Россия. Лето. Автостоп - Глава III

Утро второго дня я встретил в Тверской области, но стартовал очень быстро. Уже через несколько минут после того, как за горизонтом скрылись «ночные охотники за зайцами» на «галстуке», меня подобрал мужчина, спешивший на работу. Раннее утро буднего дня — крайне удачное время для автостопа на региональных и местных дорожках. Люди едут на работу или в командировку, одни, а с утра очень хочется поговорить. Вечером, по моему опыту, берут куда менее охотно. Затем до поворота на Ростов (не тот, что на Дону, а Великий) меня подбросил бортовой ГАЗ-53 местного СПК. Здесь я простоял чуть дольше, успев насладиться теплом поднимавшегося солнца.
Здесь стоит вспомнить, как в 2012-ом году, летом, я неожиданно для самого себя решил прогуляться по Золотому Кольцу в роли трудника или батрака. Идея казалась мне очень интересной, но я никак не представлял себе насколько разной будет реакция людей на здорового работоспособного мужчину средних лет, который ходит по деревням и предлагает свои руки за еду, кров и истории. Пару раз даже пришлось пообщаться с местными правоохранителями, предъявить документы и объяснить, что я не бандит или мелкий воришка, а реально путешествую вот таким нетривиальным способом. Однако, людей реагировавших на меня положительно было куда больше.
Вообще, я давно заприметил прямую зависимость людского дружелюбия и удаленности от больших городов. Насколько подозрительны, мнительны и недоверчивы люди в той же Москве (без обид), настолько приветливы и гостеприимны они в глухом уголке Алапаевского района или придорожном кафе на окраине Котельнича. Это две отдельные истории. Давайте я расскажу, пока жду машину где-то в пяти километров от Углича.
На северном Урале я оказался в 2004-ом. Я как-то подсел тогда на форум сайта телекомпании «ВиД», в разделе передачи «Жди меня». Именно там, на этом форуме я случайно познакомился с женщиной, родом из Алапаевского района, которая рассказала как в начале 50-х годов прошлого века ее разлучили с сестрой. Им было по по пять лет. Волею судеб она оказалась в Эстонии, а вот сестру не видела и не знает о ее судьбе. Слово за слово, я вызвался помочь и летом 2004-го совершил свое первое длительное путешествие, крайне точкой которого стала деревня Болотовское в Алапаевском районе Свердловской области. До этой деревни я дошел уже пешком, так как там дорога уже только грунтовая и я даже не пытался голосовать. Зато отлично искупался в Тагиле и выпил несколько глотков минеральной воды прямо из трубы в чистом поле.
В Алапаевской администрации я выяснил примерный район, где мне следует начать свои поиски, а в Фоминском (если я правильно помню) женщина из сельской администрации, узнав цель моего приезда, тут же организовала мне жилье (абсолютно бесплатно). Я провел три прекрасных дня в большом деревенском доме, помогая хозяйке в домашних делах — пилил, колол и складывал дрова, носил воду из колодца, закинул сено на чердак над хлевом. Хозяйство — утром, а днем я ходил по окрестным деревушкам, расспрашивал, слушал. В итоге, я нашел следы потерянной сестры; узнал, что она уехала в Первоуральск немногим позже своей родственницы. Дальнейшие поиски я завершал уже по телефону из Санкт-Петербурга и надо отметить, что поиски эти увенчались успехом.
В том же походе случилась и история под Котельничем, где я зашел в придорожное кафе со своей стандартной просьбой о кипяточке, чтобы развести свой походный паек в большой банке из под кофе (крайне неудобная тара оказалась, по опыту — грелась сильно и плохо отмывалась). На улице тогда моросил противный дождик, смеркалось, машин было мало, да и видимость оставляла желать лучшего. Я спокойно уплетал свой бомж-пакет, смотрел телевизор, когда передо мной вдруг появились блюдце с тремя кусочками черного хлеба и тарелочка рассольника. Я немало удивился и скромно заметил, что мой бюджет не предполагает еды за деньги, на что получил ответ: «Нам что, супа для хорошего человека жалко. Кушай на здоровье». Я был настолько впечатлен вот таким непривычным для меня отношением, что в качестве благодарности решил сравнять счет хотя бы благодарственным стихотворением в Книге отзывов. В свою очередь, мой незатейливый стих впечатлил сердобольных женщин, работавших в кафе, и я получил нехилую порцию второго, чай с пирожком и ночлег в отдельной кабинке, где мне освободили место и поставили шесть стульев в ряд. Утром, проснувшись, я обнаружил на столе чай, яйцо под майонезом и еще один пирожок.
На следующий день чудеса человеческой доброты не закончились. Я оказался пассажиром «Бычка», который двигался из Тюмени до Ярославля со скоростью 40 км./ч, так как на задней оси были сорваны пара шпилек. Мы ехали целый день. Уже поздним вечером Михаил, так звали водителя, немного заплутал в Ярославле, но мы вместе с помощью карт и местных жителей благополучно достигли точки назначения. Когда я стал прощаться с Михаилом, благодаря его за рейс, он ничтоже сумняшеся предложил пересидеть ночь в машине, чтобы утром, спокойно, по солнцу выходить на дорогу. Более того, выдал мне денег и отправил в ближайший ларек за провиантом.
Вот эти случаи в моей практике автомобильных путешествий навсегда закрепили в моей голове одну, на мой взгляд, непоколебимую истину — мир действительно не без добрых людей. Позже меня не раз спрашивали: «А как быть, если никто не возьмет ?». На что я всегда уверенно отвечал — так не бывает. Всегда найдется добрый человек — через пять минут или через несколько часов, но он найдется. Найдется тот, кому нужен собеседник, кому просто интересно, кто не может оставить человека с рюкзаком на обочине дороги.
Второй день своего путешествия на Байкал я по большей части провел внутри Золотого Кольца, вдали от туристических маршрутов. Я побывал в Тейково, издалека видел храм Покрова на Нерли, проскочил мимо Суздаля и в районе пяти часов вечера оказался на окраине Владимира. Из Владимира в сторону Нижнего Новгорода я стартовал не один раз и знал, что от стелы этого города до удобной для голосования остановки в первом населенном пункте  на трассе — три-четыре километра пути по обочине сначала вниз с горы, а потом круто вверх. Никогда на этом месте не голосовал и всегда преодолевал этот участок пешком.
Часть пути от Владимира до Нижнего Новгорода мне запомнилась плохо. Скорее всего, я, как это бывало, задремал в кабине, а вот к вечеру я хорошо помню очень плотную пробку на объездной, когда мы пробивались в сторону выезда на Казань. Поздний вечер застал нас в Чувашии. Хорошо помню, что до столицы Татарстана я ехал на грузовике, который доставлял в «М-Видео» груз холодильников. Где-то в районе одиннадцати вечера водитель остановился, чтобы купить шикарных пирожков с повидлом — размером с ладонь и поразительным количеством вкуснейшей начинки.
Менее, чем через час нас остановили доблестные сотрудники ГИБДД республики Чувашия. Нет, они не спрашивали у водителя документы на машину, на груз или водительские права, нет. Они попросили... чего-нибудь поесть. Вот так, по-простому, по-человечески: «Мужики, есть чего пожрать ?». В итоге, наш груз пирожков был уполовинен, а работники дорожно-патрульной службы пожелали нам счастливого пути и отпустили с Богом. Что же, они тоже люди и тоже хотят есть. К слову, место, где находился их выездной пост действительно было достаточно глухое, магазинов поблизости (так чтоб пешочком прогуляться) нет, а служебной машиной, очевидно, это сделать нельзя — служба.
В Казань мы въехали где-то в пять-шесть утра.  Я снова обошелся без лагеря на ночь и начал уже подумывать о том, что палатку я взял зря. Нет, конечно, потом она не раз меня выручала и я не раз благодарил судьбу за то, что у меня есть такой легко возводимый домик на случай непогоды. За прошедший день я осознал насколько сложным будет мое путешествие — ведь я преодолел лишь тысячу с небольшим километров из планируемых тринадцати, а прошло уже два дня. Чувствовалась усталость, недосып, но зато почему-то крепла уверенность, что я справлюсь. Если в начале первого дня у меня были сомнения и даже прорывалось желание все отменить, то по мере удаления от родных мест вглубь нашей страны все сильнее было желание увидеть все, что планировал. Забегая вперед — я увидел куда больше, чем мог себе даже представить. И я совершенно не представляю, сколько еще я мог увидеть, но просмотрел.