Глава XIX

    - Володюшка, я принесла тебе полдник, - чётко, как глухому сказала ему Надя, и поставила поднос на прикроватный столик.
    Он почти всё время теперь лежал в кровати. Шёл январь, и они почти не ходили гулять. Окна его спальни открывались на балкон, и , закутанный в пальто, Володя любил сидеть там в кресле и глядеть на снежное полотно дали полей и леса усадьбы Горки.
    С начала болезни Володи их поселили в бывшем барском поместье под Москвой, где впервые и не по-советски Надя ощутила себя барыней. Все другие её дела отошли на второй план - нужно было вырвать мужа из болезни.
   Володя открыл глаза, приподнялся и слабо пошевелил рукой, - делая специальную гимнастику для парализованных и разминая пальцы рук и ног, он ощущал, что они уже не так безвольны, и начинают ему повиноваться.
   - Ты поешь, а потом я зажгу лампу и мы почитаем.
   Наступали сумерки - ему нравилось, когда по вечерам Надя читала вслух его любимые книги.   
   Володя лёг на подушку, она поднесла к его рту ложку с творогом. Он с усилием открыл рот, с аппетитом начал жевать, и чуть улыбался. Серебряная ложечка чуть позвякивала о его зубы - он был доволен.
   - Жж-изнь - чудо. "Лю-бовв к жиз-ни", пом-нишь? - заикаясь, с усилием произносил Володя.
   - Помню, помню, - улыбнулась Надя.
   Он поел и вновь улёгся в мягкое тепло постели. Она укрыла его одеялом и погладила по руке:
   - Отдыхай.
   - На-дя, ззнае-шь, а он живв! - неожиданно сказал он, задрожав от волнения.
   - Кто жив, Володя?
   Надя наклонилась к нему, вытерла пот с его лба. Он начал тяжело дышать, задыхался.
   - Ца-рь живё-тт, я не да-вал прри-каз. Он...,ты..., ни-ко-му...
   - Володя, что с тобой? - закричала Надя, схватив его за плечи.
    Он без сил упал на подушку.