Обратная сторона Вселенной. Прошлое и настоящее

Словно в пасти вихря, нас закрутило в стремительной спирали воздушного потока. Я судорожно зажмурился, боясь потерять сознание в этом головокружительном танце. И вот, в мгновение ока, всё стихло. Открыв глаза, я замер: предо мной предстала Земля, сияющая, как безупречный лазурный мрамор, окутанный едва заметной, призрачной газовой дымкой. Величественное зрелище дополняли три разноцветных эллипса – информационные поля, опоясывающие планету и пересекающиеся в самом её сердце.

Я вопросительно взглянул на Авгура.
– Это Земля, – подтвердил он мои мысли. – А эллипсы вокруг – информационные поля. Красный – прошлое, зелёный – настоящее, жёлтый – вероятное будущее. Ты выбрал эпоху? – спросил он.
– Даже не знаю, – неуверенно ответил я. – Так много хочется увидеть.
– Не будем терять времени. Смотри! – поторопил колдун, и в тот же миг нас ослепила алая вспышка.
Когда свет рассеялся, я оказался в кресле небольшого кинозала, рассчитанного от силы на дюжину зрителей. На экране возникло изображение двух людей. Первый, закованный в броню кольчуги, лишь правая рука, державшая небольшой мешочек, стянутый шнурком, оставалась свободной от металла. Второй облачён в белую рясу, подпоясанную кожаным ремнём, коричневое манто и большой белый капюшон, спадающий на плечи мягкими складками.

– Преподобный, – обратился рыцарь, протягивая священнику кисет, – достаточно ли этого, чтобы спасти мою душу?
– Вполне, – ответил тот, принимая мешочек и проворно пряча его под рясой. – Но в следующий раз принеси больше, ибо грехов твоих не счесть, и монахам приходится усерднее возносить молитвы…
– Типичная картина для средневековья, – произнёс Авгур, стоявший справа от меня. – Воины откупались от грехов, перекладывая молитвы на монахов, а сами продолжали сеять смерть во имя Господа. Даже любовь к женщине покупалась за звонкую монету у служителей церкви.

В следующее мгновение на экране появился мужчина в тёмном плаще, заколотом на правом плече полукруглой пряжкой. Его штаны облегали ноги, словно современные трико, а обувь щеголяла длинными, острыми носами. Напротив него, за простым деревянным столом, освещённым лишь одинокой свечой, восседал человек в белой рясе, широкополый капюшон которого скрывал лицо. Скудное освещение не позволяло рассмотреть детали, но меня больше занимал их разговор.
– Она публично оскорбила меня своим отказом, – гневно говорил человек в плаще. – Требую, чтобы вы повлияли на неё! Пусть она принесёт извинения и всенародно объявит о своей любви и готовности стать моей женой. – С этими словами он извлёк из-под плаща увесистый мешочек и со звоном водрузил его на стол.
– Я сделаю всё, что в моих силах, – заверил его человек в рясе. – Но если она не согласится?
– Пригрозите ей обвинением в колдовстве! – взревел посетитель. – Если и это не поможет – казните её! Я щедро заплачу за это.

– Вот видишь, – заключил Авгур, когда изображение исчезло. – Сами того не подозревая, многие монастыри и храмы оказывали и до сих пор оказывают услуги самому диаволу. Я могу показать тебе любую эпоху, и везде ты увидишь одно и то же. Бесконечные войны, насилие и прочие злодеяния нарушают заповеди, данные вам вашим богом, и чтобы хоть как-то «спасти» душу, служители культа уверяют, что требуются немалые усилия. Чем больше проходило времени, тем больше денег оседало в молельных домах, ведь у них якобы есть ключ от рая, а желающих туда попасть лишь прибавляется. Так у молитвы появилась цена. Вы, люди, настолько уверены в своей набожности, что перестаёте замечать очевидное…
Колдун внезапно замолчал и пристально посмотрел мне в глаза. На его лице не отражалось никаких эмоций, и я не мог понять, что он пытается этим сказать. Пауза затянулась, и когда я уже собрался нарушить молчание, Авгур неожиданно продолжил:
– Впредь прошу тебя не нарушать тишину. Она необходима мне, чтобы получить подтверждение на разглашение некоторых сведений. Ты же понимаешь, не всё подлежит огласке.

Я утвердительно кивнул.
– В каждой религии, – продолжал он, – есть слова, продиктованные диаволом, а вы их используете, вознося молитвы своему богу.
– Например? – спросил я.
– Попробуй догадаться сам, – хитро улыбнулся Авгур.
– Возможно, я бы и нашёл их, но это потребует времени, – ответил я.
– Ну хорошо, – снисходительно промолвил он. – Запоминай. Это самое распространённое слово. Его аббревиатура – Р.А.Б., что означает робость, апатия и безволие.
– Раб? – переспросил я.
– Именно, – подтвердил Авгур. – Теперь сам подумай, до кого доходят ваши молитвы, произнесённые с этим словом?
– Я не готов сейчас спорить на эту тему, – признался я. – Можно ли увидеть, кто диктовал священные писания?
– Нет, – категорично заявил Авгур. – Но я могу показать, как они писались впоследствии.
– Это неинтересно, – отмахнулся я. – Ни для кого не секрет, что сейчас в них осталось лишь десять-пятнадцать процентов от первоначального источника, а остальное дописывалось в угоду времени.
– Совершенно верно. А как тебе такая реальность? – продолжал он, и на экране замелькали кадры с влиятельными политическими деятелями современности.

Я увидел не менее дюжины персонажей, действовавших словно под копирку. Они посещали храмы и истово молились, а затем собирались в тайных обществах, закрытых для простых смертных, где принимали законы, угодные диаволу.
– Почему ты не показываешь мне тех, кто живёт по правилам, предписанным Богом? – спросил я.
– Хорошо, вот тебе пример, – нехотя проговорил колдун, махнув левой рукой.
На экране возник старец с обнажённым торсом. Он тщательно обматывал вокруг бёдер и ног прямоугольную полосу белой ткани, пропуская один конец между ног, создавая подобие узких шорт или коротких шаровар. Закончив, он безмолвно сел в позу лотоса. Спустя какое-то время в хижину вошёл мужчина в таком же одеянии, держа на руках заплаканного мальчика лет восьми с неестественно вывернутой ногой.
Старец поднялся, что-то прошептал и долго водил руками над больной ногой, не касаясь её. И на моих глазах нога выпрямилась, а мальчик перестал плакать. Так день за днём к старцу приходили люди со своими проблемами, и он помогал всем, после чего возвращался в позу лотоса и предавался долгой медитации. Однажды к целителю пришла умирающая женщина с двумя сыновьями лет пяти-шести. Он не смог помочь ей, но дал слово позаботиться о детях.

Картинки сменяли друг друга, и вот на экране появились двое юношей в длинных шароварах с небольшими узорами по краям. Они подошли к старцу и обратились к нему:
– Атхарваведа, мы выросли, а ты так и не рассказал нам, как ты обрёл свои способности.
– Всевышний наградил меня этим даром и указал путь, по которому я должен идти. Мои таланты появились не сразу, а лишь после долгих лет самосовершенствования. Я долго учился распознавать нужную энергию и избавляться от искушений.
– Когда ты начнёшь учить нас?
– Зачем? – поинтересовался старец.
– Чтобы лечить людей!
– Зачем?
– Когда мы научимся лечить, мы станем известными и богатыми!
– Хорошо, что вы говорите правду, – спокойно произнёс старец. – Если вы готовы пройти долгий путь, познать нужду и лишения, я смогу вас обучить.
– Мы не намерены так долго ждать, – последовал ответ.
– Тогда я ничем не могу вам помочь.
– Ты даже не представляешь, на что ты способен, – со злостью произнёс один из юношей. Он обошёл старца, накинул ему на шею верёвку и начал душить.
К моему изумлению, старец не сопротивлялся. Он посмотрел в глаза впереди стоящего молодого человека, вздохнул и испустил дух.
И вновь картинки замелькали одна за другой, показывая, как несостоявшиеся ученики провозгласили себя его преемниками. Они сожгли тело и поместили прах в глиняный сосуд. За деньги они стали «лечить» людей, а тем, кто желал обрести «долголетие», за золото позволяли прикоснуться к погребальной урне. По их словам, прах усопшего старца наполнял стенки кувшина жизненной энергией.

– Так было и будет всегда. Людьми движет алчность, и они устраняют любые преграды на своём пути, – заключил колдун. – Лишь единицы готовы соблюдать правила вашего бога, и даже они рано или поздно умирают. Вам всегда нужно всё и сразу.
- В моём окружении нет таких людей, - категорично заявил я.
- Видишь ли, — возразил он, — последователей тьмы гораздо больше, чем ты предполагаешь. Золото стало катализатором разрушения человечества. Взять хотя бы так называемых «врачей», которые за вознаграждение лишают жизни себе подобных.
-Но ведь есть и те, кто посвящает свою жизнь поиску лекарств от недугов, — возразил я.

- Возможно, – нехотя промолвил Авгур, – но лучше воочию узри.
 На экране возникла карта мира, испещренная алыми точками. Приблизив изображение, я увидел, что кровавые круги раскинулись почти в каждой стране, а в некоторых их скопилось по нескольку десятков.
- Это химические и биологические фабрики смерти, – с ехидной усмешкой продолжил колдун. – Тысячи учёных, словно упиваясь, творят вирусы, несущие погибель всему живому. Смотри, вот лаборатории, где выращивают комаров – переносчиков всякой заразы. Вот, – замелькали названия, – свиной грипп, ковид и прочие напасти.
- Неужели они не боятся попасть в ад? – тихо произнёс я.
- Погоня за материальными благами, — ухмыльнулся колдун, — омрачает их души. Они не задумываются о последствиях.

- Представляю, как они будут раскаиваться после смерти, — с печалью проронил я.
- Ошибаешься, — безапелляционно заявил Авгур. — Мы перехватим их души, и они станут отличными бесами в нашей армии.
- Есть ли у вас, – с надежной искренности, начал я, – секрет, которым вы могли бы поделиться? В каких странах больше всего служителей тьмы?
- Это не секрет, – проговорил он, и на экране вновь возникла карта Земли. Половина континентов утонула в чернильных пятнах, а две страны выделились зловещей чернотой. Четверть стран окрасились в серый, и лишь несколько десятков – в молочный.
- Я так понимаю, что тёмный цвет, - говорил я, со страхом в голосе, — это страны, где у власти стоят слуги диавола?
- Верно, – удовлетворенно кивнул он. – Демократия – наше самое совершенное творение, рождающее новые пороки и прислужников. Правители этих государств уверены в своей божественной избранности, и потому не задумываются о последствиях.

- И напоследок, — ехидно добавил Авгур, указывая на экран, где появился лидер одной влиятельной державы, совершающий некий ритуал. — Как говорится, и нашим, и вашим, — закончил он и замолчал.
Увиденное посеяло во мне сомнения. «Неужели весь мир основан на лжи? И всё, что мы делаем, служит лишь тёмным силам?» Ощущение беспомощности сменилось тяжестью на сердце. Холод пронзил разум, парализуя волю.
-Пора, — прошептал колдун. Он протянул ко мне руки, но в этот момент надо мной вспыхнул белый свет, и Авгур мгновенно исчез. Как только сияние вернуло мне свободу движений, колдун вновь материализовался, схватил меня за руку и утащил в открывшийся рядом портал.


Продолжение:http://proza.ru/2023/08/06/229