Восхождение. Часть 35

 После ужина разбойников сопроводили обратно в темницы, однако в этот раз на них не навешивали кандалов. Последим шёл Рандар, и перед самым входом его остановили:
 - Твои товарищи ненавидят нас? - Спрашивал тот самый стражник, который разговаривал с ними за столом.
 - А вас это заботит? - Искренне спросил удивлённый Рандар.
 - Нудзир, обычно, приказывает казнить пленных на третий день после поимки, - пояснил воин. - Вы просидели здесь два месяца, а затем Нудзир позволил вам выйти с нами в поход. На моей памяти, это происходит впервые! Уж не знаю, что задумал Нудзир, но, раз уж нам суждено в будущем не раз сражаться бок о бок, будет лучше, если все мы будем … по крайней мере, чтобы мы не желали убить друг друга.
 - Я поговорю с ними, - кивнул Рандар, до сих пор удивляясь попытке воинов Нудзира улучшить отношения с разбойниками.
 В темнице на протяжение долгого времени не стихали разговоры: на протяжение нескольких часов разбойники рассказывали о бойне, произошедшей в деревне. Услышав о смерти Тошера и двух других товарищей, некоторые разбойники бросили на Рандара косые взгляды, как бы обвиняя его в смерти своих товарищей.
 К удивлению, оставшиеся в живых селяне, которых также посадили в клетке, за всё это время не произнесли ни звука. Рандар то и дело смотрел в их опустошённые лица, понимая, что те, после пережитого, не могут даже испытывать злость. Подобные бойни выжигают в людях все чувства, и нет никаких гарантий, что человека когда-нибудь восстановится.
 На следующий день, через несколько часов после рассвета, разбойникам из лагеря Рандара разрешили выйти на улицу. Им был предложен хороший завтрак, а также часовая прогулка.
 Быстро поев, Рандар отправился на прогулку. Отойдя как можно дальше, юноша облокотился на дерево и мечтательно засмотрелся на небо.
 - Теперь ты убедился, - прозвучал голос Ягонруты, - Нудзир сдерживает своё слово. По крайней мере, в большинстве случаем.
 - В каком смысле?
 Ягонрута посмотрела на Рандара с таким видом, будто бы поняла, что наговорила лишнего. Она покачала головой, глубоко вздохнула и ответила:
 - Главное, чтобы и твои люди помнили о соглашении. Тогда ни у кого не будет проблем. Хотя, глядя на них, я даже удивлена - впервые вижу таких мирных и воспитанных воров, убийц и мародёров.
 - Вы не первая, кто так говорит, - отвечал Рандар. - Полагаю, мы ведём себя так тихо потому, что понимаем - любое неосторожное слово, и всех нас, волчая стариков и детей, перебьют!
 - Нудзир никогда бы не тронул детей! - Сказала Ягонрута, будто бы принимая это на свой личный счёт.
 - С чего ты взяла? Нудзир - это человек, который держит своё слово. Но я бы не рассчитывал на пощаду или понимание с его стороны. Глядя на него, я понимаю, что он помогает нам, пока ему самому это выгодно.
 По лицу Ягонруты можно было сказать, будто бы она мысленно обговаривает себя отвечать Рандару. В конце концов, не выдержав, женщина, отвернувшись, заговорила, как бы не желая смотреть в лицо Рандару:
 - С многими из вас невозможно договорятся. Приходится действовать бескомпромиссно!
 - Со многими из нас? Это с кем? - Поинтересовался юноша.
 - Разбойники, воры, мародёры, убийцы - все они из низших слоев общества, решивших не сковывать себя законами и запретами только потому, что им кажется, будто бы жизнь несправедлива только с ними! И в конце концов, пытаясь выместить гнев и зависть, они готовы убивать всех, даже тех, кто поклялись их защищать.
 По злобному лицу и дрожащему голосу Рандар понял, что сейчас Ягонрута говорила не о каких-то вымышленных людях, а о себе самой. Юноша несколько мгновений сохранял молчание, пытаясь подобрать слова, и затем спросил:
 - Что с тобой произошло? С чего бы тебе так ненавидеть крестьян?
 - Не только мне, - заговорила Ягонрута, понизив голос. - Половина воинов тут, так или иначе, пострадала от рук селян, попрошаек и прочих … бедняков! Ты что-нибудь слышал о восстании в княжестве Норгилис?
 - Приходилось, - отвечал Рандар, не желая расковать истину своего рождения.
 - После того, как трон занял узурпатор, по всему княжеству начались восстания крестьян. Они подумали, будто бы при смене правителя за ними никто не будет следить. Некоторые просто нападали на обозы, а другие … другие принялись расправляться с теми, кто, по их мнению, не давал крестьянам свободной жизни. К удивлению, к этим людям относились и обычные стражники! Они набросились на нас ночью, когда мы спали - перерезали глотки или сжигали казармы! Но хуже всего то, что они решили поквитаться и с нашими семьями. В тот день эти грязные ублюдки…
 Губы Ягонруты задрожали. Рандар понял, что в тот день потеряла женщина. Вот, почему она сравнивала Рандара со своим сыном.
 - Они убили твоего сына! - Скорбно ответил Рандар.
 - А после, когда мы их всех переловили, они молили нас о прошении: говорили, что мы обязаны простить их, ведь им в этой жизни достаётся так мало! Ни дня не проходит, чтобы я не была рада, что в тот день отправила их всех на эшафот!
 - И теперь для вас это священная цель - ходить по всему королевству и вырезать крестьян? - Спрашивал Рандар. - Не слишком ли мелочно?
 - Нудзир собрал нас, когда восстания разожглись по всей стране. С каждым годом восстававших было всё меньше, работы для нас не было, и бы собирались расходится. Однако Нудзир не пожелал нам отпускать. Он говорил, будто бы те, до кого мы не успели добраться во время восстания, стали разбойниками. Он считал, будто бы они, чтобы сохранить себе жизни, начнут собраться в настоящие войска, что будет представлять большую угрозу даже для города! Нудзир умудрился убедить в этом не только половину отряда, но и узурпатора. Тогда он издал приказ создать из новый новый батальон, который будет бороться только с восставшими и шайками разбойников! А любого, кто решит уйти или дезертировать из отряда, с того момента считали предателем. Потому до сих пор мы вынуждены месяцами выслеживать в лесах мелких бандитов и сбежавших крестьян. Хотя изредка происходит и нечто подобное, как несколько дней назад.
 - Хочешь сказать, что ты бы ушла из отряда Нудзира, если была такая возможно?
 - Я и большая часть солдат хотели бы этого! Нам надоело гонятся за призраками прошлого. Мы хотим либо уйти на покой в те края, где в почёте лишь танцы и праздники, либо вернутся к своей настоящей службе - к защите тех, кто действительно этого заслуживает! Сейчас, после войны и всех этих восстаний стражников осталось слишком мало, чтобы отправлять хотя бы дюжину в каждую деревню. Мы бы могли помочь с этим.
 - Надо же, - слегка усмехнулся Рандар. - Признаться, за всё то время, что я скитаюсь ко княжеству, ни в одном лагере мне не встречались люди, которые действительно хотели бы завязать со своим делом.
 - А как же отряд Денера, который откололся от войска Керанзо? Разве они не желали покончить с этими нападениями?
 - Будем честны, - лицо Рандара наполнилось печали и скорби, - они бы никогда не смогли жить так, как хотели. После всего, через что они прошли, им бы не удалось жить мирной жизнью. Даже я, человек, которому каждый день снится родной мирный край, который мечтает вернутся к обычной жизни фермера, понимаю, что уже не смогу жить без этих сражений, без того ощущения смерти, которое преследует меня при каждом сражение. Это как…
 - Листья Рунки, - Ягонрута помогла Рандару со сравнением. - Я понимаю, о чём ты говоришь.
 Ягонрута и Рандар замолчали, глядя на синее небо, будто бы украшенное резными белоснежными облаками. Наконец, через несколько минут молчания, женщина решила закончить разговор:
 - Раз уж теперь Нудзир сделает вас частью своего лагеря, вам не помешает возобновить тренировки. С завтрашнего дня, сразу же после рассвета, вы будите тренироваться вместе с первым отрядом!
 - Нудзир хочет присоединить нас к своему войску? - Удивился Рандар. - С чего бы? Он же…
 - Нудзир что-то задумал, - отвечала Ягонрута. - Он не рассказал мне всего, но у него на уме явно что-то грандиозное. Думаю, в ближайшее время, он начнёт собирать себе сторонников.
 - Зачем ты всё это мне рассказываешь? Не думаю, что Нудзир будет в восторге, если его правая рука будет разбалтывать его секреты.
 - Он бы всё равно поделился этим планом с тобой, рано или поздно. Уж не знаю чем, но ты сильно его заинтересовал! Возможно, он до сих пор находится под впечатлением от того, что ты, безрассудный мальчишка, сам на него набросился. Как бы то не было, для него ты не простой разбойник, а главарь целого лагеря, пусть небольшого, но всё же. Думаю, он даже сделает тебя капитаном этого отряда!
 - Капитаном? Не думаю, что он настолько мне доверяет.
 - Речь идёт не о доверии, а о лояльности! Твои люди итак не желают становится нашими товарищами, что Нудзиру очень не нравится! Но, если сделать тебя ближайшим сторонникам, они станут послушнее.
 Рандар задумчиво наклонил голову, пытаясь понять, чего мог захотеть Нудзир.
 - Идём. Твоим людям пора отправляться обратно, - сказала Ягонрута.
 - Интересно, как мои люди могут стать лояльнее, когда к ним относятся, как к животным?
 - Я поговорю об этом с Нудзиром, - отвечала женщина. - Надеюсь, я смогу его убедить.
 Начиная со следующего дня, люди Рандара, как и говорила Ягонрута, начали тренироваться вместе с людьми Нудзира. Сотня воинов вместе с сотней разбойников, вооружившись деревянным оружием, начали осваивать базовые удары и стойки. Боевые навыки разбойников были неплохи, но всё же не шли ни в какое сравнение с обученными воинами.
 Разумеется, разбойники задавали Рандару много вопросов, однако юноша не спешил делится сом воистину людьми подозрениями. По крайней мере, они были рады тому, что большую часть времени теперь проводили на улице.
 Ягонрута смогла убедить Нудзира дать разбойникам больше свободы. Правда, большую часть дня они проводили за тренировками или обучением. Разбойникам было трудно это представить, но Нудзир заставил их учиться читать и писать, учил их истории, рассказывал о разнообразных тактиках боя, а также немного просвещал в политике. Разумеется, делал это не сам Нудзир, а его доверенные люди. Да и рассказывали они лишь то, что могло помочь на поле боя.
 Многие разбойники отказались учится - они считали это бессмысленной тратой времени. Но, когда им пригрозили вновь вернётся в клетки, они быстро уняли свой пыл. 
 Рандар, разумеется, считаться одним из лучших учеников. Но только потому, что был ознакомлен с богатой библиотекой Керанзо. Нередко юноша скучал по этому собранию, а также жалел, что не смог уберечь от пламени хотя бы часть библиотеки мага.
 Таким образом прошло две недели. За это время разбойники сумели, если не подружится, то хотя бы слегка привыкнуть к обществу воинов Нудзира. Их успехи в учёбе, хотя разбойники и не желали учится, всё же радовали - читать и писать так, чтобы передать или прочесть срочные новости на поле боя, они научились.
 Кроме того, разбойники добились значительных успехов и с обращением с оружием: если в начале тренировок ни один из разбойников не мог выстоить против воина Нудзира один на один, то теперь они могли продержаться значительное количество времени.
 В один из дней во время тренировок из палатки вышел сам Нудзир. Он с интересом наблюдал за тем, как сражаются разбойники. Дождавшись, пока Рандар победит своего противника, Нудзир расправил плечи и воскликнул:
 - Рандар - жду тебя в палатке немедленно!
 Юноша, неожидавший приглашения Нудзира, был удивлён, что главарь воинов так долго избегал его общества. Рандар был уверен, что сейчас Нудзир расскажет ему о своём плане.
 Рандар немедленно пришёл к Нудзиру, который стоял над картой.
 - Надеюсь, - начал главарь, - твои воины готовы у новому походу?
 - Уверяю, мы не подведём, - отвечал Рандар так, будто бы всю свою жизнь прослужил в дворцовой стражи.
 - Надо же, - усмехнулся Нудзир, - какой тон, какая стойка - будто бы передо мной стоит настоящий солдат! Знал ведь, что ты сможешь обучится, если захочешь.
 Значит так - это дело довольно опасное, так что всем нужно быть начеку. В это раз - поход возглавлю лично я!
 «Вот оно, - думал Рандар, - план Нудзира! Что же он задумал?».
 - К северу от нашего лагеря, - Нудзир провёл пальцем по карте, - находится довольно большая деревня. Видишь её?
 Рандар заглянул в карту и пробежался глазами по окрестностям. Лес, река, поле - всё казалось ему до боли знакомым. А это, кажется, форт.
 В это мгновение глаза Рандара расширились от удивления. Это был тот самый форт, который захватывал отряд Перина. А это та самая деревня, в которую направлялись беженцы.
 - В этой деревни находится огромное количество беженцев! Работы на всех не хватает, народ бедствует, местные жители проклинают беженцев за отсутствие работы и нехватки денег, а беженцы ненавидят местных за их спесивость и нежелание понять людей, попавших в беду. Короче говоря - всё, как всегда! Однако, что важно - в этом городе почти нет охраны, а значит - за порядком некому следить.
 - Чего же вы хотите? - Непонимающе спрашивал Рандар. - Мне казалось, захват целых городов не в нашей компетенции!
 - Мы не будем его захватывать, бы не будем устраняться беспорядки. От этого города нам нужны только люди, и как можно больше людей!
 - Зачем? - Ещё больше удивился Рандар. - Наших людей достаточно, чтобы…
 - Когда придёт время, - перебил его Нудзир, повысив голос, - тогда ты всё узнаешь! А сейчас не смей сомневаться в моих приказах, понятно?! Мы выступаем завтра на рассвете - передай это своим людям. И запомни - это не миссия на устранение и не расправа. Мы должны вывести из города как можно больше людей. Так что доставать оружие и убивать можно лишь в самых опасных ситуациях. Понял? Иди!
 Рандар кивнул головой и вышел из палатки. По серьезному настрою Нудзира было нетрудно догадаться - план главаря, о котором рассказывала Ягонрута, пришёл в действие.