Брат и Сестра в пятом времени года

Брат и Сестра в пятом времени года
 (История одной великой любви)
 
Номинант на соискание премии "Наследие 2023"

Марина Цветаева и Борис Пастернак. Гордость и слава Серебряного века. Брат и Сестра по перу, влюбленные в поэзию друг друга.  Их отношения — одна из самых трагичных страниц русской истории, а личная переписка – намного больше, чем письма двух близких по духу людей. Она стала нашим культурным наследим и народным достоянием.

       У Цветаевой и Пастернака было много общего, но в юности судьбы шли как будто параллельно, не пересекаясь. И Марина, и Борис были москвичами и сверстниками. Их отцы - профессорами, а матери – талантливыми пианистками, причем, обе – ученицами Антона Рубинштейна. Они вспоминали первые случайные встречи в литературных кругах как нечто мимолетное и незначительное.
  Первый шаг к общению сделал Пастернак в 1922 году. Прочитав сборник «Версты» юной Марины Цветаевой, известный и к тому времени уже именитый поэт, «белый маг» и покоритель женских сердец, пришел в восторг и влюбился… влюбился в ее необыкновенные стихи - экспрессивные и одновременно нежные, светлые и чистые.  Он написал ей об этом в Прагу, где Марина жила с мужем, Сергеем Эфроном, бежавшим от революции и красного террора. Она почувствовала родственную душу и ответила…

Так началось содружество и платоническая любовь двух великих людей, двух великих поэтов.  Их переписка длилась свыше десяти лет, и за все эти годы они, как мужчина и женщина, ни разу не встретились... Хотя, коварная судьба, словно дразня, несколько раз почти… почти дарила им романтическую встречу – но в последний момент передумывала…

Эпистолярный роман то сходил на нет, то вспыхивал с новой силой. Но Борис был женат, а Марина - замужем. Известно, что Цветаева хотела назвать своего сына, родившегося в 1925 году в эмиграции, в честь Пастернака. Однако не посмела выставить на всеобщее обозрение свои чувства, разрушить свой брак с Эфроном, освященный Русской Православной Церковью, и чужую семью.

Все это время несчастная женщина отчаянно мечтала встретиться со своим, как она называла, «братом в пятом времени года, шестом чувстве и четвертом измерении». Ее возлюбленный жил в России, был обласкан властью и купался во всеобщем почитании и обожании. И в его жизни, увы, уже не было места для Марины. Он был страстно увлечен новой супругой, красавицей-пианисткой Зинаидой Нейгауз и семьей, и при этом, не забывал поддерживать первую жену -художницу Евгению Лурье - и их общего сына.

И все же, одно «свидание» Марины Цветаевой и Бориса Пастернака состоялось.
В июне 1935 года поэт, как член советской делегации литераторов, прибыл в Париж на «Международный антифашистский конгресс писателей в защиту культуры». Зал рукоплескал ему стоя, а Цветаева скромно присутствовала там, как рядовой зритель. Эта встреча стала, по словам Марины, «невстречей» - состоявшейся не в свое время, по сути, никому уже не нужной.

Несвоевременность всегда драматична. Как бы сложились их судьбы, если бы свидание случилось раньше? Никому не дано этого знать. История не терпит сослагательных наклонений. Однако была между ними и последняя встреча, которая оказалась для Марины роковой…
***
Вслед за мужем Сергеем и старшей дочерью Ариадной, получившими разрешение властей вернуться в Россию, изгнанница Цветаева в 1939 году тоже возвращается на Родину. Возвращается - к своим корням с малолетним сыном Георгием, в священное место, где похоронены родители и младшая дочь Ирина, умершая в трехлетнем возрасте от голода в детском приюте для нищих в 1920 году, в разгар гражданской войны. Но именно здесь, в родной и горячо любимой отчизне, жизнь Марины Цветаевой окончательно заходит в тупик… Из него она два года спустя решает выйти… выйти через смертный грех - через петлю.
 
Гениальная поэтесса, прославившая свою страну, проживает на даче в Подмосковье под надзором НКВД и влачит там жалкое существование за «измену» любимой Родине.
«Никто не может вообразить бедности, в которой мы живём. Мой единственный доход — от того, что я пишу. Мой муж болен и не может работать. Моя дочь зарабатывает гроши, вышивая шляпки… Мы медленно умираем от голода», - эти строки из воспоминаний Марины Цветаевой вызывают ужас, сострадание и слезы на глазах. Но тогда она еще не знает, что впереди ее ждет более страшное испытание и унижение.

 В августе 1941 года Сергея Эфрона, замешанного в политическом заговоре, арестуют, а его жену Марину в месте с дочерью и сыном   принудительно отправят в эвакуацию в город Елабугу в Татарстане.
 
Упаковывать вещи, по странному стечению обстоятельств, будет помогать никто иной, как Борис Пастернак… Он придет попрощаться и принесет верёвку, чтобы перевязать чемодан, и, на беду, нелепо пошутит: «Верёвка всё выдержит, хоть вешайся».
ы
Именно с ее помощью Марина Цветаева, не выдержав унижения, через несколько дней решит свести счеты с жизнью. Последним толчком станет ее попытка устроиться посудомойкой в столовую Литфонда. Не ради себя. Ради спасения своих детей от голода. Но ей отказали. На совете писательских жен посчитали, что бывшая эмигрантка может оказаться немецким шпионом… Загнанная в угол, она умрет, оставив несколько предсмертных записок - просьб к друзьям позаботиться о  сыне Георгии,  ее любимом малютке Мурлыге.

Она умрет, так и не узнав, какая страшная участь постигнет остальных близких и дорогих ее сердцу людей.
Она никогда не узнает, что мужа Сергея Эфрона расстреляют в застенках в октябре сорок первого года, а юную Ариадну отправят в колонию, как дочь врага народа, где она проведет 15 лет, утратив не только свободу, но и здоровье, молодость и красоту.

Она никогда не узнает, что ее «брат в пятом времени года», некогда баловень судьбы, Пастернак попадет в немилость и в конце своей жизни  познает все те тяготы, которые сломали его «сестру в четвертом измерении» – опалу, гонения властей, травлю коллег и потерю друзей.
 Он умрет в 1960-м, получив мировое признание, вскоре после отказа от Нобелевской премии – «за значительные достижения в современной лирической поэзии и продолжение традиций Великого Русского Эпического романа». Формально - от рака легких, фактически – после двух инфарктов... и морально уничтоженный властями за продолжение традиций Великого Русского Эпического романа - "Доктор Живаго".
***
Брат пережил Сестру почти на двадцать лет, но мы верим - их души соединились в «другом измерении» - в Гефсиманском саду, воспетом  Пастернаком, "белым магом", который сумел предвидеть дату своего появления на свет и дату своего ухода.

Для нас потомков остались трогательные письма – свидетельства необыкновенного поэтического чувства, оставленного для грядущих поколений:
«Успокойся, моя безмерно любимая, я тебя люблю совершенно безумно...»,
«Наши жизни похожи, я тоже люблю тех, с кем живу, но это доля. Ты же воля моя, та, пушкинская, взамен счастья».