Тося Часть 4

Тося  Часть 4

Москва  -  столица.
Сколько  фантазий  она  рисует  в  нашем  воображении.  И  сколько  разочарования  приносит  реальная  Москва.
Оказывается,  никто  нас  там  не  ждёт.  На  бирже  труда  ежедневно  крутится  тысячи  людей  поумней  нашего,  но  тоже  безрезультатно. 
По  профессии,  учителем  биологии,  работать  я  не  хотела.  Школу  ненавидела.   Нянчиться,  подтирать  чужую  грязь,  мыть  подъезды,  тоже  увольте.  Устроилась  в  салон  красоты  маникюршей.  Аж  на  другом  конце  города.  Уезжаю  засветло,  приезжаю  полумертвая  затемно.  Как  живёт  и  учится  мой  сын,  понятия  не  имею.  Год  пролетел  как  один  день,  ни  денег,  не  удовольствия,  ни  семьи.
Отпуск  решила  провести  у  сестры  в  Хельсинки.  Оказывается,  они  там  тоже  трудятся  как  проклятые.  Сестра,  посмотрев  на  меня,  увидела  себя,  выдохшую  предпринимательницу.  Подумав,  купила  мне  билет  на  круизный  корабль  до  Швеции.
-  Проветри  голову  на  морском  воздухе.
Закрывшись  в  маленькой  душной  каюте,  я  проспала  все  два  дня,  даже  в  Стокгольм  не  ходила.  На  палубу  вышла  только  на  по  возвращении  в  Хельсинки.  Не  причесанная  и  не  умытая,  смотрела  на  море,  когда  ко  мне  подошел  финский  мужчина.  Я,  смутившись  своего  растрепанного  вида  и  не  знания  языка,  написала  ему  номер  телефона  сестры  и  скрылась  в  безопасной  каюте. 
На  следующие  выходные  финн  позвонил  сестре  и  приехал  к  ним  в  гости.  Он  жил  в  городе  Турку.  Молод.  Симпатичен.  Спортивный  детский  тренер  по  хоккею.  Не  женат.  Детей  нет.
- Спала,  говоришь?  Ишь  какого  красавца  подцепила.  Отличная  фигура.  Любит  детей.  Посмотри,  как  он  ладит  с  твоим  сыном.  Великолепный  пример  мужчины.  Большая  редкость,  что  он  не  пьёт.  О  таких  мужчинах  мечтают  все  девки.  По - моему,  он  влюблён  в  тебя.
Хитро  улыбалась  сестра.
Ник  пригласил  меня  с  сыном  в  гости  на  неделю.  Всё  у  него  было  неплохо,  трёхкомнатная  квартира,  машина,  работа.  Но  испорченная  роскошью  прошлой  жизни,  я  мечтала  не  о  простоте.  Не  зная  языка,  я  тушевалась  и   делала  вид,  что  мне  не  интересно.   
Спортсмены  народ  упорный  и  финн,  узнав,  что  мы  с  сыном  возвращаемся  в  Россию,  решил  поехать  с  нами  в  Ессентуки.  Поехала  и  сестра.
-  Навещу  дядю  Серёжу,  хороший  он  мужик.  Мы  всю  жизнь  с  ним  дружим.  Жена  у  него  замечательная,  Шура.

Из  Хельсинки  до  С - Петербурга  долетели  быстро.  В  аэропорту  Пулково  шел  ремонт  и  чтобы  перейти  из  зоны  для  иностранцев  на  местную  российскую,  необходимо  было  пройти  несколько  сот  метров  по  улице,  вдоль  ям,  насыпей  и  перегородок.  Ни  указателей,  ни  дороги,  ни  тропинки.  Иностранцев  из  одного  конца  Пулково  в  другой  конец  Пулково,  вокруг  ремонтных  загородок,  за  хорошие  деньги  возили  таксисты.  Услышав  русскую  речь,  нас  везти  отказались.
-  Невыгодно  с  вами  связываться  за  копейки.
Мы,  со  смехом  и  руганью,  прошли  через  все  уличные  преграды  внутрь  того  же  аэропорта.  Пока  мы  пробирались,  объявили  посадку  на  Минеральные  Воды.
-  Чтоб  попасть  на  посадочный  терминал  необходимо  подняться  на  второй  этаж.  Чертовы  таксисты!  Столько  времени  потратили  на  эти  колдобины!
Ворчала  сестра. 
Все  лестницы  и  эскалаторы  наверх  оказались  перекрытыми.  На  весь  Пулково  работал  один  единственный  лифт.  В  него - то  мы  и  втиснулись.
-  Боже,  сколько  веков  этому  гробу! 
Лифт  застонал  и,  натужно  скрипя,  двинулся  короткими  рывками  наверх.
-  Если  закрыть  глаза,  создается  впечатление,  что  лифт  поднимается  из  глубин  средневековья.
Усмехнулась  сестра,  но  посмотрев  на  побелевшего  Ника,  замолкла.
-  У  меня  фобия  замкнутого  пространства.
Прошептал  он,  падая  в  обморок.
-  Какое  счастье,  что  тут  тесно.  Его  не  надо  даже  придерживать.
Опять  усмехнулась  сестра.
Лифт  был  рассчитан  на  двоих,  нас  было  четверо  и  три  чемодана.  Мы  были  безжалостно  сдавлены  теснотой. 
Вдруг  лифт  тряхнуло  и  он  остановился.  Между  этажами.  Кнопки  и  телефон  не  работали. 
-  Я  же  говорила,  что  лифт  из  потустороннего  мира.
Пыталась  шутить  сестра.
-  Типун  тебе  на  язык.
Обозлилась  я,  обнимая  плачущего  сына.  Финн  очнулся  и  стал  бить  кулаками  в  дверь.
-  Выпустите  меня!
-  Сколько  вас  там?
Услышали  мы  голос  Аида.
-  Есть  ли  у  вас  золотые  монеты,  чтобы  заплатить  за  выход  из  подземного  царства?
Почудилось  мне  или  он  и  вправду  это  спросил,  утверждать  не  буду.
-  У  нас  есть  пропуска  в  мир  людей.
Ответила  ему  сестра.   
Аид  открыл  дверь.  Мы  выползли  из  застрявшего  лифта  на  второй  этаж  и  помчались  на  посадку.  И  только  взлетев,  позволили  себе  расслабиться.   
-  Добро  пожаловать  в  аэропорт  города  Минеральные  Воды.
Возвестил  капитан  самолета,  мягко  приземлившись.  На  меня  с  сыном  никто  не  обратил  внимания.  Иноземцев  схватил  Цербер.

Позже  сестра  рассказывала.
Невысокого  роста,  жирный,  но  шустрый  таможенник  повел  нас  в  свой  кабинет.  Обливаясь  потом  и  непрестанно  вытираясь,  жестом  предложил  сесть.  Он  был  греком  и  его  русский  язык  был  чудовищен.
-  Предъявите  декларации.
-  Какие  декларации? 
-  О  наличии  или  отсутствия  оружия,  наркотиков  и  других  запрещенных  веществ. 
-  Мы  предъявляли  декларации  в  С - Петербурге.
-  А  теперь  предъявите  мне.
-  Стюардесса  нас  не  предупредила,  что  нужна  новая  декларация.
-  Без  декларации  я  вас  не  выпущу  в  предгорья  Кавказа.  Может  вы  шпионы  или  террористы,  оружие  везете. 
-  Что  вы  выдумываете!
-  Хотите  свободы,  платите  штраф.  По  двести  евро  с  каждого.
-  Вы  с  ума  сошли!  Откуда  такие  деньги  взять!
-  Это  ваша  проблема.
Мурыжил  он  нас  так  долго,  что  пришлось  отдать  кошельки.  Высыпав  на  стол  их  содержимое,  грек  сгрёб  в  трясущиеся  потные  руки  все  деньги  и  запихал  их  в  карман  своих  брюк. 
-  Маловато.  Но  держать  обойдется  дороже. 
Выставив  нас  за  дверь  после  бесцеремонного  ограбления,  он  предупредил. 
-  Готовьте  по  двести  евро  на  обратный  вылет,  иначе  куковать  тут  останетесь.
-  Паразит.  Далась  ему  эта  бумажка.
Буркнула  я  тихо,  чтобы  он  не  услышал.
Дядино  гостеприимство  смыло  рожу  вонючего  грека. 
Неделя  пролетела  быстро.  Приближаемся  к  таможне  Минеральных  вод. 
Имеет  ли  таможенник  право  просить  декларации  на  местных  рейсах,  мы  не  знали,  и  это  не  имело  значения.  Местный  аэропорт  крышевала  греческая  родня  толстяка,  потому  жаловаться  было  некому,  легче  сразу  выложить  деньги.  Но  мы  пошли  на  хитрость.  Меня  с  финном  подвезли  к  трапу  самолета  под  задними  сидениями  дядиной  машины,  прикрыв  сверху  пледами  и  одеялами.  Точно  мешки  с  наркотой.  Ник  не  понимал,  что  происходит  и  почему  нет  управы  на  наглого  таможенника.
-  Это  самая  дешевая  доставка  нас  к  самолету.  Считай,  что  в  русском  боевике  затянувшихся  девяностых  участвовал. 
Пожала  плечами  сестра.
Понимание  русского  характера  передается  только  по  наследству,  потому  иностранцам  объяснять  бесполезно.  Еще  Тютчев  говорил:  Умом  Россию  не  понять. 

После  их  отъезда,  я  выбросила  Ника  из  головы.  Улетели  и  слава  богу!
Так  или  иначе  жизнь  продолжалась.
Во  второй  раз  я  поехала  в  Финляндию,  когда  сестра,  отделившись  от  акционеров,  строила  себе  новую  клинику.  Пару  раз  я  наведалась  на  стройку,  походила  между  строительными  лесами.  Этого  хватило,  чтобы  меня  заметили  и  пригласили  на  свидание. 
Очередной  короткий  роман.
Но  не  нравились  мне  финские  мужчины,  не  умеющие  ухаживать  за  женщинами.  Ни  роз,  ни  ресторанов,  ни  шампанского.  Мне  хотелось  отношений  романтических,  как  раньше,  в  молодости.  Или:  дом  с  просторной  кухней,  сауна,  два  камина,  спортзал,  куча  комнат.  Огражденный  от  улицы  большой  двор.  Заполненный  едой  холодильник,  гости,  застолья,  чтобы  ощущения,  что  ты  находишься  в  чужой  стране,  не  возникало.
-  Не  хочу,  скучно  мне  с  ним.  В  квартире  у  него  все  старое!
-  Холостяк  он,  потому  и  в  квартире  неуютно.  Марафет  наводят  женщины.  Тут  капитализм,  а  не  русское  воровство  девяностых.  Деньги  с  неба  не  падают,  работать  надо.
Оправдывала  его  сестра.
-  Не  мой  тип!
-  Ну,  ну.
Вздыхала  Ната.
Виза  моя  закончилась  и  я  вернулась  в  Москву.  Работала  с  утра  до  вечера,  но  денег  едва  хватало,  чтобы  свести  концы  с  концами,  всё  уходило  на  аренду  жилья  и  дорогу,  оставалось  только  на  хлеб.  Без  масла.  Несмотря  на  все  тягости,  Москва  не  отпускала.  Но  переживая  о  будущем  сына,  я  все  же  переехала  в  мирную  Финляндию. 

13.02.2023
Хельсинки