21. В деньгах счастье. Роман. Криминальные Хроники

21.В деньгах счастье. Роман. Криминальные Хроники.
 Это  первый роман цикла  Криминальные  Хроники  его  полное  название: « Не в деньгах счастье,  а в их количестве». Ввиду   странного  правила  на  данном  сайте  связанного   с ограничением  знаков  в названии, пришлось  отредактировать его. Для  проза ру название   сократилось  до «В  деньгах  счастье». В первоисточнике романа  присутствует несколько  десятков   фотографий    мест  и  объектов,  описываемых  цикле. Но  из-за  усеченных  возможностей  сайта  их  пришлось  выкинуть. Но в  тексте остались  ссылки на  иллюстрации  по-этому приношу  извинения читателям.  Роман  написан  в 2012 году в городах  Хабаровске , Харине,  Циндао и Даляне.
Глава 7 вторая половина продолжение
12
 
   23 сентября. Китай, остров Хайнань, город Санья.
 
   После возращения от Ван Бао Дцина вся команда собралась у Вишневецкого. В номере было почти холодно, Евгений выставил на индикаторе кондиционера + 16. После страшной 45-градусной жары на улице, температура в номере начала  казалась очень холодной, а  через казалась райской.
   Роман развалился на второй кровати и пребывал в расслабленном состоянии. Он только вернулся из Циндао, где, наконец-то, добился успеха. Полоса неудач, преследовавшая его, кончилась.
   Вячеслав скромно устроился на стуле у письменного стола. Он также пребывал в прострации после часового общения с прелестной секретаршей старого Вана и был в мечтах, очень далеких от реального местонахождения, проигрывая в голове, как проведёт сегодняшний вечер в обществе госпожи Дэн Вэй, и какие есть перспективы продлить ужин до завтрака.
   Евгений и Виктор разместились в креслах за журнальным столиком.
   Вишневецкий дважды прослушал запись беседы.
   - Ну что, Виктор, похоже, вы его "сделали". Особенно сильный ход - книга стихов. Старик с годами становится сентиментальным, - Евгений был доволен.
   - Без вашей помощи я бы у него не продержался и трёх минут, - в голосе Смехова звучали благодарственные нотки.
   - Надеюсь, теперь понятно, зачем мы столько времени потратили на подготовку. Слава, расскажи, как прошла прогулка с секретаршей? - обратился Евгений к переводчику.
   - Прекрасная женщина! Умна, образована, красива, элегантна! Хорошо знает английский и русский. Господи, какая у неё фигура! - глаза Вячеслава горели восхищением. - Сегодня я с ней ужинаю. Шеф, мне бы аванс. Такая дама дорого стоит.
   - Я всегда знал, что у учителя Вана прекрасный вкус. Ты мне расскажи, как встреча прошла, о чём говорили? - Евгения интересовали подробности.
   - Она рассказывала о Китае, расспрашивала о Викторе. О том, где я учился, где живу, не хотел бы я переехать в КНР, - докладывал переводчик. - Говорила, что для такого специалиста, как я, всегда найдётся хорошая работа. Очень хвалила моё произношение, обещала переговорить со своим шефом. Мы договорились сегодня поужинать.
   - Слава, ты не понял, что тебя вербуют? Аванс дам, заслужил. Но ужинать ты с ней не пойдёшь, - возразил шеф. - К утру она раскрутит тебя на всю информацию, которой ты владеешь. И даже на то, о чём только догадываешься. Ты немедленно звонишь ей, извиняешься и говоришь, что Виктор остался доволен встречей. Делать ему в Санья больше нечего, он сходит с ума от жары, поэтому вы сегодня через три часа улетаете куда угодно, лишь бы температура была ниже + 20 градусов. Тебе невероятно жалко, но ты, человек подневольный. Надеешься при следующей встрече наверстать упущенное. Добавь, мол, сослаться на то, что билетов на самолёт нет, нельзя. Виктор сам через администрацию отеля купил их. Затем берёшь аванс и отправляешься снимать сексуальное напряжение с любым количеством проституток, по очереди или одновременно, на которое у тебя хватит здоровья.
   - Шеф, шеф, а я? Я тоже хочу снимать сексуальное напряжение, сколько хватит здоровья! Я тоже заслужил! - Роман вышел из анабиоза и решил вовремя присоединиться. - Рядом с Вячеславом, при его расшатанной психике, должен быть верный друг, который остановит его побег к прекрасной секретарше.
   - Да я разве против расслабления? Отдыхай, заслужил, - одобрил желание Романа Евгений. - Ну и присматривай, само собой. Вы, Виктор Викторович, как насчёт разврата и снятия стресса?
   - Да я-то всегда за девочек, я человек холостой на данный момент, в отличие от этих двух развратников. Что жёнам рассказывать будете? - смеялся он.
   - Шеф, а вам скольких подогнать? Или с нами в групповушке? - полюбопытствовал Роман, взявший на себя роль организатора так называемого "мероприятия".
   - Да нет, я уж два дня подожду, послезавтра Ирина подлетает к нам на недельку. Силы копить надо. Слава, ты не обижайся, но так надо. О Маше вспоминай, - с теплой улыбкой сказал Евгений.
   - Да я всё понимаю, но хочется очень, - вздохнул переводчик.
   - Евгений, вы обещали рассказать, что будем делать дальше. Как я понял, планы у вас изменились? - напомнил Смехов.
   - Когда мы планировали работу по "Аркаде", то не знали всего. Вернее, ничего не знали и не понимали. Выясняли по частям, пока не сложилась вся картинка. Полностью всё встало на место лишь при нашей последней поездке в Пекин. Ольгу готовили в качестве жертвы с самого начала. Она была нужна по двум причинам. Во-первых, как источник накопления первичного капитала. Деньги требовались для покрытия расходов на транспорт и выкуп на заводе части обуви. Вторая её роль - обеспечить официальность прихода в КНР долларов за отгруженный товар для соблюдения закона о валютном регулировании, - объяснял Вишневецкий, - ...Афёра построена на следующем. Завод работает на полную мощность. Служба контроля качества, состоящая из американцев, трудится в первую смену, во вторую и третью - стоят только китайские контролёры. Они проявляют чудеса зоркости, выбраковывают продукции в два раза больше, чем белые. Половина брака - продукция высшего качества. За полгода набирается до шести вагонов с товаром экстракласса. "Некондицию" можно пустить на внутренний рынок, в крайнем случае, продать в страны "третьего" мира. Цена такой пары обуви - не 150 долларов за пару, как продают в Европе, и не 50, как в Китае, а десятка. Это же брак, нужно хотя бы вернуть стоимость израсходованных материалов. Здесь всплывает "Аркада" и Учитель Ван. В Манчжурии организуется кража. Ольга получает вагон хлама, оплатив все издержки китайцев. Исчезнувшая на границе обувь перегружается в контейнеры и отправляется в адрес русской компании "Альфа" из Абакана, как полуфабрикат. Они, якобы получив заготовки, доводят их до кондиции и отгружают в Польшу, как товар высшего качества. В Лодзи распределяют кроссовки по всем остальным потребителям, с кем договорились директор завода и старик, с 5-процентной скидкой от заводской цены.
   ...Из Европы деньги через Гонконг идут в Китай на счета родственников и друзей авторов комбинации. Прибыль - 1000 процентов от вложенных даже не ими, а "Аркадой" денег. Таких доходов не даёт даже торговля оружием, только наркотики, но сомневаюсь, что и на них можно так хорошо заработать, ничего не вложив. Если сюда прибавить отсутствие риска, в отличие от наркобизнеса, вообще красота! На этой афёре участники получили 13  миллионов долларов, вложив миллион "Аркады", и тысяч 200  на хозяйственные нужды. После окончания акции миллион заплатили заводу за обувь, отгруженную без предоплаты "Новой Эре".
   - Понятно, но это всё в прошлом. Что теперь? - спросил Смехов.
   - Теперь самое интересное и начинается. Завод наклепал ещё шесть вагонов первоклассного брака, - продолжал Евгений. - Обувь сейчас готовят к отправке в Европу. Вот и всё! Наша задача - перехватить груз или деньги. И уже от нашего имени переправить в Европу. Сдать потребителям, которые его с нетерпением ждут. Получить от европейцев оплату на счёт в Гонконге или России. Будем смотреть по ситуации, что разумнее и безопаснее. Далее раствориться в туманном далёко.
   - Моя роль? - не унимался Смехов.
   - Основная роль, Виктор Викторович. Мы здесь, чтобы проверить качество товара и его количество. Проследить, как идёт отгрузка. Груз в России примут работники Бернштейна на имя "Альфы". Переадресуют покупателям в Европе. Потом придётся снимать деньги, но как - пока не решено, - пояснил Вишневецкий.
   Смехов подумал и спросил:
   - Если снимать в России, то всё понятно. Если здесь, то как будем действовать?
   - Это уже моя задача. Подготовкой этой части операции занимаюсь я сам, - ответил Вишневецкий.
   - Когда и как будем делить? - наконец, не выдержав, отбросив дипломатию, задал главный вопрос Виктор.
   Евгений непонимающе пожал плечами:
   - Как записали в договор.
   - Я так не согласен, - мгновенно среагировал Смехов.
   - Понятно. "Баба яга против!". Помните, в 80-х был такой мультик, к московской олимпиаде отсняли? Ну, ваше согласие или несогласие роли не играет. Ваше право сесть в самолёт и вылететь в Россию. Правда, у трапа вас будут ждать три команды. Рубайло, Семенюта и Пекун. Кто из них будет самым крутым и получит вас целиком, не знаю. Подозреваю, что все три ваших друга скооперируются и будут из вас делать промокашку сообща, объединив усилия. К счастью, я этого не увижу. Не люблю фильмы ужасов. А если вы каким-то чудом сможете уйти от трёх добрых молодцев, в жизни бываю разные чудеса, вас за мошенничество возьмут опера Перелётова. А Самуил Владимирович персонально вам организует срок по максиму, путём сложения, по новому Уголовному кодексу. У Перелётова на момент приезда сюда было пять заявлений на вас. Сегодня, скорее всего, уже штук двадцать наберется. Ну, и, понятно, денег вам я не дам, только билет до Хабаровска. Трупам деньги не нужны! Адвокат за счёт заведения, лучший в городе и области, - беззлобно пошутил Евгений. - Послезавтра суббота, и из Гуанчжоу есть самолёт в Россию. Да и люди Рубайло к прилёту как раз успеют.
   Наступила гробовая тишина. Роман с нескрываемым интересом следил за подавлением мятежа в команде. Вячеслав вышел из любовных грёз и с любопытством прислушивался к перепалке. Он жалел, что под любым предлогом не покинул собрание минут пять назад, меньше знаешь - крепче спишь. Он до конца так и не понял, на кого работает, кто главный, чем все заняты. Смехов добыл деньги, а тратит их и распоряжается Вишневецкий. В этом было что-то неправильное, ненормальное. Очень хотелось разобраться в ситуации.
   Смехов переваривал сказанное. Вишневецкий, выждав пару минут, ласково спросил:
   - Ну и как, молча делаем свою работу? Или продолжаем выступать? Посылать Славу за билетом в Россию?
   Смехов не сдавался, поняв, что сейчас он в безопасности, и в его услугах нуждаются, решил продолжить борьбу за деньги:
   - Если вы сделаете, как обещаете, меня убьют, это грех. Он будет на вашей совести.
   - Дорогой Виктор Викторович! Я атеист. И на божью кару мне плевать. На моей совести грехов много. Одним больше, одним меньше, какая разница! Более того, ни я, ни кто из моих сотрудников вас и пальцем не тронет, я даже не отдам приказа вас избить. То, что вас убьют те, кого вы обворовали, это их проблема. Их грех, не мой. Вообще-то, я совершаю преступление, пряча вас от праведного гнева ваших жертв и российского правосудия. Нет! Не хочу больше покрывать преступника! Катитесь домой, скатертью дорога!
   - Вы! Вы - демагог! Святой нашёлся! Да вы посмотрите, что творите! На это ещё и закона не придумали! - возмутился Смехов.
   - Вот здесь вы правы. Я не нарушаю по отдельности ни законы Китая, ни России, ни Гонконга. Пока такие операции действительно относятся к формально законным сделкам, - спокойно ответил Вишневецкий.
   - Как насчёт коррупции? Её тоже нет? - продолжал возмущаться Виктор.
   - На этот вопрос я смогу ответить, получив четкую формулировку, признанную в мире, что есть коррупция. И если и есть её признаки, то вам лично надо упасть мне в ноги и благодарить, что я имею к ней доступ. Иначе, ваше причинное место в отрезанном виде было бы воткнуто в анальное отверстие. Тело в таком неестественном виде, пешком, в бетонных сапогах, по дну большой реки двигалось бы в сторону Тихого океана. Судя по всему, такую прогулку вам очень хочется совершить. Могу помочь, - с обаятельной улыбкой добродушно пообещал Вишневецкий.
   - Ну, ничего себе, честность! Это же надо! У китайцев вы забираете шесть вагонов обуви. Что взамен? Да это же форменный бандитизм, - у Смехова проснулась совесть.
   - Стоп! Давайте разбираться. Бандитизм - это отъём ценностей с применением насилия. Китайцы сами передают нам груз, - убеждал Евгений. - Завод признаёт, что ошибочно в адрес вашего клиента, компании "Аркада", отправил вагон старой обуви, шедшей на утилизацию и повторную переработку. И в компенсацию своей ошибки передает доверенной компании своего контрагента в России, то есть организации "Альфа", для передачи компании "Бизнесклассик" шесть вагонов "некондиции" и заготовок, на сумму, точно соответствующую долгу и заявленным штрафным санкциям. Вот, сегодня Роман привёз акт сверки с заводом. Всё за подлинными подписями и печатями завода-производителя. Никакого криминала. Роман три раза туда мотался, прежде чем директора смог "укатать".
   Смехов, ничего не понимая, переводил изумлённый взгляд с Евгения на Романа и обратно, наконец, тупо уставился на предъявленный документ. Роман, очень довольный собой, полулежал на кровати и откровенно наслаждался удивлением Виктора, который ожидал услышать что угодно, только не то, что китайцы возвращают что-то добровольно.
   - Вы всё равно намного хуже меня, хоть и чистенькие, грамотные, слова умные произносите. Я всё гадал, что Ромка делает с нами в компании. Никак понять не мог. Роман, а директор-то жив? Сидеть в состоянии? Ты его как, утюгом или паяльником уламывал? Или головой в аквариум опускал. Или сына выкрал и на шантаже? А меня как убивать будешь? - продолжал истерику Смехов.
   Вишневецкий сделал Роману знак рукой молчать. Вячеслав встал. Осторожность пересилила любопытство. Не хотелось просто так попадать под раздачу в чужой драке:
   - Шеф, я пойду?
   - Сиди, Слава, и слушай внимательно, чтобы мне с тобой не пришлось вести такую же беседу. Фантазия разыграется, послушав этого деятеля. Вообразишь себе, чёрт знает, что. Виктор Викторович, вы мне начали надоедать! Зачем Роману вас убивать, достаточно в Россию доставить. Там стоит очередь из желающих с вами разобраться. Чем в Китае кончаются эксперименты иностранцев с применением силы по отношению к его гражданам, вы видели в Даляне. Похищение детей? В одиночку, иностранец, не владеющий китайским языком? Бред какой-то! Кто хуже, кто лучше - вопрос диалектический, спорный, как минимум, литра на три коньяка потянет. И всё равно однозначного ответа не получить. Да мне и безразлично. Хотите считать себя более порядочным, считайте, если вам от этого легче и приятней жить на свете. Уступаю, - сказал Евгений, махнув рукой.
   - Я плюну на деньги. Выйду из игры, у вас всё рухнет. Вся комбинация завязана на меня и мою компанию, - пригрозил Виктор Викторович. Это был его последний аргумент.
   - И здесь вы заблуждаетесь, - со спокойствием в голосе возразил Вишневецкий. - Так было, пока мы не поняли, что на самом деле происходит с "Аркадой". Сейчас, когда разобрались и сменили схему работы, это не так. Да, вы нужны, с вами многое получится проще. Исчезновение создаст некоторые проблемы, это верно. Но они разрешимы без вашего участия. Подписывая банковские карточки и заверяя их у нотариуса Бернштейна в мае, вы подписали и генеральную доверенность на управление "Бизнесклассиком", дали право подписи господину Мурашову Александру Александровичу. Помните? Так что в России вы нам и даром не нужны. Приёмку товара Слава и сам проведёт. В абаканской "Альфе" сидят люди Бернштейна, и ваша компания не шибко нужна. Банковские счета "Альфы" нами контролируются. Сработаем через них. Из четырёх ваших дел, принесенных по первоначальному плану, будет реализовываться только Чередниченко. Насчёт плеванья на деньги можно чуть подробней? Вы мне расписочку, своей рукой написанную: "На деньги плевал, заберите, подавитесь, проклятые. Отрекаюсь от презренного металла!", оставьте. Коллектив в этом вопросе вас и поймёт, и поддержит.
   - Тогда зачем я вам в Китае? Зачем спасали? Я для вас сейчас - один убыток. Долю давать собираетесь? Обманите потом! - устало спросил Смехов. В душе он понял, что проиграл.
   - Ну вот, наконец-то слова не мальчика, но мужа. Дошло. Да не нужны вы, по-хорошему. Хотя и для вас нашлась работа, вы с ней неплохо справляетесь. На вашем месте всё равно кто-то должен быть. Тогда почему не вы? У нас соглашение. Вы хоть и обманули нас с источником финансирования, и это очень плохо, совершили "гадский поступок", но свои обязательства выполнили. Вот и мы исполняем свои. Но если вы попробуете проявить самовольство, неповиновение и попытаетесь сорвать акцию, я, ни секунды не задумываясь, отдам вас вашим "друзьям", - пригрозил Евгений. - Надеюсь, это наш последний разговор на эту тему. Всё понятно?
   - Да, - обречённо кивнул головой поэт.
   - Вить, я ж тебя предупреждал, не брыкайся, тебе же хуже будет. Пошли в бар, коньячком стресс снимешь. К девочкам в таком состоянии идти не стоит, не встанет, - вступил в разговор Роман, молчавший до сих пор.
   - У меня всегда встаёт. Не пойду, нет денег. И не пью я алкоголь! - раздражённо ответил Смехов.
 
   
 
  Фото. Китайские девочки.
 
   - Это понятно, что ни денег, ни паспорта у тебя нет. Да и какой сумасшедший после такого выступления тебе их даст. Пошли, я угощаю! Славка, звони бабе, обламывай её быстренько. Мы тебя в баре ждём, - сказал напоследок Роман.
 
 
13
 
   24 сентября, Гонконг.
 
   Впервые попав в Китай, европеец поражается в ресторанных меню количеству предлагаемых блюд. Действительно, разнообразие большое, но вот можно ли их есть - вопрос второй. Великая китайская кухня - очередной миф планеты Земля. Считается, что китайские повара - едва ли не самые искусные в мире. В любом деле у всякого народа найдутся виртуозы. Так и в кулинарии Китая. Есть блестящие специалисты и очень вкусные оригинальные рецепты. Но в повседневной жизни, когда европеец живёт в стране год, два, три и употребляет пищу, приготовленную не виртуозом, а кухаркой из маленького ресторана за углом, всё становится намного грустнее. Обычно через пару месяцев начинает болеть желудок, а через год большинство иностранцев возвращаются к европейской кухне. Причина - исторические различия в развитии технологии приготовления еды востока и запада.
   Кухня Китая сформировалась в условиях двух очень серьёзных дефицитов, существовавших в течение многих столетий. Низкая урожайность, даже при возможности собирать два урожая в год, не позволяла досыта накормить население. Жители Поднебесной систематически испытывали нехватку всех продуктов питания. Речь не идёт о правящей элите. Как и у всех народов мира, правители Китая и их слуги - чиновники - никогда не голодали. Недостаток привел к преобладанию в диете компонентов растительного происхождения. На рецептуре приготовления это сказалось следующим образом - практически в каждом блюде стали использовать очень много различных растений. Для повышения вкусовых качеств разные растительные добавки вводились в небольших объемах, но в огромном разнообразии, в качестве же консерванта и для повышения калорийности использовали сахар.
   Второй дефицит - животный белок. Китайцы пытались заменить его белками рыб и моллюсками. Полноценной заменой мясу рыба быть не может. Необходимо и то, и другое. Недостаток продукции животноводства привёл к тому, что китайцы научились использовать в пищу 100% массы тела животного, исправляя вкусовые недостатки сахаром, перцем, прочими приправами. Многое из того, что в Китае используют в качестве мясного деликатеса, европейцы выбрасывают, как совершенно несъедобные продукты. Большинство населения традиционно отдаёт предпочтение максимально жирным частям туши животных и птиц - там выше калорийность.
   За редчайшим исключением, вроде "утки по-пекински", у продуктов, используемых в любом рецепте, не выделяется вкус, он есть у блюда в целом. Двадцать лет назад власти КНР впервые за несколько столетий смогли досыта накормить нацию. Обилие продовольствия вдохнуло второе дыхание в китайскую кухню. Но прошли годы, технологии и меню всё более унифицировались. Сейчас все больше используют полуфабрикаты заводского производства и замороженные продукты, теряется оригинальность. Импульс развития иссякает.
   Недостаток продовольствия, и мяса в особенности, является основной причиной низкого роста китайцев. В течение последних двадцати лет нация получает достаточно продуктов питания, в изобилии белки животного происхождения. Жители страны стали меняться на глазах. Увеличился рост, происходят перемены в пропорции тела, улучшилось зрение, укрепились зубы. Это хорошо видно на молодых горожанах, нормально питающихся уже во втором поколении. Лет через тридцать, если тенденции развития и темпы увеличения благосостояния народа не изменятся, среднестатистический китаец станет выше отца и деда сантиметров на пятнадцать.
 
   Команда Вишневецкого перебралась в Гонконг. На следующий день к ним присоединились Бернштейн и жена Вишневецкого Ирина, прилетевшие из России рейсом Хабаровск - Сеул - Гонконг. Разместились в гостинице "Интерконтинентал". Дорого, но с комфортом. Ресторан при отеле с первого раза подкупил Евгения великолепным европейским меню. Такая кухня - редкость даже в очень хороших гостиницах. Огромный любитель поесть, он был приятно удивлен изобилием и разнообразием блюд, выставленных на стол. Десятки мясных закусок и сыров, любимый "Рокфор" с таким бесподобным ароматом, что рот у него сразу переполнился слюной. Большинство окружающих не могут оценить изысканный вкус этого сказочного продукта и начинают искать, что из несвежей еды лежит у них в тарелке. Раньше Вишневецкий всегда держал дома "Рокфор" или какой-нибудь другой сыр с плесенью. Его супруга за два десятка лет совместной жизни так и не смогла понять достоинств этого деликатеса и смириться, что данный продукт едят, сидя с ней за одним столом. Даже нахождение его в домашнем холодильнике в герметично запечатанном виде первые десятилетия вызывало бурные и продолжительные протесты. Евгений был вынужден уступить капризу жены. Он употреблял "Рокфор" только в одиночку, обычно, когда Ирины не было дома. Не чаще раза в квартал. И после этого обязательно проветривал квартиру. Если он хотел подразнить жену, то стоило ему начать чисто теоретически рассуждать о том, что он собирается поесть "Рокфор", и какой это прекрасный продукт, чтобы она пришла в ярость. И если он вовремя не замолкал, ярость грозила перейти в конфликт, вне зависимости от того, ел он сыр или нет. "Ах, ты принёс эту гадость в дом, так ещё и дразнишься!" В "Интерконтинентале" подавался только настоящий, самый ароматный "Рокфор", никаких дешёвых подделок, никаких голубых сыров, сотворенных по ускоренной технологии.
 
   
 
 Фото.  Старый Интерконтиненталь.
 
   Вторым достоинством отеля было его местонахождение. Гостиница располагалась в районе Кунь Лунь, в километре от Набережной звёзд, рядом с лодочной пристанью. Из него за 20 минут можно было легко попасть в любую часть Гонконга, что весьма важно при вечных пробках в городе и запутанной транспортной системе. Номера были обычными стандартными. Тесно и сравнительно чисто. При его габаритах, Евгению не хватало места почти в любых гостиницах, за исключением, разве что, даляньского "Хилтона", где размеры комнат в полтора раза больше обычных. Поэтому, не обращая внимания на это маленькое неудобство, он всегда старался останавливаться в "Интерконтинентале", когда приезжал в Гонконг.
   Если в материковом Китае работали, в основном, Роман, Вячеслав и Смехов, то в Гонконге главную партию исполнял Вишневецкий. Работа, на первый взгляд, простая. Купить в Гонконге пару компаний, открыть счета в банках и оформить удаленный доступ для управления средствами. Но ряд дополнительных условий усложнял задачу.
   Компании должны быть зарегистрированы по чужим документам, иметь практически идентичные названия. Кроме того, разница в названии для китайца должна выглядеть, на первый взгляд, как ошибка перевода. Счета новых фирм должны быть открыты на вымышленное имя. Наконец, самое сложное, возможно, и неисполнимое - счета нужно открыты практически одновременно в одном и том же отделении банка. Иначе они будут очень сильно отличаться друг от друга по комбинации последних цифр. С этим мог справиться только сам Вишневецкий.
   В честь прилёта жены Евгений поселился в люксе. Он страшно соскучился по своей супруге. Привык находиться в постоянном контакте с ней - и физическом, и эмоциональном. Разлука доставляла ему дискомфорт. Он не был ни ханжой, ни монахом, периодическое пользование проститутками считал полезным и необходимым делом. Видя любую смазливую девицу, он мысленно в течение пары секунд грешил с ней самым извращённым способам. Затем сравнивал потенциальную любовницу с женой и приходил к однозначному выводу, что не стоит.
   Он прекрасно видел и осознавал все недостатки жены, но любил её. Она стала его неотъемлемой частью. Он относился к ней по следующему принципу - "Если я знаю, что я не очень красив - и толст, и лыс, - то я осознаю свои дефекты. Любить себя самого от этого осознания меньше не буду. Мое Солнышко - моя составная часть. Поэтому я люблю её как самого себя. Себя же люблю очень сильно".
 
   
 
  Фото. Зал прилёта аэропорт Гонконга.
 
   Евгений поехал в аэропорт встречать жену и компаньона. В 18:10 должен был приземлиться борт из Сеула. Было очень многолюдно, самолет задерживался из-за погодных условий. Вишневецкий стоял в толпе встречающих у самого входа в зал прилета. Наконец он увидел, как ему навстречу движутся двое. Мужчина лет около пятидесяти, с чемоданом "мечта оккупанта" на колёсиках таких размеров, что в него без проблем можно было сложить, не расчленяя и не сгибая, самого владельца. Это был Бернштейн. И стройная моложавая женщина, невероятно элегантная и уверенная в себе. Бежевый хлопчатобумажный брючный костюм сидел на ней безукоризненно, несмотря на 10-часовой перелёт с пересадкой в Республике Корея. Супруга Евгения была Женщиной с большой буквы, Прекрасной Дамой при любых обстоятельствах. Женщиной и любовницей, а только потом женой, работником, матерью, домохозяйкой, музыкантом. Она несла свет и любовь выбранному ею самцу, которого постепенно, медленно, но верно превращала в человека.
   - Как я люблю тебя, я очень соскучился. Ты самая красивая! - бросился Евгений к жене.
 
 
 
21.В деньгах счастье. Роман. Криминальные Хроники.
 Это  первый роман цикла  Криминальные  Хроники  его  полное  название: « Не в деньгах счастье,  а в их количестве». Ввиду   странного  правила  на  данном  сайте  связанного   с ограничением  знаков  в названии, пришлось  отредактировать его. Для  проза ру название   сократилось  до «В  деньгах  счастье». В первоисточнике романа  присутствует несколько  десятков   фотографий    мест  и  объектов,  описываемых  цикле. Но  из-за  усеченных  возможностей  сайта  их  пришлось  выкинуть. Но в  тексте остались  ссылки на  иллюстрации  по-этому приношу  извинения читателям.  Роман  написан  в 2012 году в городах  Хабаровске , Харине,  Циндао и Даляне.
Глава 7 вторая половина продолжение
12
 
   23 сентября. Китай, остров Хайнань, город Санья.
 
   После возращения от Ван Бао Дцина вся команда собралась у Вишневецкого. В номере было почти холодно, Евгений выставил на индикаторе кондиционера + 16. После страшной 45-градусной жары на улице, температура в номере начала  казалась очень холодной, а  через казалась райской.
   Роман развалился на второй кровати и пребывал в расслабленном состоянии. Он только вернулся из Циндао, где, наконец-то, добился успеха. Полоса неудач, преследовавшая его, кончилась.
   Вячеслав скромно устроился на стуле у письменного стола. Он также пребывал в прострации после часового общения с прелестной секретаршей старого Вана и был в мечтах, очень далеких от реального местонахождения, проигрывая в голове, как проведёт сегодняшний вечер в обществе госпожи Дэн Вэй, и какие есть перспективы продлить ужин до завтрака.
   Евгений и Виктор разместились в креслах за журнальным столиком.
   Вишневецкий дважды прослушал запись беседы.
   - Ну что, Виктор, похоже, вы его "сделали". Особенно сильный ход - книга стихов. Старик с годами становится сентиментальным, - Евгений был доволен.
   - Без вашей помощи я бы у него не продержался и трёх минут, - в голосе Смехова звучали благодарственные нотки.
   - Надеюсь, теперь понятно, зачем мы столько времени потратили на подготовку. Слава, расскажи, как прошла прогулка с секретаршей? - обратился Евгений к переводчику.
   - Прекрасная женщина! Умна, образована, красива, элегантна! Хорошо знает английский и русский. Господи, какая у неё фигура! - глаза Вячеслава горели восхищением. - Сегодня я с ней ужинаю. Шеф, мне бы аванс. Такая дама дорого стоит.
   - Я всегда знал, что у учителя Вана прекрасный вкус. Ты мне расскажи, как встреча прошла, о чём говорили? - Евгения интересовали подробности.
   - Она рассказывала о Китае, расспрашивала о Викторе. О том, где я учился, где живу, не хотел бы я переехать в КНР, - докладывал переводчик. - Говорила, что для такого специалиста, как я, всегда найдётся хорошая работа. Очень хвалила моё произношение, обещала переговорить со своим шефом. Мы договорились сегодня поужинать.
   - Слава, ты не понял, что тебя вербуют? Аванс дам, заслужил. Но ужинать ты с ней не пойдёшь, - возразил шеф. - К утру она раскрутит тебя на всю информацию, которой ты владеешь. И даже на то, о чём только догадываешься. Ты немедленно звонишь ей, извиняешься и говоришь, что Виктор остался доволен встречей. Делать ему в Санья больше нечего, он сходит с ума от жары, поэтому вы сегодня через три часа улетаете куда угодно, лишь бы температура была ниже + 20 градусов. Тебе невероятно жалко, но ты, человек подневольный. Надеешься при следующей встрече наверстать упущенное. Добавь, мол, сослаться на то, что билетов на самолёт нет, нельзя. Виктор сам через администрацию отеля купил их. Затем берёшь аванс и отправляешься снимать сексуальное напряжение с любым количеством проституток, по очереди или одновременно, на которое у тебя хватит здоровья.
   - Шеф, шеф, а я? Я тоже хочу снимать сексуальное напряжение, сколько хватит здоровья! Я тоже заслужил! - Роман вышел из анабиоза и решил вовремя присоединиться. - Рядом с Вячеславом, при его расшатанной психике, должен быть верный друг, который остановит его побег к прекрасной секретарше.
   - Да я разве против расслабления? Отдыхай, заслужил, - одобрил желание Романа Евгений. - Ну и присматривай, само собой. Вы, Виктор Викторович, как насчёт разврата и снятия стресса?
   - Да я-то всегда за девочек, я человек холостой на данный момент, в отличие от этих двух развратников. Что жёнам рассказывать будете? - смеялся он.
   - Шеф, а вам скольких подогнать? Или с нами в групповушке? - полюбопытствовал Роман, взявший на себя роль организатора так называемого "мероприятия".
   - Да нет, я уж два дня подожду, послезавтра Ирина подлетает к нам на недельку. Силы копить надо. Слава, ты не обижайся, но так надо. О Маше вспоминай, - с теплой улыбкой сказал Евгений.
   - Да я всё понимаю, но хочется очень, - вздохнул переводчик.
   - Евгений, вы обещали рассказать, что будем делать дальше. Как я понял, планы у вас изменились? - напомнил Смехов.
   - Когда мы планировали работу по "Аркаде", то не знали всего. Вернее, ничего не знали и не понимали. Выясняли по частям, пока не сложилась вся картинка. Полностью всё встало на место лишь при нашей последней поездке в Пекин. Ольгу готовили в качестве жертвы с самого начала. Она была нужна по двум причинам. Во-первых, как источник накопления первичного капитала. Деньги требовались для покрытия расходов на транспорт и выкуп на заводе части обуви. Вторая её роль - обеспечить официальность прихода в КНР долларов за отгруженный товар для соблюдения закона о валютном регулировании, - объяснял Вишневецкий, - ...Афёра построена на следующем. Завод работает на полную мощность. Служба контроля качества, состоящая из американцев, трудится в первую смену, во вторую и третью - стоят только китайские контролёры. Они проявляют чудеса зоркости, выбраковывают продукции в два раза больше, чем белые. Половина брака - продукция высшего качества. За полгода набирается до шести вагонов с товаром экстракласса. "Некондицию" можно пустить на внутренний рынок, в крайнем случае, продать в страны "третьего" мира. Цена такой пары обуви - не 150 долларов за пару, как продают в Европе, и не 50, как в Китае, а десятка. Это же брак, нужно хотя бы вернуть стоимость израсходованных материалов. Здесь всплывает "Аркада" и Учитель Ван. В Манчжурии организуется кража. Ольга получает вагон хлама, оплатив все издержки китайцев. Исчезнувшая на границе обувь перегружается в контейнеры и отправляется в адрес русской компании "Альфа" из Абакана, как полуфабрикат. Они, якобы получив заготовки, доводят их до кондиции и отгружают в Польшу, как товар высшего качества. В Лодзи распределяют кроссовки по всем остальным потребителям, с кем договорились директор завода и старик, с 5-процентной скидкой от заводской цены.
   ...Из Европы деньги через Гонконг идут в Китай на счета родственников и друзей авторов комбинации. Прибыль - 1000 процентов от вложенных даже не ими, а "Аркадой" денег. Таких доходов не даёт даже торговля оружием, только наркотики, но сомневаюсь, что и на них можно так хорошо заработать, ничего не вложив. Если сюда прибавить отсутствие риска, в отличие от наркобизнеса, вообще красота! На этой афёре участники получили 13  миллионов долларов, вложив миллион "Аркады", и тысяч 200  на хозяйственные нужды. После окончания акции миллион заплатили заводу за обувь, отгруженную без предоплаты "Новой Эре".
   - Понятно, но это всё в прошлом. Что теперь? - спросил Смехов.
   - Теперь самое интересное и начинается. Завод наклепал ещё шесть вагонов первоклассного брака, - продолжал Евгений. - Обувь сейчас готовят к отправке в Европу. Вот и всё! Наша задача - перехватить груз или деньги. И уже от нашего имени переправить в Европу. Сдать потребителям, которые его с нетерпением ждут. Получить от европейцев оплату на счёт в Гонконге или России. Будем смотреть по ситуации, что разумнее и безопаснее. Далее раствориться в туманном далёко.
   - Моя роль? - не унимался Смехов.
   - Основная роль, Виктор Викторович. Мы здесь, чтобы проверить качество товара и его количество. Проследить, как идёт отгрузка. Груз в России примут работники Бернштейна на имя "Альфы". Переадресуют покупателям в Европе. Потом придётся снимать деньги, но как - пока не решено, - пояснил Вишневецкий.
   Смехов подумал и спросил:
   - Если снимать в России, то всё понятно. Если здесь, то как будем действовать?
   - Это уже моя задача. Подготовкой этой части операции занимаюсь я сам, - ответил Вишневецкий.
   - Когда и как будем делить? - наконец, не выдержав, отбросив дипломатию, задал главный вопрос Виктор.
   Евгений непонимающе пожал плечами:
   - Как записали в договор.
   - Я так не согласен, - мгновенно среагировал Смехов.
   - Понятно. "Баба яга против!". Помните, в 80-х был такой мультик, к московской олимпиаде отсняли? Ну, ваше согласие или несогласие роли не играет. Ваше право сесть в самолёт и вылететь в Россию. Правда, у трапа вас будут ждать три команды. Рубайло, Семенюта и Пекун. Кто из них будет самым крутым и получит вас целиком, не знаю. Подозреваю, что все три ваших друга скооперируются и будут из вас делать промокашку сообща, объединив усилия. К счастью, я этого не увижу. Не люблю фильмы ужасов. А если вы каким-то чудом сможете уйти от трёх добрых молодцев, в жизни бываю разные чудеса, вас за мошенничество возьмут опера Перелётова. А Самуил Владимирович персонально вам организует срок по максиму, путём сложения, по новому Уголовному кодексу. У Перелётова на момент приезда сюда было пять заявлений на вас. Сегодня, скорее всего, уже штук двадцать наберется. Ну, и, понятно, денег вам я не дам, только билет до Хабаровска. Трупам деньги не нужны! Адвокат за счёт заведения, лучший в городе и области, - беззлобно пошутил Евгений. - Послезавтра суббота, и из Гуанчжоу есть самолёт в Россию. Да и люди Рубайло к прилёту как раз успеют.
   Наступила гробовая тишина. Роман с нескрываемым интересом следил за подавлением мятежа в команде. Вячеслав вышел из любовных грёз и с любопытством прислушивался к перепалке. Он жалел, что под любым предлогом не покинул собрание минут пять назад, меньше знаешь - крепче спишь. Он до конца так и не понял, на кого работает, кто главный, чем все заняты. Смехов добыл деньги, а тратит их и распоряжается Вишневецкий. В этом было что-то неправильное, ненормальное. Очень хотелось разобраться в ситуации.
   Смехов переваривал сказанное. Вишневецкий, выждав пару минут, ласково спросил:
   - Ну и как, молча делаем свою работу? Или продолжаем выступать? Посылать Славу за билетом в Россию?
   Смехов не сдавался, поняв, что сейчас он в безопасности, и в его услугах нуждаются, решил продолжить борьбу за деньги:
   - Если вы сделаете, как обещаете, меня убьют, это грех. Он будет на вашей совести.
   - Дорогой Виктор Викторович! Я атеист. И на божью кару мне плевать. На моей совести грехов много. Одним больше, одним меньше, какая разница! Более того, ни я, ни кто из моих сотрудников вас и пальцем не тронет, я даже не отдам приказа вас избить. То, что вас убьют те, кого вы обворовали, это их проблема. Их грех, не мой. Вообще-то, я совершаю преступление, пряча вас от праведного гнева ваших жертв и российского правосудия. Нет! Не хочу больше покрывать преступника! Катитесь домой, скатертью дорога!
   - Вы! Вы - демагог! Святой нашёлся! Да вы посмотрите, что творите! На это ещё и закона не придумали! - возмутился Смехов.
   - Вот здесь вы правы. Я не нарушаю по отдельности ни законы Китая, ни России, ни Гонконга. Пока такие операции действительно относятся к формально законным сделкам, - спокойно ответил Вишневецкий.
   - Как насчёт коррупции? Её тоже нет? - продолжал возмущаться Виктор.
   - На этот вопрос я смогу ответить, получив четкую формулировку, признанную в мире, что есть коррупция. И если и есть её признаки, то вам лично надо упасть мне в ноги и благодарить, что я имею к ней доступ. Иначе, ваше причинное место в отрезанном виде было бы воткнуто в анальное отверстие. Тело в таком неестественном виде, пешком, в бетонных сапогах, по дну большой реки двигалось бы в сторону Тихого океана. Судя по всему, такую прогулку вам очень хочется совершить. Могу помочь, - с обаятельной улыбкой добродушно пообещал Вишневецкий.
   - Ну, ничего себе, честность! Это же надо! У китайцев вы забираете шесть вагонов обуви. Что взамен? Да это же форменный бандитизм, - у Смехова проснулась совесть.
   - Стоп! Давайте разбираться. Бандитизм - это отъём ценностей с применением насилия. Китайцы сами передают нам груз, - убеждал Евгений. - Завод признаёт, что ошибочно в адрес вашего клиента, компании "Аркада", отправил вагон старой обуви, шедшей на утилизацию и повторную переработку. И в компенсацию своей ошибки передает доверенной компании своего контрагента в России, то есть организации "Альфа", для передачи компании "Бизнесклассик" шесть вагонов "некондиции" и заготовок, на сумму, точно соответствующую долгу и заявленным штрафным санкциям. Вот, сегодня Роман привёз акт сверки с заводом. Всё за подлинными подписями и печатями завода-производителя. Никакого криминала. Роман три раза туда мотался, прежде чем директора смог "укатать".
   Смехов, ничего не понимая, переводил изумлённый взгляд с Евгения на Романа и обратно, наконец, тупо уставился на предъявленный документ. Роман, очень довольный собой, полулежал на кровати и откровенно наслаждался удивлением Виктора, который ожидал услышать что угодно, только не то, что китайцы возвращают что-то добровольно.
   - Вы всё равно намного хуже меня, хоть и чистенькие, грамотные, слова умные произносите. Я всё гадал, что Ромка делает с нами в компании. Никак понять не мог. Роман, а директор-то жив? Сидеть в состоянии? Ты его как, утюгом или паяльником уламывал? Или головой в аквариум опускал. Или сына выкрал и на шантаже? А меня как убивать будешь? - продолжал истерику Смехов.
   Вишневецкий сделал Роману знак рукой молчать. Вячеслав встал. Осторожность пересилила любопытство. Не хотелось просто так попадать под раздачу в чужой драке:
   - Шеф, я пойду?
   - Сиди, Слава, и слушай внимательно, чтобы мне с тобой не пришлось вести такую же беседу. Фантазия разыграется, послушав этого деятеля. Вообразишь себе, чёрт знает, что. Виктор Викторович, вы мне начали надоедать! Зачем Роману вас убивать, достаточно в Россию доставить. Там стоит очередь из желающих с вами разобраться. Чем в Китае кончаются эксперименты иностранцев с применением силы по отношению к его гражданам, вы видели в Даляне. Похищение детей? В одиночку, иностранец, не владеющий китайским языком? Бред какой-то! Кто хуже, кто лучше - вопрос диалектический, спорный, как минимум, литра на три коньяка потянет. И всё равно однозначного ответа не получить. Да мне и безразлично. Хотите считать себя более порядочным, считайте, если вам от этого легче и приятней жить на свете. Уступаю, - сказал Евгений, махнув рукой.
   - Я плюну на деньги. Выйду из игры, у вас всё рухнет. Вся комбинация завязана на меня и мою компанию, - пригрозил Виктор Викторович. Это был его последний аргумент.
   - И здесь вы заблуждаетесь, - со спокойствием в голосе возразил Вишневецкий. - Так было, пока мы не поняли, что на самом деле происходит с "Аркадой". Сейчас, когда разобрались и сменили схему работы, это не так. Да, вы нужны, с вами многое получится проще. Исчезновение создаст некоторые проблемы, это верно. Но они разрешимы без вашего участия. Подписывая банковские карточки и заверяя их у нотариуса Бернштейна в мае, вы подписали и генеральную доверенность на управление "Бизнесклассиком", дали право подписи господину Мурашову Александру Александровичу. Помните? Так что в России вы нам и даром не нужны. Приёмку товара Слава и сам проведёт. В абаканской "Альфе" сидят люди Бернштейна, и ваша компания не шибко нужна. Банковские счета "Альфы" нами контролируются. Сработаем через них. Из четырёх ваших дел, принесенных по первоначальному плану, будет реализовываться только Чередниченко. Насчёт плеванья на деньги можно чуть подробней? Вы мне расписочку, своей рукой написанную: "На деньги плевал, заберите, подавитесь, проклятые. Отрекаюсь от презренного металла!", оставьте. Коллектив в этом вопросе вас и поймёт, и поддержит.
   - Тогда зачем я вам в Китае? Зачем спасали? Я для вас сейчас - один убыток. Долю давать собираетесь? Обманите потом! - устало спросил Смехов. В душе он понял, что проиграл.
   - Ну вот, наконец-то слова не мальчика, но мужа. Дошло. Да не нужны вы, по-хорошему. Хотя и для вас нашлась работа, вы с ней неплохо справляетесь. На вашем месте всё равно кто-то должен быть. Тогда почему не вы? У нас соглашение. Вы хоть и обманули нас с источником финансирования, и это очень плохо, совершили "гадский поступок", но свои обязательства выполнили. Вот и мы исполняем свои. Но если вы попробуете проявить самовольство, неповиновение и попытаетесь сорвать акцию, я, ни секунды не задумываясь, отдам вас вашим "друзьям", - пригрозил Евгений. - Надеюсь, это наш последний разговор на эту тему. Всё понятно?
   - Да, - обречённо кивнул головой поэт.
   - Вить, я ж тебя предупреждал, не брыкайся, тебе же хуже будет. Пошли в бар, коньячком стресс снимешь. К девочкам в таком состоянии идти не стоит, не встанет, - вступил в разговор Роман, молчавший до сих пор.
   - У меня всегда встаёт. Не пойду, нет денег. И не пью я алкоголь! - раздражённо ответил Смехов.
 
   
 
  Фото. Китайские девочки.
 
   - Это понятно, что ни денег, ни паспорта у тебя нет. Да и какой сумасшедший после такого выступления тебе их даст. Пошли, я угощаю! Славка, звони бабе, обламывай её быстренько. Мы тебя в баре ждём, - сказал напоследок Роман.
 
 
13
 
   24 сентября, Гонконг.
 
   Впервые попав в Китай, европеец поражается в ресторанных меню количеству предлагаемых блюд. Действительно, разнообразие большое, но вот можно ли их есть - вопрос второй. Великая китайская кухня - очередной миф планеты Земля. Считается, что китайские повара - едва ли не самые искусные в мире. В любом деле у всякого народа найдутся виртуозы. Так и в кулинарии Китая. Есть блестящие специалисты и очень вкусные оригинальные рецепты. Но в повседневной жизни, когда европеец живёт в стране год, два, три и употребляет пищу, приготовленную не виртуозом, а кухаркой из маленького ресторана за углом, всё становится намного грустнее. Обычно через пару месяцев начинает болеть желудок, а через год большинство иностранцев возвращаются к европейской кухне. Причина - исторические различия в развитии технологии приготовления еды востока и запада.
   Кухня Китая сформировалась в условиях двух очень серьёзных дефицитов, существовавших в течение многих столетий. Низкая урожайность, даже при возможности собирать два урожая в год, не позволяла досыта накормить население. Жители Поднебесной систематически испытывали нехватку всех продуктов питания. Речь не идёт о правящей элите. Как и у всех народов мира, правители Китая и их слуги - чиновники - никогда не голодали. Недостаток привел к преобладанию в диете компонентов растительного происхождения. На рецептуре приготовления это сказалось следующим образом - практически в каждом блюде стали использовать очень много различных растений. Для повышения вкусовых качеств разные растительные добавки вводились в небольших объемах, но в огромном разнообразии, в качестве же консерванта и для повышения калорийности использовали сахар.
   Второй дефицит - животный белок. Китайцы пытались заменить его белками рыб и моллюсками. Полноценной заменой мясу рыба быть не может. Необходимо и то, и другое. Недостаток продукции животноводства привёл к тому, что китайцы научились использовать в пищу 100% массы тела животного, исправляя вкусовые недостатки сахаром, перцем, прочими приправами. Многое из того, что в Китае используют в качестве мясного деликатеса, европейцы выбрасывают, как совершенно несъедобные продукты. Большинство населения традиционно отдаёт предпочтение максимально жирным частям туши животных и птиц - там выше калорийность.
   За редчайшим исключением, вроде "утки по-пекински", у продуктов, используемых в любом рецепте, не выделяется вкус, он есть у блюда в целом. Двадцать лет назад власти КНР впервые за несколько столетий смогли досыта накормить нацию. Обилие продовольствия вдохнуло второе дыхание в китайскую кухню. Но прошли годы, технологии и меню всё более унифицировались. Сейчас все больше используют полуфабрикаты заводского производства и замороженные продукты, теряется оригинальность. Импульс развития иссякает.
   Недостаток продовольствия, и мяса в особенности, является основной причиной низкого роста китайцев. В течение последних двадцати лет нация получает достаточно продуктов питания, в изобилии белки животного происхождения. Жители страны стали меняться на глазах. Увеличился рост, происходят перемены в пропорции тела, улучшилось зрение, укрепились зубы. Это хорошо видно на молодых горожанах, нормально питающихся уже во втором поколении. Лет через тридцать, если тенденции развития и темпы увеличения благосостояния народа не изменятся, среднестатистический китаец станет выше отца и деда сантиметров на пятнадцать.
 
   Команда Вишневецкого перебралась в Гонконг. На следующий день к ним присоединились Бернштейн и жена Вишневецкого Ирина, прилетевшие из России рейсом Хабаровск - Сеул - Гонконг. Разместились в гостинице "Интерконтинентал". Дорого, но с комфортом. Ресторан при отеле с первого раза подкупил Евгения великолепным европейским меню. Такая кухня - редкость даже в очень хороших гостиницах. Огромный любитель поесть, он был приятно удивлен изобилием и разнообразием блюд, выставленных на стол. Десятки мясных закусок и сыров, любимый "Рокфор" с таким бесподобным ароматом, что рот у него сразу переполнился слюной. Большинство окружающих не могут оценить изысканный вкус этого сказочного продукта и начинают искать, что из несвежей еды лежит у них в тарелке. Раньше Вишневецкий всегда держал дома "Рокфор" или какой-нибудь другой сыр с плесенью. Его супруга за два десятка лет совместной жизни так и не смогла понять достоинств этого деликатеса и смириться, что данный продукт едят, сидя с ней за одним столом. Даже нахождение его в домашнем холодильнике в герметично запечатанном виде первые десятилетия вызывало бурные и продолжительные протесты. Евгений был вынужден уступить капризу жены. Он употреблял "Рокфор" только в одиночку, обычно, когда Ирины не было дома. Не чаще раза в квартал. И после этого обязательно проветривал квартиру. Если он хотел подразнить жену, то стоило ему начать чисто теоретически рассуждать о том, что он собирается поесть "Рокфор", и какой это прекрасный продукт, чтобы она пришла в ярость. И если он вовремя не замолкал, ярость грозила перейти в конфликт, вне зависимости от того, ел он сыр или нет. "Ах, ты принёс эту гадость в дом, так ещё и дразнишься!" В "Интерконтинентале" подавался только настоящий, самый ароматный "Рокфор", никаких дешёвых подделок, никаких голубых сыров, сотворенных по ускоренной технологии.
 
   
 
 Фото.  Старый Интерконтиненталь.
 
   Вторым достоинством отеля было его местонахождение. Гостиница располагалась в районе Кунь Лунь, в километре от Набережной звёзд, рядом с лодочной пристанью. Из него за 20 минут можно было легко попасть в любую часть Гонконга, что весьма важно при вечных пробках в городе и запутанной транспортной системе. Номера были обычными стандартными. Тесно и сравнительно чисто. При его габаритах, Евгению не хватало места почти в любых гостиницах, за исключением, разве что, даляньского "Хилтона", где размеры комнат в полтора раза больше обычных. Поэтому, не обращая внимания на это маленькое неудобство, он всегда старался останавливаться в "Интерконтинентале", когда приезжал в Гонконг.
   Если в материковом Китае работали, в основном, Роман, Вячеслав и Смехов, то в Гонконге главную партию исполнял Вишневецкий. Работа, на первый взгляд, простая. Купить в Гонконге пару компаний, открыть счета в банках и оформить удаленный доступ для управления средствами. Но ряд дополнительных условий усложнял задачу.
   Компании должны быть зарегистрированы по чужим документам, иметь практически идентичные названия. Кроме того, разница в названии для китайца должна выглядеть, на первый взгляд, как ошибка перевода. Счета новых фирм должны быть открыты на вымышленное имя. Наконец, самое сложное, возможно, и неисполнимое - счета нужно открыты практически одновременно в одном и том же отделении банка. Иначе они будут очень сильно отличаться друг от друга по комбинации последних цифр. С этим мог справиться только сам Вишневецкий.
   В честь прилёта жены Евгений поселился в люксе. Он страшно соскучился по своей супруге. Привык находиться в постоянном контакте с ней - и физическом, и эмоциональном. Разлука доставляла ему дискомфорт. Он не был ни ханжой, ни монахом, периодическое пользование проститутками считал полезным и необходимым делом. Видя любую смазливую девицу, он мысленно в течение пары секунд грешил с ней самым извращённым способам. Затем сравнивал потенциальную любовницу с женой и приходил к однозначному выводу, что не стоит.
   Он прекрасно видел и осознавал все недостатки жены, но любил её. Она стала его неотъемлемой частью. Он относился к ней по следующему принципу - "Если я знаю, что я не очень красив - и толст, и лыс, - то я осознаю свои дефекты. Любить себя самого от этого осознания меньше не буду. Мое Солнышко - моя составная часть. Поэтому я люблю её как самого себя. Себя же люблю очень сильно".
 
   
 
  Фото. Зал прилёта аэропорт Гонконга.
 
   Евгений поехал в аэропорт встречать жену и компаньона. В 18:10 должен был приземлиться борт из Сеула. Было очень многолюдно, самолет задерживался из-за погодных условий. Вишневецкий стоял в толпе встречающих у самого входа в зал прилета. Наконец он увидел, как ему навстречу движутся двое. Мужчина лет около пятидесяти, с чемоданом "мечта оккупанта" на колёсиках таких размеров, что в него без проблем можно было сложить, не расчленяя и не сгибая, самого владельца. Это был Бернштейн. И стройная моложавая женщина, невероятно элегантная и уверенная в себе. Бежевый хлопчатобумажный брючный костюм сидел на ней безукоризненно, несмотря на 10-часовой перелёт с пересадкой в Республике Корея. Супруга Евгения была Женщиной с большой буквы, Прекрасной Дамой при любых обстоятельствах. Женщиной и любовницей, а только потом женой, работником, матерью, домохозяйкой, музыкантом. Она несла свет и любовь выбранному ею самцу, которого постепенно, медленно, но верно превращала в человека.
   - Как я люблю тебя, я очень соскучился. Ты самая красивая! - бросился Евгений к жене.