нее сначала с удивлением, а потом со страхом.

- Этого мужчину я тебе не отдам, а еще раз здесь появишься, я нарисую такой же кружок прямо у тебя на лбу. Ты поняла меня?

Светлана Владимировна соскочила со стола и, схватив покалеченную сумку, выбежала их кабинета. Фрэд в зеркальных очках озадаченно смотрел на меня.

- Как и ты тоже? Откуда? Нет, не в смысле - ты откуда, а в смысле – откуда что берется?

Мне осталось только улыбнуться.

- Я попросила Элис, и она мне помогла, подсказала где, что искать и как делать. Я все сделала, как она сказала, потренировалась и вот результат. Считай, что я тебе сегодня жизнь спасла. А то предыдущий ее муж умер всего-то в тридцать восемь лет.

- От чего спасла? Да нет, понятно от чего.. А как она это делает?

- Я не знаю, наверное, в питье что-то подмешивает. Скорее всего, свою кровь. Поэтому, красное вино для этого самый подходящий напиток.

И я показала на бутылку «Саперави», стоящую на столе.

«А почему ты в таких странных очках?»- задала я встречный вопрос.

- Я подстраховался на всякий случай, зеркальные очки одел. Чтобы не смотреть глаза в глаза. Ты ведь меня предупредила.. А я всегда исполняю рекомендации умных женщин.

Позже, сидя на веранде, с открытым вином, цыпленком по-грузински в глиняной кеце и блюдом разнообразной зелени, мы болтали о чем-то и ни о чем. Потом я, от нахлынувших воспоминаний, начала: «Фрэд, знаешь, когда он от меня ушел к этой Свете, я хотела покончить с собой в какой то момент. Меня спасло вот это кольцо». И я показала кольцо с лазуритом на указательном пальце.

-Это кольцо и прабабушка. Она мне столько рассказала о своей семье, что я поняла, что никакие мужчины не могут меня заставить уйти в мир иной в борьбе за их внимание и любовь. Не хотите, и не надо, решила я. Я не могу вас заставить себя любить. Ни чем. И не собираюсь. Я такая, как есть, вся в комплекте со своими достоинствами и недостатками. Значит, нет пока того ценителя прекрасного. А теперь, как время показало, я легко отделалась. Могла бы тоже инсульт схлопотать. Мужчинам намного сложнее, оказывается, выходить победителем, делать хорошую мину при плохой игре. Женщины воспринимают победу, как, само собой разумеещееся. Мужчины - как подвиг и напряжение всех своих мышц, начиная от головы и до, ну ты меня понял. Что-то я говорю какую-то чушь сегодня. Вино, что ли, такое пьяное. Но я, правда, очень за тебя испугалась сегодня. Как будто, ты положил голову в пасть льва. А я этого льва заставила ее выплюнуть и уйти с манежа. Так что живи, наслаждайся вином и очень вкусным, кстати, цыпленком. Хорошей погодой и обществом прекрасной женщины, которая все не может замолчать. Останови меня. Я хотела с тобой поговорить еще о чем-то очень важном.

Фрэд присел рядом со мной на корточки, и, взяв за руку, предложил: «Прекрасная женщина, пойдем, прогуляемся до пруда. Ты успокоишься и покажешь мне эту свою новую способность. Мне очень любопытно еще раз на неё посмотреть. А то я, в панике, не совсем разглядел, как ты это делаешь».

Я, вздохнув, встала и пошла вглубь дома. «Ты куда? Озеро в другой стороне» - раздалось мне в след. Взяла приготовленную небольшую спортивную сумку и вышла. Фрэд стоял и курил, ожидая меня.

- Я решила еще и искупаться. Пусть вода смоет с меня весь сегодняшний негатив. Нет, душ не подойдет. Тебе тоже советую. Я взяла два полотенца, на всякий случай, если надумаешь.

Позже, искупавшись в прохладной воде, и, почувствовав обновление и легкость, с легкой улыбкой продемонстрировала Фрэду свое вновь приобретенное умение. Тому, эти скользящие из пальцев лучи, по-прежнему казались чудом, фокусом Копперфильда, никем не разгаданным. Но я не дала ему возможности долго размышлять об этом.

- Вот о чем я хотела с тобой поговорить. Твое предположение о фамильных тайнах, которые кто-то, где-то, хочет узнать, боюсь, будет пока все время упираться в войну. Ты готов к этому? А я не готова. И у меня возникло предложение. А что, если ты будешь разговаривать с мертвыми? Что значит - не можешь? Я же научилась светить пальцами. А ты еще и не пробовал. Давай попробуем, для начала увидишься с Элис. Что, так не честно? Почему не честно? Ты увидишься… Хорошо, попробуешь увидеться. А потом, если получится, начнешь свой бизнес в одиночку. Что-то я не вижу сумасшедших денег за то время, что мы сидим с тобой вдвоем в этом торговом центре. Ну Юленька Шварцман, ну Тимур Гатауллин что-то подбросили. И все, практически, съела аренда. Ну, конечно, на вино и цыпленка нам с тобой хватает. Только ты, ведь не об этом думал и мечтал, когда затевал все это. Вот прямо сейчас вернемся и попробуем. Тиару я тебе пожертвую, безвозмездно. Я размышляла долгое время о ней, читала литературу, и, наконец, меня озарило. Эта вещь принадлежала, изначально, настоятельнице монастыря Святой Бригитты - Софии. Только потом она подарила ее моей дальней прабабке Каролине на свадьбу. А тиара, с фиолетовыми аметистами, была своего рода антенной, для связи с Богом, космосом, как хочешь, назови. Так вот, не случайно, верхняя чакра человека - сахасрара излучает фиолетовый цвет. И это значит, что связь с верхними мирами может быть доступна тому, у кого есть соответствующая антенна, в нашем случае – тиара. Тебе осталось только ее надеть и соблюсти некоторые правила. Ты можешь смеяться, но я тебе сейчас показала, как объяснять просто сложные вещи. Так Элис советовала. Ну что, согласен? У тебя украшений Элис – целый сейф. Встречайся, советуйся… После рекламы, твой бизнес может зайти и у тебя дома, где-нибудь…. в квартире Бориса, например. Я там не была, но, думаю, что там все в порядке с интерьером и соответствующим антуражем. Короче, думай.. Идем назад медленно, а ты думай быстро.