весь этот кайф 3

Легко было поддаться своим ощущениям, легко было согласиться гулять чаще, легко было ответить "да, давай встречаться". Легко было находиться в постоянной эйфории, Л. познакомил меня со своими друзьями, со своей семьей. Зимними вечерами он приходил ко мне в гости и на кухне мы сидели пили чай, иногда к нам приходила моя младшая сестра и мы разговаривали несколько часов. Он говорил "у тебя так уютно на кухне" на кухне и правда было уютно. Мне нравилась его мама, она была интересной женщиной, она говорила с сыном как с другом, в ее доме, на кухонном маленьком столе, всегда стоял заварочный чайник, в этом чайнике было много чайных пакетиков, она пила крепкую заварку и иногда предлагала мне "чифира". Я оставалась несколько раз ночевать у Л. Нам освобождали комнату, чтобы мы могли остаться наедине. Перед сном мы сидели на кухне, курили сигареты с его мамой, ей было на это все равно, хотя я слегка испытывала неловкость, мне до сих пор иногда неловко курить общаясь со взрослыми людьми. А ведь мне уже 24 года. Когда время уходило за двенадцать ночи, мы шли в темную комнату, он включал ночник, мы раздевались и ложились под одеяло вдвоем. Мне было так необычно спать с кем-то, просыпаться не одной. В этом что-то есть. Где-то в семь утра звенел мой будильник, я всеми силами избегала просыпаться вместе со всеми в этом доме, я не хотела находиться в утренней суете чужих для меня людей. Л. просыпался со мной и провожал до дома.
Находясь в постоянной эйфории, я все еще проявляла склонность к грусти. В такие моменты мне не хотелось выходить из дома, не хотелось после учебы идти гулять, общаться с людьми, мерзнуть на улице. В тот самый день, когда стало сложно, я осталась дома. Сначала мне написала Катя, я отказалась встретиться, потом позвонил Л., ему тоже отказала. Лежа на диване в своей комнате, мне позвонили
- да
- хватит киснуть дома, давай встретимся хотя бы на часик - это была Катя.
- да я сегодня не хочу, устала
- да ладно тебе, что у тебя случилось?
- ничего не случилось
На самом деле это была моя обычная меланхолия. Она начиналась постепенно, а закачивалась одним днем. В такие периоды я много сплю, сплю ночью, сплю днем на парах, сплю когда прихожу домой, вечером я пару часов занимаюсь чем-то, а ночью снова засыпаю. Мне все это не нравилось, но мой организм требовал все больше и больше и только усилия воли могли меня спасти от мелатониновых цунами.
- хотя знаешь, я уже приготовилась поспать, но мне так надоело это все, я выйду с тобой встретиться на полчаса.
- сооооняяя, я подойду к тебе
- хорошоооо
Через 15 минут мы стояли у мака и ждали свой кофе у окошка. Ей позвонил Л. Катя сказала что со мной. В трубке я услышала недовольное "да?". Он пришел к нам очень быстро, я его обняла, была рада его видеть, Катя сказала нам "милашки".
Вот так и началась наша первая в жизни ссора. Произошла она в переписке, он написал
- почему ты не захотела со мной видеться?
- в каком смысле?
- ты мне написала что устала и никуда не хочешь выходить сегодня, я был очень удивлен что ты была с Катей
- я решила встретиться с ней на полчаса
-  а в итоге мы пробыли вместе два часа
- и что с того?
- ты правда не понимаешь почему я на тебя злюсь?
- я правда не понимаю почему из-за этого надо злиться. я не могу встретиться с подругой? мне всегда нужно быть только с тобой?
- нет, но могла хотя бы написать
- ладно
- ладно
- спокойной ночи
- сладких снов
Настроение в говно. Наверное, в чем-то он и был прав. Оказалось, человеком он был слегка нервным, может немного недооценивающим себя. Возможно, он считал что другие лучше него, хотя мне так не казалось. Сейчас мне понятно, ему хотелось постоянной близости, а мне надо было ощущать свежий воздух. Он был постоянным, а я была ветреной, он хотел чего-то большего, а я игралась в отношения. Он воспринимал все серьезно, а я была несобранной. Мы с ним были 9 месяцев, все закончилось некрасиво. Я переспала с другим. Тогда мне казалось что он сам толкнул меня на это. Он ушел не успела я договорить, просто взял и ушел от маленького никчемного конфликта. Я это ненавижу, всегда можно договориться, я понимаю, кажется так легче, отойти в сторону, но в этот самый момент все во мне рвется, не остается ни любви, ни нежности, ни здравого смысла, только злость.