23. Глава Разговор в машине

   В машине Александр Михайлович спросил:
 -Почему свою идею не стал говорить на совещании?
 -Тут, не от недоверия. Рано, или поздно всё станет известно. Просто я решил так: скажу сначала тебе, а уж ты сам решишь, - ответил Иван, -да и не надо никому, пока, знать не надо о том, кто я. Ты и то меня «ваше сиятельство» назвал, а не дай Бог, дойдёт раньше времени до Сажина слух об этом, что тогда? Правильно немцы говорят: «Знают двое, знает свинья».
 -Ага, я, кажется, начинаю понимать. Ты хочешь своё происхождение в качестве козыря в разговоре с ним использовать?
 -Верно, только откладывать этот разговор нельзя. А планирую я поступить так: в пятницу, по окончании рабочей недели, поеду я домой к родителям. А уже в субботу пойду к куме. Посидим, выпьем, сделаю вид, что развезло и «подшофе» я обмолвлюсь ему кто я. А дальше будем смотреть.
 -Ну хорошо, а как ты пьяный пойдёшь домой?
 -Ты меня знаешь, я много могу выпить, просто стараюсь не злоупотреблять. А в данном случае, когда, возможно, моя жизнь будет висеть на волоске, тем более. Я постараюсь притвориться пьяным. Но вы, от самого его дома, до моего глаз чтобы с меня не спускали.
 -Ясно, теперь я понял тебя. Ну что же, шанс, конечно есть. Но есть нюанс: а если это не он?
 -Я тоже об этом думал, кстати говоря, пока тебя ждал, успел прочесть то, что ты мне дал. И, знаешь, Михалыч, обратил внимание на один интересный момент. Смотри у Синебрюхова, оказывается, на момент ареста была дочь Аглая, девчонка двенадцати лет. Пришло время и вышла она замуж за некоего Козлова, бывшего зэка. Жили они, жили, но, вот беда: где-то через год муж этой Аглаи умер при странных обстоятельствах: то ли несчастный случай по пьяному делу, то ли самоубийство. Ну Бог с ним умер и умер, однако дочку с женой он состряпать успел. Несчастная вдова погоревала-поплакала, замуж больше не вышла, дочку, которую назвала в честь бабушки воспитывала. И когда дочке исполнилось восемнадцать лет благополучно выдала её замуж за Петра Сажина. Вскоре дочка, отплатив маме чёрной неблагодарностью, уехала в город Иман, ныне Дальнереченск, Приморского края. А мама осталась в Магадане,  и дочка о ней как-то позабыла. Мама умерла в полной нищете, вот такая любовь бывает. И тут ещё раз какая-то странная смерть: Пётр Сажин был обнаружен на рельсах, поезд его переехал и опять непонятно что это было несчастный случай, или самоубийство. А вот тут закавыка и вышла: вместо дочери у Евдокии родился сын, Георгий Петрович Сажин. А появились они здесь незадолго до того, как мне уехать в область.
   Генерал выслушал Ивана, усмехнулся и сказал:
 -Да, дела… Кстати, а ты заметил, что мужья этих женщин умерли не совсем своей смертью? О Синебрюхове я не говорю, а вот остальные… Странно как-то. Так и хочется сказать «шерше ля фам», лично у меня возникло мнение, что дамочки, что покойные, что живая, что-то такое знают… Эх, доказательств нет, уж я бы дознался, я и не таких раскалывал.
 -Сдается мне, не получилось бы у тебя… Как я понял, Прохор Синебрюхов, знал что-то о своей жене, но не сдал её. А эти двое, возможно тоже что-то поняли о жёнах своих, не выдержали и покончили с собой. А вот сын… Как-никак кровное родство.
 -Пожалуй, ты прав, Иван. Думаю, надо будет изначально брать оборотня, а уж потом искать доказательства на его маму, иначе нам удачи не видать. А ещё я решил кое что переиграть, позвоню завтра Мухашеву, пусть в райцентр подъедет, решим каким образом будем осуществлять акцию прикрытия, а вот разговор с твоими земляками, пожалуй надо отменить. Чтобы подозреваемый не лёг на дно. А пока предлагаю по приезду в гостиницу принять по рюмашке коньячку и на боковую. Как говорится утро вечера мудренее. Ну и жди звонка в пятницу утром, к этому моменту как раз всё будет готово, все сети будут расставлены.
  Иван кивнул:
 -Согласен с тобой, ночь на дворе, все устали и мы с тобой тоже. На свежую голову легче думается, так что надо будет поспать. А Чижову я сам завтра позвоню, чтобы тебе голову он не снял. Ответственность возьму на себя.
 -Чижову, конечно, позвони. Только не надо ответственность на себя брать, это моя работа. И я обязан всё сделать так, чтобы ты остался жив.
 -Да я вроде помирать не собираюсь, скажу тебе по секрету, с Настей разговаривал, ребёнка она ждёт. И это однозначно мой ребёнок. Так что, знаешь молодую жену вдовой делать не хочется, а ещё не родившегося ребёнка сиротой, соответственно.
 -Боишься, значит?
 -Не боятся только дураки, а я опасаюсь.  Но, скажу тебе так: главное, чтобы мы сумели разобраться с этим делом. Вот тогда на душе легче будет.
 -Ну и правильно. А пока, давай закончим на сегодня, подъезжаем уже к гостинице. Надо отдохнуть, день, тяжёлый был.
 -А что ты хотел? Понедельник и вправду день тяжёлый.
 -Это точно.
   Мужчины приехали в гостиницу, поужинали, генерал отправился к себе отдыхать, а Иван ещё раз перечитал документы, выключил свет и вскоре уснул.

продолжениеhttp://proza.ru/2023/08/14/274